Sign in to follow this  
Followers 0
Copar

Вперёд, на Запад!

17 posts in this topic

Вперёд, на Запад!

На спас-деменском направлении

Наступлению главных сил Западного фронта предшествовала разведка боем. Она проводилась 6 августа 1943 года, то есть за сутки до начала наступления, с целью установить, не отвел ли противник свои войска с первой позиции, и уточнить систему его огня. 5-я, 10-я гвардейская, 33-я и 50-я армии разведку вели передовыми батальонами, которые были выделены от каждой стрелковой дивизии первого эшелона. Действия каждого батальона поддерживались одним-двумя артиллерийскими дивизионами. Противник оказывал упорное сопротивление, и лишь на отдельных участках нашим подразделениям удалось овладеть первой траншеей, но дальше продвинуться они не могли. Действиями передовых батальонов удалось уточнить, что гитлеровцы прочно обороняют главную полосу обороны и особенно первую позицию, а также вскрыть еще несколько огневых позиций артиллерии и минометов. Опираясь на новые разведданные, командование уточнило задачи артиллерийской подготовки.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Прорыв главной полосы обороны.

Войска ударной группировки Западного фронта 7 августа 1943 года в 6 часов 30 минут перешли в наступление из района восточнее Спас-Деменска в направлении Рославля после артиллерийской подготовки, продолжавшейся 1 час 50 минут. Передний край атаковали главные силы дивизий первого эшелона трех общевойсковых армий: 5-й — под командованием генерала В. С. Поленова, 10-й гвардейской -генерала [82] К. П. Трубникова и 33-й — под командованием генерала В. Н. Гордова.

Несмотря на неблагоприятные метеорологические условия, авиация 1-й воздушной армии активно поддерживала наступление наземных войск. В течение первых суток она произвела более 1,2 тыс. самолето-вылетов, из них около 200 — ночью. Нанося мощные удары по танковым соединениям противника и артиллерии, а также по подходящим резервам, складам боеприпасов, советские летчики нанесли врагу большой урон.

Бои в главной полосе сразу же приняли напряженный и затяжной характер. Противник предпринимал одну контратаку за другой, поддерживая их массированным огнем орудий и минометов. Преодолевая упорное сопротивление фашистов и отбивая контратаки пехоты и танков, войска ударной группировки фронта продвинулись к исходу 7 августа на направлении главного удара всего лишь на 4 км.

Уже в первый день наступления солдаты и офицеры проявили героизм и мужество. Среди них особенно отличились воины 10-й гвардейской армии коммунисты старший лейтенант И. С. Поворознюк, командир взвода 119-го отдельного [83] танкового полка и гвардии лейтенант А. В. Сосновский, командир взвода 257-го стрелкового полка 65-й гвардейской стрелковой дивизии.

Танкист Поворознюк проявил высокое умение вести бой в глубине вражеской обороны в районе деревни Веселуха. Его экипаж в неравном бою уничтожил несколько огневых точек, танк и два самоходных орудия гитлеровцев. А. В. Сосновский храбро дрался в районе населенного пункта Буда (1 км юго-западнее Холма). Вместе с боевыми друзьями он отбил несколько контратак фашистов, не оставил занимаемую позицию, но в тяжелом бою погиб.

Обоим воинам было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

И все же, несмотря на самоотверженность и высокий наступательный дух наших воинов, становилось очевидным, что прорвать оборону противника силами только 10-й гвардейской и 33-й армий не удастся. Поэтому было принято решение ввести в сражение второй эшелон фронта — 68-ю армию и тем самым нарастить силу удара.

Во второй половине дня 7 августа 68-я армия под командованием генерала Е. П. Журавлева начала выдвигаться на рубеж ввода в сражение. Удар двух дивизий этой армии в полосе 10-й гвардейской армии с рубежа севернее Шимени не привел к успеху. Незначительных результатов достиг и ввод в бой остальных сил 68-й армии. Ввод в сражение второго эшелона фронта на 12 часов раньше положенного срока не привел к желаемым результатам по ряду причин. Во-первых, сказалось то, что ввод в сражение второго эшелона фронта в первый день не планировался. Во-вторых, артиллерия 68-й армии, находившаяся в это время в составе артиллерийских групп 10-й гвардейской армии, не успела полностью переключиться [84] на поддержку своих войск. Были, разумеется, и другие причины, которые также оказали влияние на результаты действий войск в первый день операции.

Утром 8 августа наступление на направлении главного удара возобновилось, однако и в этот день достичь существенных результатов не удалось.

Стремясь отстоять свои позиции, вражеское командование ввело в сражение срочно переброшенные сюда с орловского направления 2-ю танковую, 36-ю и 56-ю пехотные дивизии. Отражая контратаки противника и преодолевая огневое сопротивление, наступающие войска овладели Замошье, Гнездилово, Слузна.

5-й армии в течение первых двух дней боев удалось вклиниться в оборону гитлеровцев в районе Секарево лишь на 2-4 км. Противник, непрерывно подтягивавший резервы и опиравшийся на инженерные сооружения и заграждения в глубине обороны, продолжал оказывать сильное огневое сопротивление, часто переходил в контратаки. Так, 312-й стрелковой дивизии пришлось отразить пять, а 207-й стрелковой дивизии — десять контратак пехоты и танков{50}.

Ожесточенное сопротивление фашистов и тяжелые условия лесисто-болотистой местности сказывались на темпах продвижения. Однако советские воины проявляли мужество и героизм, умело обходили опорные пункты, теснили гитлеровцев, овладевая одним рубежом за другим. Вместе с пехотой отважно сражались артиллеристы, танкисты, связисты. Высокое умение действовать в сложных условиях проявили подразделения 1-й штурмовой инженерно-саперной бригады при захвате опорного пункта на высоте 233,3 в районе населенного пункта Гнездилово{51}. И случилось это при необычных обстоятельствах. Трое суток наша пехота атаковала противника, оборонявшего эту высоту, но безрезультатно. Господствующий над местностью опорный пункт задерживал продвижение соединений 10-й гвардейской армии, действовавших на этом направлении.

Чтобы овладеть опорным пунктом на высоте 233,3, командарм в соответствии с указаниями командующего фронтом создал специальный отряд, в который вошли 1-й батальон и учебная рота 5-го батальона 1-й штурмовой инженерно-саперной [87] бригады. Для поддержки отряда выделялась артиллерия из 22-й гвардейской стрелковой дивизии ж несколько батарей армейской артиллерийской группы. Высоту атаковать решили с трех сторон ночью.

Командир отряда майор Ф. Н. Белоконь решил атаковать высоту одновременно тремя ротами: одной ротой — с фронта; другой — обходом высоты с юга и учебной ротой, которой командовал капитан Д. Д. Евтушенко, охватом высоты с севера: третья рота оставалась в резерве.

Сосредоточился отряд в исходном районе западнее деревни Веселуха в 22 часа. Атака началась по сигналу красной ракеты. Наша артиллерия обрушила огонь по центру и скатам высоты и по деревне Гнездилово, парализовав артиллерийские и минометные батареи противника и воспретив подход его дополнительных сил из глубины.

Атака оказалась настолько внезапной и стремительной, что гитлеровцы были ошеломлены и подавлены. Отряд уничтожил фашистов в траншеях, затем преодолел противотанковые рвы, ворвался в блиндажи, уничтожил находившихся в них вражеских солдат и закрепился на высоте. Лишь немногим фашистам удалось бежать, побросав оружие. Наши потери были незначительными: убито двое и ранено 19 человек. В атаке большое значение имели внезапность, инициатива и храбрость наших воинов. От пуль и осколков многих из них предохранили стальные нагрудники.

За мужество и героизм, проявленные при штурме высоты 233,3, командир батальона майор Ф. Н. Белоконь был награжден орденом Александра Невского. Большинство воинов отряда были также отмечены орденами и медалями.

Утром 8 августа, то есть на сутки позже ударной группировки, в наступление на ярцевском направлении перешли соединения 31-й армии под командованием генерала В. А. Глуздовского. Продвижение было незначительным, войска вели напряженные бои в главной полосе обороны противника, отражая контратаки 18-й моторизованной дивизии, перегруппированной из района Смоленска.

В последующие четыре-пять дней на главном направлении удалось вводом вторых эшелонов армий, а также [88] двух дивизий 68-й армии (159-й и 156-й) к исходу 13 августа выйти на рубеж Мазово, Теренино, Потапово на глубину 15-25 км.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Ввод в сражение 6-го гвардейского кавалерийского корпуса.

6-й гвардейский кавалерийский корпус — командир корпуса генерал С. В. Соколов — имел в своем составе три кавалерийские дивизии, три танковых полка, артиллерийские и другие части и подразделения, был хорошо укомплектован и подготовлен. В 8-й и 13-й гвардейских кавалерийских дивизиях почти весь личный состав имел боевой опыт. Только 8-я кавалерийская (дальневосточная) дивизия, за исключением некоторых подразделений, в боях еще не участвовала.

Как уже отмечалось, по решению командующего войсками Западного фронта 6-й гвардейский кавалерийский корпус должен был войти в прорыв в полосе 10-й гвардейской армии.

Однако, учитывая упорное сопротивление, оказываемое противником в полосе 10-й гвардейской армии и наметившийся успех левее, в полосе 10-й армии, командование фронта решает изменить направление действий кавалерийского корпуса. 11 августа корпусу была поставлена задача выйти в район Кирова и быть готовым развить успех соединений 10-й армии. Вечером корпус выступил и, преодолев расстояние 60-70 км, в полдень 12 августа основными силами сосредоточился в указанном районе.

В 18 часов 12 августа корпус получил новый приказ командующего Западным фронтом. Его соединениям надлежало перегруппироваться в полосу 33-й армии, войска которой к этому времени упорно сражались в главной [89] полосе обороны противника, и с ходу развить их успех. Корпусу предстояло осуществить новый переход протяженностью 50-60 км.

Совершив ночной марш, 6-й гвардейский кавалерийский корпус к 10 часам 13 августа сосредоточился в полосе 33-й армии и расположился в районе восточнее Павлиново, а через 9 часов, выполняя приказ командующего 33-й армией, начал выдвигаться на рубеж ввода в сражение.

Таким образом, корпус на подготовку к бою имел весьма ограниченное время. Штабы всех звеньев не успели всесторонне организовать разведку, взаимодействие, особенно с соседями. В еще более сложных условиях оказались дивизии и полки. В 23 часа главные силы прошли рубеж Павлиново, Успех (5 км севернее Капустное). Боевой порядок корпуса состоял из двух эшелонов: в первый эшелон входили 13-я гвардейская и 8-я кавалерийские дивизии, во второй — 8-я гвардейская кавалерийская дивизия, которая следовала за 13-й гвардейской кавалерийской дивизией. Танковые полки первого эшелона следовали в голове своих дивизий. Обеспечение ввода в сражение 6-го гвардейского кавалерийского корпуса возлагалось на 33-ю армию и соединения 1-й воздушной армии.

В момент завершения прорыва тактической зоны обороны противника соединениями 33-й армии в направлении Павлиново кавалерийский корпус находился на марше в 45-55 км от линии фронта. Противник воспользовался задержкой кавалерии, закрепился на промежуточном рубеже и, когда кавалерийский корпус подошел, оказал ему организованное сопротивление. Кавалеристы вынуждены были спешиться и вести бой в невыгодных условиях.

Одной из причин неуспеха 6-го гвардейского кавалерийского корпуса являлось также то, что в его штабе не было проверенных данных об обстановке в полосе наступления 33-й армии к моменту ввода в сражение. Более того, кавалерийские части вводились в бой по существу для прорыва сильно укрепленного оборонительного рубежа противника, что привело к большим потерям. Командующий фронтом, видимо, переоценил способности командарма 33, поручив ему обеспечить ввод кавалерийского корпуса в прорыв.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Борьба за расширение фронта прорыва тактической зоны и боевые действия в оперативной глубине обороны противника.

Всего за семь дней наступления войска главной группировки Западного фронта вклинились в оборону противника лишь на 12-16 км. Главная полоса была взломана на фронте до 30 км, а вторая полоса — на участке Теренино, Церковщина, то есть на фронте около 25 км. Средний темп продвижения при прорыве тактической зоны обороны противника не превышал 2-2,5 км в сутки.

31-я армия лишь на отдельных участках вклинилась в оборону немецко-фашистских войск на глубину до 4 км, а 5-я армия — от 3 до 5 км. Эти армии активными действиями сковали противника и не позволили ему перебрасывать силы и средства на другие участки фронта.

В тяжелых, ожесточенных боях советские воины проявляли массовый героизм, мужество. Солдаты и офицеры показывали возросшее воинское мастерство. Только в 82-й стрелковой дивизии 31-й армии при выполнении боевых задач в Спас-Деменской операции отличились и были награждены орденами и медалями 418 воинов. В период напряженных и тяжелых боев многие бойцы и командиры этой дивизии подали заявления с просьбой принять их в ряды партии и комсомола. С переходом к временной обороне все они были рассмотрены. В члены и кандидаты партии был принят 291 человек и в члены ВЛКСМ — 398 человек из отличившихся в боях красноармейцев и командиров{52}.

Противник, придавая особое значение обороне центрального западного направления, следил даже за незначительным продвижением советских войск. Стремясь остановить войска Западного фронта, гитлеровцы сняли с орловского направления еще четыре дивизии и поставили им задачу прочно удерживать рубеж Теренино, Земцы. Поэтому не случайно темпы наступления Западного фронта на этом направлении стали резко снижаться. Сказались и другие обстоятельства — в наших дивизиях осталось очень мало танков непосредственной поддержки пехоты, да и применялись они в ходе боевых действий не всегда так, как этого требовала обстановка, особенно при [91] прорыве сильной и глубоко эшелонированной обороны противника.

Еще не все командиры освоили приемы и способы использования танковых соединений и частей, изложенные в приказе Народного комиссара обороны № 325 от 16 октября 1942 года. Примером тому опыт действий 42-й гвардейской танковой бригады 31-й армии.

К началу наступления 31-й армии, то есть к 8 августа, бригада имела 7 КВ, 22 Т-34, 18 Т-60 и 4 Т-70. Укомплектованность личным составом была около 97%. Соединение имело 3,5 боекомплекта, 3,5 заправки горючего и 5 сутодач продовольствия.

По решению командующего 31-й армией 42-я гвардейская танковая бригада с 2-м гвардейским мотоциклетным полком и 529-м истребительно-противотанковым артиллерийским полком составляли подвижную группу армии.

Выше отмечалось, что дивизиям первого эшелона 31-й армии в первый день боя прорвать главную полосу обороны без танков не удалось. Поэтому командарм принимает решение использовать для допрорыва обороны противника 42-ю гвардейскую танковую бригаду. Наступать ей предстояло во взаимодействии с 251-й стрелковой дивизией с утра 10 августа, чтобы перерезать шоссейную дорогу Москва — Минск{53}.

Выполняя приказ, 42-я гвардейская танковая бригада с 529-м истребительно-противотанковым артиллерийским полком 9 августа к 15 часам сосредоточилась в роще 15 км западнее Дорогобужа и находилась в этом районе до утра следующего дня. Противник обнаружил подход танков к переднему краю и в течение 14 часов обстреливал район сосредоточения бригады.

Переход в наступление наших войск на этом направлении не привел к успеху. И пехота и танки понесли большие потери. Танковая бригада за три дня боев задачу не выполнила и потеряла 176 человек и 70% танков.

Несколько по-иному развивались события севернее Кирова в полосе действий 10-й армии, которой командовал генерал В. С. Попов.

Перед войсками 10-й армии на фронте протяженностью 72 км оборонялись три пехотные дивизии противника, то есть каждая дивизия в среднем обороняла полосу [92] шириной 24 км. На участке же прорыва 10-й армии находились полк 321-й и батальон 131-й пехотных дивизий гитлеровцев. Следует отметить, что в полосе наступления армии были также ограниченные тактические резервы врага. Ближайшие его оперативные резервы уже втянулись в бои севернее Спас-Деменска. Что касается соединений противника, перебрасываемых из района Орла, то они направлялись немецко-фашистским командованием также против наших армий, наносивших главный удар. Все это, вместе взятое, создавало выгодные условия для наступления войск 10-й армии.

Поэтому перешедшим в наступление на четверо суток позже ударной группировки фронта войскам 10-й армии уже в течение первого дня удалось прорвать главную полосу обороны противника на фронте 8 км и продвинуться в глубину до 6 км. В течение 11 августа прорыв был расширен до 10 км по фронту и в глубину.

Однако необходимыми для развития обозначившегося успеха силами и средствами 10-я армия не располагала. Поэтому командующий войсками Западного фронта решил для развития обозначившегося успеха на южном участке спас-деменского выступа перегруппировать из полосы 10-й гвардейской армии в район севернее Кирова 5-й механизированный корпус и ввести его в прорыв в полосе 10-й армии в направлении Воронцово. Следует отметить, что в корпусе находилось значительное количество иностранных легких танков{54}, которые были недостаточно маневренными на поле боя, имели слабое вооружение [93] и были более уязвимыми для огня противника, чем наши отечественные танки.

10-я армия была дополнительно усилена четырьмя стрелковыми дивизиями и танковой бригадой — 49, 326 и 212-я стрелковые дивизии были переданы из 50-й армии, а 64-я стрелковая дивизия и 43-я гвардейская танковая бригада — из резерва фронта.

Выполняя приказ командующего Западным фронтом, 5-й механизированный корпус, которым командовал генерал М. В. Волков, 12 августа начал выдвижение из района Векитнова и к рассвету следующего дня, совершив 130-километровый марш, сосредоточился в 5 км севернее Кирова. 13 августа он был передан в 10-ю армию.

В соответствии с решением командующего фронтом командарм 10 поставил 5-му механизированному корпусу задачу с утра 13 августа в полосе наступления 247-й и 139-й стрелковых дивизий нанести удар в направлении Воронцово, Шуи и перерезать Варшавское шоссе в этом районе. В дальнейшем корпус должен был наступать вдоль Варшавского шоссе на юго-запад и захватить переправы через Десну{55}.

Как видно, времени для оценки обстановки и постановки задач соединениям и частям, а также для рекогносцировки и организации взаимодействия со стрелковыми дивизиями командир и штаб корпуса имели очень мало. Не успел после форсированного марша отдохнуть и личный состав, особенно механики-водители танков, да и техника требовала осмотра, устранения неисправностей.

Тем не менее 5-й механизированный корпус утром 13 августа приступил к выполнению задачи. Но так как противник успел отошедшими войсками занять оборону на заранее подготовленном промежуточном рубеже, корпус успеха не имел. Соединения и части корпуса неожиданно встретили организованное сопротивление фашистов и втянулись в затяжные бои в районе южнее Тягаево.

Одной из причин, обусловивших неудачные действия 5-го механизированного корпуса, была слабая организация противовоздушной обороны. Этим воспользовался противник. 13 августа 60 вражеских самолетов нанесли удар по боевым порядкам корпуса. [94] В последующие три дня, до 16 августа включительно, войска 10-й армии (и в том числе 5-й механизированный корпус) продвинулись еще на 5-10 км. 16 августа гитлеровская авиация нанесла еще пять ударов. В итоге корпус понес значительные потери и был выведен в резерв фронта.

Хотя наступление Западного фронта севернее и южнее спас-деменского выступа развивалось медленными темпами, тем не менее создалась реальная угроза выхода наших войск на тылы группировки противника, находившейся в спас-деменском выступе. Немецко-фашистское командование вынуждено было начать отвод войск.

12 августа разведка фронта установила отход противника, и 49-я армия под командованием генерала И. Т. Гришина по приказу генерала В. Д. Соколовского немедленно перешла в преследование.

В течение 13 августа 49-я армия продвинулась почти на 25 км и во взаимодействии с войсками 33-й армии освободила город и железнодорожную станцию Спас-Деменск. В последующие дни продвижение имелось лишь в полосах 49-й и 10-й армий, которые к 20 августа вышли на рубеж Церковщина, Гуриков, Мал. Савки.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

На духовщинском направлении.

Как и предусматривалось планом операции, армии левого крыла Калининского фронта перешли в наступление 13 августа, то есть на шесть дней позже Западного фронта. В наступление перешли войска 39-й армии под командованием генерала А. И. Зыгина и 43-й армии генерала К. Д. Голубева. Их поддерживала авиация 3-й воздушной армии. Основной удар Калининский фронт наносил в направлении Духовщины. Противник и здесь оказал упорное сопротивление. Только в течение первого дня он предпринял 24 контратаки при поддержке танков и авиации. В итоге пятидневных напряженных боев наступавшие войска смогли вклиниться в оборону врага лишь на 6-7 км. Дальнейшие атаки успеха не имели{56}.

Обстановку и напряженность борьбы в эти дни хорошо показал бывший командующий войсками Калининского фронта Маршал Советского Союза А. И. Еременко.

В 7 часов 30 минут 13 августа танки, а вслед за нимии [95] пехота перешли в атаку. Бомбардировочная авиация наносила удары по важнейшим целям. За два часа наступления наши войска прорвали первую и вторую позиции гитлеровцев на фронте 22 км и продвинулись на 4-5 км. Противник, прикрываясь мощными оборонительными сооружениями, оказывал упорное сопротивление на заранее подготовленных рубежах и в опорных пунктах.

В течение всего дня вражеские войска несколько раз переходили в контратаки, пытаясь приостановить наступление наших соединений. Все контратаки врага отбивались с большими для него потерями.

15 августа противник, подтянув к участку прорыва пехоту, до 60 танков и самоходную артиллерию, яростно контратаковал передовые подразделения 39-й армии.

Всего за день боя враг при поддержке авиации 12 раз контратаковал наши войска, но атаки противника были отбиты.

16 августа войска 39-й армии и левого фланга 43-й армии продолжали наступать. Отбивая многочисленные контратаки и преодолевая упорное сопротивление, части 39-й армии очистили северный берег реки Царевич{57} и форсировали ее в районе Павлово.

17 и 18 августа фашисты непрерывно контратаковали наши войска на различных направлениях. Чаще всего контратаки предпринимались силою от батальона до полка и поддерживались танками, самоходными установками и авиацией.

Обстановка складывалась неблагоприятно для войск, наступавших на смоленском направлении. Ставка разрешила временно приостановить активные действия Западного и Калининского фронтов, чтобы произвести перегруппировку, подтянуть тылы, подвезти боеприпасы.

Наступление первоначально решено было возобновить 21 августа, но в дальнейшем этот срок был несколько оттянут{58}.

Части и соединения фронта в эти дни вели борьбу с огромным напряжением, стремясь преодолеть возрастающее сопротивление подходивших резервов.

Солдаты и офицеры Калининского фронта самоотверженно сражались на всех участках, стремились выполнить боевую задачу.

В обстановке, когда сопротивление противника резко возрастало, особенно при столкновении с подходящими резервными соединениями и частями, важная роль принадлежала разведке. Личный состав разведывательных подразделений дивизий первого эшелона, решая сложные задачи, проявлял инициативу, мужество и героизм. Среди разведчиков в те дни отличился взвод 629-го стрелкового полка 134-й стрелковой дивизии. Его командир коммунист лейтенант В. В. Карпов за умелое руководство подразделением и личную храбрость был удостоен звания Героя Советского Союза.

На левом крыле Западного фронта, в связи с тем что основные силы противника были втянуты в сражение против ударной группировки, создались благоприятные условия для перехода в наступление 50-й армии, которой командовал генерал И. В. Болдин. Войска этой армии перешли в наступление 14 августа. За три дня они продвинулись почти на 25 км и вышли на подступы к Жиздре. [97] Находясь на стыке двух фронтов, 50-я армия занимала выгодное положение для нанесения флангового удара в операции по разгрому брянской группировки противника. Вот почему 16 августа Ставка Верховного Главнокомандования приказала командующему войсками Западного фронта передать 50-ю армию в Брянский фронт. Одновременно, с 17 августа, устанавливалась новая разграничительная линия между войсками Западного и Брянского фронтов: Мещовск, Матчино, ст. Пробуждение, Запрудное, Людиново, Бытош, река Ветьма (до ее устья), Хотимск, Пропойск, Нов. Быхов (все пункты, кроме Людиново, Пропойск и Нов. Быхов, для Западного фронта включительно). Ответственность за обеспечение стыка между Западным и Брянским фронтами возлагалась на командующего войсками Западного фронта{59}. К этому времени войска Брянского и Центрального фронтов вышли на подступы к Людиново, Дятьково, Брянску и Севску.

Таким образом, за 14 дней наступления войска Западного фронта прорвали тактическую зону обороны противника на спас-деменском направлении и, продвинувшись на 35-40 км, освободили свыше 500 населенных пунктов, в том числе город и железнодорожную станцию Спас-Де-менск. Рассматривая боевые действия Западного фронта в Спас-Деменской операции, необходимо отметить, что бои по прорыву обороны немецко-фашистских войск носили весьма упорный и затяжной характер.

Одной из причин затяжных боев являлся быстрый приток вражеских соединений с орловско-брянского направления. Фашистское командование, опасаясь, что советские войска могут выйти на фланг группировки, находившейся в районе Орел, Брянск, только в период 1-18 августа было вынуждено перебросить в полосы Западного и Калининского фронтов до 13 дивизий, из них на направление главного удара Западного фронта — 11 дивизий. Врагу удавалось занимать заранее подготовленные рубежи и полосы соединениями, вновь прибываемыми с других участков фронта, и отходившими войсками.

О трудностях ведения операции командования и штабы фронтов систематически докладывали в Ставку Верховного [98] Главнокомандования и в Генеральный штаб. В свою очередь заместитель начальника Генерального штаба генерал А. И. Антонов, докладывая в Ставке Верховного Главнокомандования 25 августа 1943 года о ходе Смоленской наступательной операции, сказал, «что войска здесь встретились с большими трудностями. С одной стороны, тяжелая лесисто-болотистая местность, с другой — возросшее сопротивление вражеских войск, которые усиливаются частями, перебрасываемыми из района Брянска»{60}.

Активность авиации Западного фронта в борьбе с подходившими резервами ограничивалась неблагоприятными метеорологическими условиями. Так, например, 17 и 18 августа авиация не могла действовать в течение всех суток, а 9, 13 и 15 августа действовала только в течение нескольких часов.

Летный состав 1-й воздушной армии проявлял высокое мастерство и героизм при выполнении боевых задач. В боях на спас-деменском направлении особо отличился командир эскадрильи 162-го истребительного авиационного полка коммунист капитан Ю. И. Горохов.

28 июня 1943 года на фронтовой аэродром прямо с завода прибыли новенькие истребители. На борту одного из них была надпись: «Александр Пушкин»{61}. Принимая именной самолет, капитан Горохов заверил боевых товарищей, что отдаст все силы, а если понадобится, и жизнь в борьбе против немецко-фашистских захватчиков.

Участвуя в прикрытии наземных войск, капитан Горохов вместе с другими летчиками полка не раз срывал попытки вражеских бомбардировщиков нанести удары по нашим частям. 12 августа над Спас-Деменском Ю. И. Горохов уничтожил четыре вражеских самолета!

Через несколько дней отважному летчику был вручен второй орден Красного Знамени.

Еще не раз участвовал в смертельных схватках с врагом командир эскадрильи, еще не один фашистский самолет был уничтожен мужественным офицером. В октябре [99] 1943 года его наградили третьим орденом Красного Знамени.

В письме командования 162-го истребительного авиационного полка родителям отважного летчика-истребителя отмечается, что о подвигах Юрия знал весь фронт, что он являлся гордостью части... Есть в письме и такие слова: «Его фамилию знали как друзья, так и враги. При его появлении немецкие стервятники обращались в бегство, а друзья приходили в восхищение». За два с половиной года Ю. И. Горохов совершил более 400 боевых вылетов, сбил лично 23 вражеских самолета и 10 — в групповых боях.

4 февраля 1944 года Ю. И. Горохову было присвоено звание Героя Советского Союза. Но летчик не успел получить орден Ленина и медаль «Золотая Звезда». 1 января 1944 года в воздушном бою над Смоленщиной он погиб{62}. Прах героя захоронен на кладбище в деревне Красное Смоленской области. В музее школы, где он учился, и в музее завода, где работал, экспонируются материалы о мужественном коммунисте.

Ход боевых действий показал, что наши войска, наступавшие на некоторых направлениях, не имели достаточного опыта прорыва глубоко эшелонированной и прочной обороны, а также использования в таких условиях танковых, механизированных и кавалерийских соединений. Кроме того, затяжной характер прорыва обороны противника обусловливался и тем, что переход в наступление Западного и Калининского фронтов не явился внезапным для немецко-фашистских войск. В этой связи представляет большой интерес анализ причин медленного развития наступления, который дается представителем Ставки маршалом артиллерии Н. Н. Вороновым, Подводя итоги первых трех дней боев, он основными причинами медленного развития операции считал следующие.

«1. Противник, безусловно, знал о готовящемся наступлении и принял ряд мер для противодействия ему.

2. Оборонительные позиции противника оказались хорошо подготовленными для обороны: обилие препятствий, траншей, ходов сообщения, минирование и броневые точки (тип такой же, как и на Брянском фронте, о чем я [100] ранее доносил). Например, сегодня обнаружен один опорный пункт противника — по фронту 500 м. Он имеет кроме траншей и окопов 6 броневых пулеметных точек, глубоко врытых в землю и хорошо замаскированных.

3. Ряд наших стрелковых дивизий оказались далеко не подготовленными к наступательным действиям на глубоко эшелонированную оборону противника. Это касается в первую очередь дивизий, находившихся в резерве Ставки. Видимо, не было конкретного, твердого руководства и контроля сверху за боевой подготовкой этих дивизий.

4. Сказывается недостаток танков прорыва, так что ломать оборону противника приходится артиллерии, минометам и пехоте. Контратаки противника и необходимость быть настороже в отношении мин противника резко снижают темпы продвижения нашей пехоты.

5. В первый и второй день наступления в некоторых дивизиях выявились неумелое взаимодействие родов войск, неумение организовать и использовать мощный огонь с движением вперед. Несмотря на принятые меры, имели место «паузы» с атаками, стремление отлежаться, пересидеть противника, свалить или надеяться на соседа и так далее. Плохо еще управляются войска в дивизии, полку и ниже. Простая постановка задачи в ходе боя занимает много времени, наблюдается медлительность в решениях и действиях, 6. Ряд командиров очень впечатлительны к немецким контратакам. Контратаки роты пехоты противника и 2-3 танков, успешное их отражение с потерями для противника вызывают, однако, замедленное движение, а то и приостановку наступательных действий на значительное время.

7. Пехота очень слабо применяет в наступлении свои пулеметы, винтовки, ротные и батальонные минометы. Общее стремление во всех случаях боя — прибегать к помощи артиллерии.

8. Перенос сроков нашего наступления с третьего на седьмое августа, как оказалось, дал противнику возможность в эти дни значительно усилить свою оборону»{63}.

Маршал Н. Н. Воронов отметил недостатки и в применении артиллерии. Он вспоминает, что на общем фоне [101] хорошо организованной артиллерийской подготовки части гвардейских минометов начали свои залпы в 33-й армии на 7 минут, а в 10-й гвардейской армии на 5 минут ранее установленного планом срока. Не были созданы специальные артиллерийские группы для борьбы с минометами противника. В артиллерии Западного фронта совершенно не применялись стрельбы на рикошетах, стрельбы при больших углах падения и другие новые эффективные способы.

Маршал Н. Н. Воронов считал необходимым для выполнения последующей задачи (в связи с продолжающимся отходом противника из орловского мешка) скорее вывести из состава Брянского фронта и передать в состав Западного фронта: 4-ю танковую армию, 8-й артиллерийский корпус, сколько возможно танковых полков прорыва и самоходно-артиллерийских полков, чтобы эти части и соединения смогли своевременно быть введены в дело. Одновременно отпустить боеприпасы по заявке Военного совета Западного фронта от 8 августа и оказать помощь фронту авиацией дальнего действия.

Хотя в итоге первого этапа Смоленской наступательной операции войскам Западного фронта и не удалось прорвать оборону противника на всю глубину и выйти на оперативный простор, тем не менее они нанесли гитлеровцам значительный урон. Кроме того, действия Западного фронта приковали уже на этом этапе не только дивизии противника, ранее находившиеся на западном стратегическом направлении, но и 11 дивизий, переброшенных с других участков советско-германского фронта. Против ударной группировки Калининского фронта вражеское командование в эти дни направило две новые дивизии.

Большинство этих соединений было переброшено с орловского направления, что создавало благоприятные условия для развития наступления Брянского и Центрального фронтов в Орловской операции.

Первый этап Смоленской операции оказал влияние на общее наступление Красной Армии летом 1943 года. Об этом прежде всего говорит тот факт, что из 115 дивизий, которые противник имел к 7 августа на западном и юго-западном стратегических направлениях, 44 дивизии, или [102] около 40%, находились против войск Калининского и Западного фронтов{64}.

21 августа, то есть к концу Спас-Деменской операции, несмотря на потери, понесенные противником в ходе боев, и сокращение полосы наступления Западного фронта более чем на 30 км (в связи с передачей в Брянский фронт 50-й армии, в полосе которой оборонялось четыре дивизии), количество вражеских соединений против войск Калининского и Западного фронтов не только не сократилось, но на одну дивизию увеличилось и продолжало составлять 40% всех сил, которые гитлеровцы имели на 21 августа на западном и юго-западном направлениях.

Причем если танковых и моторизованных дивизий к началу операции против Калининского и Западного фронтов было две, то к концу первого этапа операции их стало шесть.

Таким образом, одна из основных задач Смоленской операции — сковать силы противника, нанести ему поражение и не дать возможности маневрировать соединениями на первом этапе операции — была успешно выполнена.

Советское командование временно приостановило активные действия Калининского и Западного фронтов, чтобы произвести перегруппировку, подтянуть тылы и подготовиться к дальнейшему наступлению для полного решения задач, поставленных Ставкой Верховного Главнокомандования.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Наступление на Ельню и Дорогобуж

К середине августа 1943 года на юго-западном стратегическом направлении произошли крупные изменения в обстановке, обусловленные поражением противника в битве под Курском. Брянский и Центральный фронты, преследуя отходившие немецко-фашистские войска, вышли к 20 августа к Людиново, Брянску и Севску, а Воронежский и Степной фронты вели бои за Харьков. На юге началась наступательная операция Юго-Западного и Южного фронтов по освобождению Донбасса. Таким [103] образом, на огромном участке фронта от Смоленска до побережья Азовского моря развернулось общее стратегическое наступление Советских Вооруженных Сил.

Волховский и Северо-Западный фронты в это время удерживали занимаемые рубежи, а войска Ленинградского фронта сражались на ближайших подступах к Ленинграду, на Карельском перешейке и южнее города.

Командование немецко-фашистских войск принимало все меры к тому, чтобы остановить наступление Красной Армии. Противник по-прежнему уделял большое внимание организации обороны на смоленском и рославлъском направлениях, на которые перебрасывались значительные силы гитлеровцев с орловского и брянского направлений, а также из резерва. Тем самым враг ослабил свои силы перед Брянским и Центральным фронтами и был вынужден там начать отход.

Успешные действия Брянского и Центрального фронтов создали условия, при которых продолжать наступление главными силами на Рославль, а также нацеливать их на юго-западное направление было уже нецелесообразно.

В новых условиях Военный совет Западного фронта принял решение изменить направление главного удара с Рославля на Ельню, Смоленск. Теперь на главном, смоленском направлении сосредоточивалась основная группировка двух фронтов — армии левого крыла Калининского и главные силы Западного фронтов.

Ельня являлась ключом к Смоленску, поэтому противник уделял обороне города особое внимание. Используя наличие больших лесных массивов, многочисленные топи, а также заболоченные поймы рек Угра и Десна, гитлеровцы создали здесь прочную оборону. Наиболее мощные укрепления были сооружены на прилегающих к городу высотах.

Подготовка Ельнинско-Дорогобужекой операции Западного фронта. По решению командующего Западным фронтом ударная группировка фронта создавалась в составе 10-й гвардейской, 21-й и 33-й армий, 2-го гвардейского танкового, 5-го механизированного и 6-го гвардейского кавалерийского корпусов, а также основных сил 1-й воздушной армии. Этой группировке была поставлена задача разгромить противника в районе Ельня и развернуть наступление в направлении Ельня, Смоленск, [104] с ближайшей задачей выйти на рубеж реки Десна от Ельни до устья реки Ветьма. Войска правого крыла фронта — 31, 5 и 68-я армии должны были использовать успех войск, наступавших на направлении главного удара, и во взаимодействии с армиями левого крыла Калининского фронта овладеть городами Дорогобуж и Ярцево. Левому крылу — 49-й и 10-й армиям — приказывалось развивать наступление на рославльском направлении. Левое крыло Калининского фронта должно было продолжать теснить гитлеровцев на духовщинском направлении.

20-27 августа войска Западного фронта производили перегруппировку и готовились возобновить наступление. Для усиления армий, действовавших на направлении главного удара, передавались: 33-й армии — 5-й механизированный и 6-й гвардейский кавалерийский корпуса, 21-й армии, которой командовал генерал Н. И. Крылов, — 2-й гвардейский танковый корпус, прибывший в состав фронта 20 августа из резерва Ставки Верховного Главнокомандования. Кроме того, эти армии были усилены артиллерией. Так, например, 33-я армия дополнительно получила пять, а 21-я армия — семь артиллерийских бригад за счет перегруппировки артиллерии усиления, имевшейся во фронте. 21-я армия получила также на усиление 1-ю штурмовую инженерно-саперную бригаду. Одновременно была произведена перегруппировка зенитной артиллерии, частями и соединениями которой усиливались армии ударной группировки фронта.

Ударная группировка Западного фронта должна была наступать в полосе 36 км, из них 10-я гвардейская армия — на фронте 20 км, а 21-я и 33-я армии — на фронте 16 км (по 8 км каждой). Прорыв обороны противника намечалось осуществить на участке шириной 20 км. [105] Для выполнения задачи на направлении главного удара было создано превосходство над противником: по пехоте — в 1,5 раза, по танкам — в 2 раза и по артиллерии — в 4-5 раз. Наступление намечалось на 28 августа.

Ставка Верховного Главнокомандования директивой от 22 августа 1943 года утвердила представленный план и срок начала операции.

К исходу 27 августа перегруппировка войск была завершена. За семь суток перегруппировали в общей сложности 70 соединений и частей. В том числе: 14 стрелковых дивизий и бригад, 8 танковых бригад и полков, 5 са-моходно-артиллерийских полков, 2 артиллерийские дивизии прорыва, 2 зенитно-артиллерийские дивизии, 38 артиллерийских и минометных бригад, полков и отдельных дивизионов{65}.

Несмотря на большие масштабы перегруппировки войск Западного фронта, при подготовке Елънинско-Дорогобужской операции удалось осуществить ее скрытно, незаметно для противника.

Необходимо отметить, что для развития наступления и Западный и Калининский фронты получили незначительное усиление. В соединениях и частях имелись ограниченные запасы снарядов и мин.

Запасы боеприпасов на армейских и фронтовых складах были также незначительными.

Ограниченное количество боеприпасов продолжало оказывать существенное влияние на ход операции.

Но обстановка на южном крыле советско-германского фронта, где наши войска, преодолевая ожесточенное сопротивление противника, развивали наступление, требовала сковать его силы на других направлениях, не дать ему возможности перебросить хотя бы одну дивизию с западного направления на юго-западное и южное. Поэтому было принято решение продолжать наступление имевшимися силами Калининского и Западного фронтов и тем самым содействовать советским войскам в освобождении Левобережной Украины и Донбасса.

Оба фронта имели ограниченное количество подвижных войск, и это обстоятельство, безусловно, оказало влияние на характер их действий. Именно поэтому определенный [106] интерес представляет боевое применение в Ель-нинско-Дорогобужской операции единственного танкового корпуса — 2-го гвардейского.

В момент передачи корпуса в Западный фронт, то есть 15 августа 1943 года, его соединения располагались в районе Наро-Фоминска и в своем составе имели 131 Т-34, 70 Т-70, 22 бронетранспортера и 220 автомашин различного назначения{66}.

По распоряжению генерала В. Д. Соколовского соединения и части корпуса в 16 часов 15 августа приступили к погрузке в железнодорожные эшелоны и утром 21 августа сосредоточились в районе Спас-Деменска.

Командующий 21-й армией 23 августа поставил 2-му гвардейскому танковому корпусу следующую боевую задачу: с выходом пехоты на рубеж Обухово, Никольское, то есть после преодоления тактической зоны обороны противника, войти в прорыв и, развивая успех в северо-западном направлении, к исходу первого дня наступления овладеть городом Ельня, удерживать его до подхода 69-го стрелкового корпуса, одновременно частью сил нанести удар из района Ельни в западном направлении и содействовать наступлению 5-й и 68-й армий. Корпус вводился в прорыв по трем маршрутам.

Штаб 2-го гвардейского танкового корпуса, работая напряженно, успел подготовить боевой приказ, плановую таблицу боя и схему боевого порядка. Были разработаны также радиосигнальные таблицы, закодированы карты, составлены переговорные таблицы. Танкисты были обеспечены в необходимом количестве топографическими картами.

Значительное внимание было уделено организации взаимодействия с 69-м стрелковым и 5-м механизированным корпусами, а также с соединениями 10-й гвардейской и 33-й армий. В упомянутые соединения и объединения не раз выезжали офицеры штаба танкового корпуса. Авиаторы 1-й воздушной армии с этой целью присылали офицера связи. На командном пункте 2-го гвардейского танкового корпуса накануне наступления побывали представители штаба фронта и штабов 21-й и 1-й воздушной армий. [107] Разведывательный отдел штаба корпуса создал специальные группы для изучения обстановки на переднем крае обороны противника и особенно в полосе ввода в прорыв. С действующими впереди частями и соединениями 21-й армии была организована надежная проводная и радиосвязь.

Корпус к началу боевых действий имел три заправки горючего, три боекомплекта и семь сутодач продовольствия{67}.

Всю подготовку к боевым действиям пронизывала умело поставленная партийно-политическая работа. Среди мероприятий политических отделов большое место занимало изучение пополнения, воспитание в воинах высокого чувства ответственности за порученное дело.

Во всех частях и подразделениях состоялись встречи орденоносцев с необстрелянными воинами.

В подготовительный период 2-й гвардейский танковый корпус был доукомплектован новой боевой техникой и вооружением. Вручение танков и других боевых машин, а также оружия воинам было большим событием в каждой части и подразделении и проходило в торжественной обстановке, как правило, перед строем. Командиры частей и подразделений лично вручали молодым воинам оружие.

С солдатами, сержантами и офицерами, особенно пополнения, проводились беседы по различной тематике под лозунгами: «Умножим славу тацинцев — разгромим врага»; «Быстрота и натиск — залог успеха»; «Ничего не забудем, ничего не простим» и др.

С получением боевого приказа, учитывая место корпуса в оперативном построении армии и его роль в операции, а именно: действия в глубине обороны противника, как правило, в отрыве от общевойсковых соединений армии, — в частях и подразделениях были проведены партийные и комсомольские собрания, на которых перед каждым коммунистом и комсомольцем поставлены конкретные боевые задачи. «Быть примером мужества и отваги, быть первым в бою, мастерски воевать» — так гласили резолюции партийных и комсомольских собраний, принятые перед боем. [108] Проведенная работа в подготовительный период способствовала успешному выполнению корпусом поставленных задач в операции.

Когда войска Западного фронта вели подготовку к Ельнинско-Дорогобужской операции, войска левого крыла Калининского фронта 23 августа, после пятидневной паузы, возобновили наступление на духовщинском направлении. 39-я армия, усиленная 5-м гвардейским стрелковым корпусом, перешла в наступление на прежнем направлении. Гитлеровцы, подтянув резервы, оказывали ожесточенное сопротивление.

Ввод в дело 5-го гвардейского стрелкового корпуса на стыке 2-го гвардейского и 83-го стрелковых корпусов не привел к успеху. Противник непрерывно контратаковал соединения и части Калининского фронта и совершенствовал свои оборонительные позиции. В итоге напряженных боев сопротивление гитлеровцев и в эти дни сломить не удалось.

Наши воины проявляли мужество, огромное стремление к тому, чтобы выполнить боевую задачу, сломить противодействие врага.

В конце августа совершили героические подвиги многие солдаты и офицеры и среди них рядовой 31-го гвардейского стрелкового полка 9-й гвардейской стрелковой дивизии 39-й армии коммунист В. И. Соловьев, которому было присвоено звание Героя Советского Союза.

Среди авиаторов отличился заместитель командира эскадрильи 42-го истребительного авиаполка 240-й истребительной авиационной дивизии 3-й воздушной армии коммунист лейтенант Г. И. Герман. С 25 по 30 августа он совершил семь боевых вылетов и сбил пять вражеских самолетов. За два года отважный летчик участвовал в 202 боевых вылетах, провел 32 воздушных боя, лично сбил 11 самолетов противника. За отвагу и высокое мастерство лейтенант Г. И. Герман Указом Президиума Верховного Совета СССР удостоен звания Героя Советского Союза{68}.

Несмотря на то что двухнедельное наступление ударной группировки левого крыла Калининского фронта успеха не имело, это наступление не позволило немецко-фашистскому [109] командованию использовать находившиеся здесь дивизии для переброски их против наступавших соединений Западного фронта.

На результатах боевых действий Калининского фронта сказалось ограниченное количество сил и средств, особенно танков, горючего и боеприпасов.

Не удалось в необходимой мере организовать и артиллерийское наступление. В ряде случаев, не имея точных данных о целях, особенно в глубине, стрельбу вели по площадям.

Как и на Западном фронте, штабы не смогли организовать четкое управление войсками, контроль за выполнением приказов, информацию об обстановке{69}. Ряд упущений был и в организации оперативной маскировки.

Отрицательно сказалось также распыление сил и средств наступающих войск на трех разобщенных участках, а также втягивание войск в затяжные бои за опорные пункты.

В связи с медленным продвижением соединений командующий Калининским фронтом 30 августа 1943 года обратился в Ставку Верховного Главнокомандования с просьбой разрешить временно приостановить боевые действия для подготовки дальнейшего наступления. Поскольку 28 августа началось наступление Западного фронта на ельнинском направлении. Ставка Верховного Главнокомандования приказала продолжать наступательные действия до 7 сентября, чтобы не дать возможности фашистам маневрировать силами и средствами.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Ход боевых действий в Ельнинско-Дорогобужской операции.

Ударная группировка Западного фронта возобновила наступление 28 августа.

На участке, намеченном для прорыва, была создана артиллерийская плотность 150-160 орудий и минометов калибра 76 мм и выше на 1 км фронта. Артиллерийская подготовка продолжалась 90 минут. В этот период проводилась также авиационная подготовка, во время которой авиация подавляла и задымляла выявленные, наиболее активно действующие батареи противника. Артиллерийская поддержка атаки пехоты и танков осуществлялась одинарным огневым валом скачками в 1-2 деления прицела на глубину 600-700 м. В этот же период артиллерийского [110] наступления группа дальнего действия (ДД) продолжала подавлять артиллерийские батареи гитлеровцев, а группа реактивной артиллерии (ГМЧ) — наиболее сильные узлы сопротивления в ближайшей глубине.

Действия артиллерии и авиации Западного фронта на направлении главного удара были эффективными. Войска ударной группировки после артиллерийской и авиационной подготовки энергично атаковали врага. В первый день наступления им удалось прорвать главную полосу обороны на фронте около 25 км и вклиниться на 6-8 км.

В этот же день в полосе наступления 33-й армии был введен в дело 5-й механизированный корпус, который принял участие в допрорыве обороны противника{70}. Его соединения продвинулись еще на 6-10 км и совместно со стрелковыми частями овладели несколькими опорными пунктами врага. В боях за Кошелево (8 км севернее Н. Березовки) мастерски действовал мотострелковый батальон под командованием капитана Г. И. Радченко. Подразделения подошли к селу, когда солнце уже скрылось за горизонтом. Со стороны населенного пункта вели огонь артиллерийская батарея и пулеметы. Комбат решил воспользоваться наступавшими сумерками, имитировать атаку с фронта, а главными силами обойти село и нанести удар с тыла. Подразделения обошли Кошелево. Расчет опытного офицера оправдался. Среди гарнизона началась паника. Бросая оружие, фашисты бежали. Важный опорный пункт был ликвидирован{71}.

29 августа прорыв был расширен до 30 км и развит в глубину до 12-15 км. Противник был отброшен на левый берег Угры к Ельне. В образовавшуюся брешь вошел 6-й гвардейский кавалерийский корпус. Для развития успеха 21-й армии с рубежа Пречистое, Бывалки в полдень 30 августа был введен в прорыв 2-й гвардейский танковый корпус.

Личный состав танкового корпуса накануне боевых действий отметил большое событие. 4-й мотострелковой, 25-й и 26-й танковым бригадам были вручены гвардейские знамена. Солдаты и офицеры заверяли командование, что будут драться так, как подобает советскому воину. [111]

«Клянусь честью гвардейца, — все как один повторяли священные слова клятвы, — ни на шаг не отступать со своих позиций, идти только вперед, сметая все на своем пути. Позор и смерть тому, кто дрогнет в наших рядах. Клянусь тебе, земля русская, что, пока жив хоть один гвардеец, это знамя будет гордо реять над полем сражений, призывая на новые победы.

Клятва моя — это жизнь моя, и, жизни своей не щадя, я клятву священную не нарушу!»{72}

Гвардейцы с честью выполнили клятву. За один день корпус продвинулся на 20 км и во взаимодействии с войсками 10-й гвардейской армии подошел к Ельне. Атака вражеских позиций, прикрывавших город, началась 30 августа в 18 часов после короткого огневого налета. С востока наступала 29-я гвардейская стрелковая дивизия, с юга — 2-й гвардейский танковый корпус. Вскоре 87-й и 93-й гвардейские стрелковые полки совместно с 119-м танковым полком выбили фашистов с восточной окраины города и завязали уличные бои. Вечером к Ельне подошли и другие части и соединения 10-й гвардейской армии. Противник, неся большие потери, вынужден был 30 августа оставить Ельню — мощный узел сопротивления.

В боях под Ельней отличились гвардейцы-танкисты генерала А. С. Бурдейного, войска генералов В. Н. Гордова, Н. И. Крылова, К. П. Трубникова, летчики маршала авиации А. Е. Голованова и генерала М. М. Громова.

Приказом Верховного Главнокомандующего войскам, наступавшим на смоленском направлении, была объявлена благодарность; отмечены умелые действия 29-й гвардейской стрелковой дивизии генерала А. Т. Стученко, 76-й стрелковой дивизии полковника А. Г. Бабаяна, 25-й гвардейской танковой бригады полковника М. Т. Шевченко, 26-й гвардейской танковой бригады полковника С. К. Нестерова, 23-й гвардейской отдельной танковой бригады полковника И. П. Калинина, 119-го отдельного танкового полка подполковника О. А. Лосика и 63-й стрелковой дивизии полковника Н. М. Ласкина. Ряду соединений и частей присвоено наименование Ельнинских. Столица нашей Родины Москва 31 августа 1943 года салютовала доблестным войскам, одержавшим победу под [112] Ельней, двенадцатью артиллерийскими залпами из ста двадцати четырех орудий{73}.

Тысячи воинов, участвовавших в освобождении Ельни, были награждены орденами и медалями. Только в 3-й гвардейской артиллерийской дивизии прорыва за отвагу и мужество, проявленные в августовских боях с немецко-фашистскими захватчиками, было награждено орденами и медалями 50 офицеров, 79 сержантов и 113 рядовых{74}.

В числе отличившихся в боях за освобождение Ельни и награжденных орденами и медалями сотни солдат и сержантов 2-го гвардейского танкового корпуса. Только приказами командира корпуса от имени Президиума Верховного Совета СССР за образцовое выполнение боевых заданий и проявленные при этом доблесть и мужество было награждено 116 воинов. Среди них: старшие лейтенанты Ф. Г. Шишков, А. М. Галкин, лейтенанты [113] Н. В. Завьялов, Я. М. Федоров, С. Т. Бойко, старший сержант П. А. Брюшков, рядовой А. П. Бессонов{75}.

В боях за Ельню отличился заместитель командира эскадрильи 149-го истребительного авиационного полка 323-й истребительной авиационной дивизии 1-й воздушной армии старший лейтенант А. И. Морозов. 1 сентября 1943 года во главе 10 истребителей он вылетел в район западнее Ельни. Здесь наши истребители встретились с 26 бомбардировщиками и 12 истребителями врага. Старший лейтенант Морозов первым врезался в строй бомбардировщиков и сбил ведущего. Следуя примеру командира, наши летчики сбили в этом районе еще 7 самолетов. Восьмой был подбит.

Менее чем за два года пребывания на фронте А. И. Морозов совершил 271 боевой вылет, провел 33 воздушных боя, сбил лично 13 и в группе — 9 вражеских самолетов. 24 июля 1944 года, выполняя ответственное боевое задание, бесстрашный сокол погиб.

Указом Президиума Верховного Совета СССР старшему лейтенанту А. И. Морозову присвоено звание Героя Советского Союза.

Приказом Министра обороны Союза ССР от 7 июня 1967 года А. И. Морозов навечно зачислен в списки Н-ского авиационного полка{76}.

В связи с успешным продвижением советских войск на ельнинском направлении противник в ночь на 31 августа, прикрываясь сильными арьергардами, начал отходить на дорогобужском направлении. Войска 5-й армии перешли в наступление, успешно преодолели Днепр в его верхнем течении и 1 сентября освободили Дорогобуж. В книге «Навстречу победе» авторы, исследуя боевой путь 5-й армии, так описывают это событие.

«В ночь на 31 августа, когда войска армии уже были готовы к наступлению, за линией фронта вдруг вспыхнуло зарево, загрохотали сильные взрывы. Небо заалело от пожаров. Горели деревни Коровино, Белявка, хутора Пуш-каревскйе, Яковлеве, Высокое, Мазенки, Лозья и другие населенные пункты вблизи вражеского переднего края. Пламя поднялось и несколько дальше, над Дорогобужем. [114] То гитлеровцы озлобленно уничтожали все живое, поджигали жилища, взрывали промышленные здания, мосты и дороги.

А это как уже не раз прежде, было верным признаком готовящегося отступления врага. Подобное намерение противостоящих войск подтвердили и данные, доставленные усиленными разведывательными отрядами дивизий действовавшими в районах Борисовки, Иванино и Торжка. Из них явствовало, что цель противника — отвести свои войска к р. Ужа, на промежуточный рубеж. Чтобы сорвать его планы, командующий 5-и армией генерал-лейтенант В. С. Поленов принял решение начать наступление немедленно, не дожидаясь утра.

Войска были готовы и, получив приказ, тотчас же атаковали противника и выбили его на всем фронте из занимаемых им позиций. К 9 часам утра они продвинулись на два — четыре километра и вышли на линию Фомино, Бахиревка, Кишкино, Лозъя. Враг поспешно отступал бросая раненых и вооружение. Неотступно преследуя его, 312-я и 207-я стрелковые дивизии к исходу дня прошли 13-15 км и на участке Яшцина, Артюшино перерезали шоссейную дорогу Дорогобуж — Ельня.

312-я подошла вплотную к Дорогобужу. Теперь перед полковником А. Г. Моисеевским стояла задача с ходу освободить город, выйти к р. Уже и тем самым не дать противнику закрепиться на промежуточном оборонительном рубеже по этой реке. Для этого комдив приказал всем трем стрелковым полкам перейти в ночное преследование противника. Воины дивизии вновь ринулись вперед. В ночь на 1 сентября батальоны 1083-го стрелкового полка выбив гитлеровцев из догоравшего Дорогобужа и неотступно преследуя их, устремились к р. Ужа. Туда же одновременно продвигались подразделения 1079-го и 1087-го стрелковых полков»{77}.

В эти дни в боях за деревню Борисовка Смоленской области совершил бессмертный подвиг рядовой 6-и роты 1083-го стрелкового полка 312-й стрелковой дивизии узбек Т. Рустемов. Он закрыл своим телом вражеский пулемет и тем самым обеспечил возможность быстрее освободить населенный пункт. [115] Указом Президиума Верховного Совета СССР Т. Рустемову было присвоено звание Героя Советского Союза.

К исходу 1 сентября войска 5-й армии вышли к Уже. Ночью они форсировали реку на нескольких участках и завязали бои на противоположном берегу. Противник не смог удержаться на берегах Ужи и вынужден был оставить занимаемые позиции.

Началось отступление. Враг торопился побыстрее достичь рубежа рек Днепр и Устром и закрепиться, но и это намерение полностью осуществить не смог. Войска 5-й армии 2 сентября вышли к Днепру и Устрому. На следующий день 154-я стрелковая дивизия генерала Г. Д. Соколова форсировала Устром.

Наступление Западного фронта развернулось на фронте около 150 км, охватив почти всю его полосу действий.

Армии правого крыла и центра Западного фронта 1-2 сентября на ряде участков форсировали реки Десна и Снопотъ и вышли на фронт 10 км восточнее Ярцево, [116] река Устром, Кукуево. Войска левого крыла, взаимодействуя с соединениями Брянского фронта, продолжали наступать на рославльском направлении.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Маневр войск Брянского фронта в полосу Западного фронта.

В эти дни был осуществлен поучительный маневр войск правого крыла Брянского фронта в полосу Западного фронта для нанесения удара по противнику на новом направлении. Суть и значение этого маневра состояли в следующем.

Используя успех Западного фронта, командующий Брянским фронтом генерал М. М. Попов 30 августа — 3 сентября 1943 года с разрешения Ставки Верховного Главнокомандования произвел перегруппировку 50-й армии в полосу Западного фронта. В связи с этим директивой Ставки от 29 августа 1943 года с 24 часов 1 сентября между Западным и Брянским фронтами устанавливалась новая разграничительная линия.

Этой же директивой командующему Западным фронтом приказывалось оставить на месте две левофланговые дивизии 10-й армии, передав их временно в подчинение командующего Брянским фронтом. Последнему после прорыва обороны противника приказывалось возвратить эти две дивизии в распоряжение командующего Западным фронтом.

Генерал М. М. Попов решил нанести удар 50-й армией из района Кирова в юго-западном направлении, чтобы решить задачу, поставленную Ставкой фронту директивой от 16 августа: продолжая наступление, не позднее 26-28.8 выйти на реку Десна на фронте Жуковка, железнодорожный узел Брянск, устье реки Нерусса. Подвижными частями захватить переправы через Десну, прочно удерживая их до подхода главных сил, после чего форсировать Десну северо-западнее и южнее Брянска и овладеть брянским плацдармом в излучине Десны. В дальнейшем развивать наступление в общем направлении на Гомель.

После перегруппировки 50-й армии в район Кирова 4 сентября была проведена разведка боем. Для выполнения этой задачи было выделено по одному стрелковому батальону от ранее находившихся здесь 64-й и 212-й, а также от вновь прибывших 110, 238 и 413-й стрелковых дивизий [117] Пленные показали, что командованию немецко-фашистских войск известно о прибытии в этот район новых советских соединений. Таким образом, внезапность удара исключалась и необходимо было искать иной путь решения задачи.

В этой связи генерал армии М. М. Попов в своих воспоминаниях пишет:

«Мое внимание привлекла одна незначительная, казалось бы, деталь: командарм 10 В. С. Попов информировал, что 4 сентября его войска овладели двумя важными командными высотами в районе Дубровки — местечка, которое лежит на север от Брянска. При этом в плен были захвачены нестроевые солдаты противника. Я задумался: как мог В. С. Попов, который, как я прекрасно знал, не располагал ни достаточным количеством людей, ни боеприпасами, провести такую операцию? И почему вражеские солдаты, захваченные в плен, нестроевые?.. А не под Дубровкой ли то самое место, откуда враг не предполагает нашего удара?» {79}

Для выяснения возможности нанесения удара в полосе 10-й армии командующий Брянским фронтом выехал утром 5 сентября на командный пункт этой армии. Ознакомившись с обстановкой на местности, он пришел к выводу о целесообразности нанесения флангового удара силами 50-й армии из района Воронцово, Закрутое с той же целью, то есть выйти в тыл брянской группировки противника и разгромить ее во взаимодействии с главными силами фронта. Командующий Западным фронтом генерал В. Д. Соколовский согласился с тем, чтобы войска Брянского фронта действовали в полосе 10-й армии. Разрешение Ставки Верховного Главнокомандования было получено.

Изменение направления удара исключало необходимость форсирования войсками Брянского фронта реки Болва. Местность, на которой наносился фланговый удар, позволяла применить танки. Кроме того, развитие успеха вдоль правого берега Болвы приводило к свертыванию обороны противника, отрезало ему пути отхода на запад и позволяло быстрее завершить разгром группировки, оборонявшейся в районе Брянска; свертывание обороны гитлеровцев создавало благоприятные условия для нанесения [118] фронтального удара войсками Брянского фронта, действовавшими с рубежа Людиново и южнее{80}.

Было условлено, что 10-я армия окажет содействие 50-й армии наступлением двух дивизий (385-й и 330-й) на смежных с участком прорыва флангах. Кроме того, для поддержки 50-й армии в первый день наступления 10-я армия выделяла пять артиллерийских полков. Это освобождало от одновременной перегруппировки всей артиллерии 50-й армии из района Кирова и способствовало скрытному передвижению последней{81}.

Наступление 50-й армии началось 7 сентября и проходило успешно. К 15 сентября ее соединения продвинулись на 70 км, захватили плацдарм на правом берегу Десны, вышли на фланг брянской группировки противника и нарушили тем самым устойчивость его обороны к северу от Брянска. Фашистское командование было вынуждено отвести войска сначала перед 3-й, а затем и перед 11-й армиями, которые перешли к преследованию. 17 сентября соединениями 11-й армии были освобождены Брянск и Бежица.

Таким образом, успешное наступление 50-й армии оказало положительное влияние на успех Брянской операции фронта в целом и благоприятно отразилось также в дальнейшем и на действиях левого крыла Западного фронта. Творческий подход при организации взаимодействия между двумя фронтами явился одной из причин успеха боевых действий войск.

К 6 сентября темпы наступления Западного фронта стали понижаться. Войска правого крыла фронта (31-я и 5-я армии) вели тяжелые бои с противником в лесном массиве юго-восточнее Ярцево. Армии центра (68-я, 10-я гвардейская и 21-я) вышли к подготовленному рубежу обороны фашистов западнее Ельни. Попытки прорвать его с ходу не дали положительного результата. Войска левого крыла (33, 49 и 10-я армии) также втянулись в затяжные бои в лесных массивах юго-восточнее Ельни. В результате продвижение соединений Западного фронта ежесуточно составляло в среднем 1-3 км.

Уже 5 сентября стало очевидно, что командованию немецко-фашистских войск удалось отошедшими силами [119] и переброшенными на ельнинское направление 330-й пехотной дивизией и 1-й моторизованной бригадой СС занять заблаговременно подготовленную полосу обороны.

В то же время численный состав наступавших дивизий в результате потерь значительно сократился и в среднем составлял 4,5 тыс. человек. Девять дивизий имели менее 3 тыс. человек. Западный фронт насчитывал 380 исправных танков, ощущался недостаток в боеприпасах. При таком положении прорыв с ходу заблаговременно подготовленной и занятой противником полосы обороны являлся непосильной задачей.

Для преодоления такой обороны надо было создать новые группировки, накопить боеприпасы и подготовить войска. В связи с этим был сделан семидневный перерыв для подготовки к новому наступлению.

Войска левого крыла Калининского фронта продолжали боевые действия до 6 сентября. С 7 сентября наступление с разрешения Ставки Верховного Главнокомандования было прекращено.

В итоге второго этапа Смоленской операции войска Западного фронта, взаимодействуя с войсками левого крыла Калининского и правого крыла Брянского фронтов, нанесли поражение группировке противника в районах Ельни и Дорогобужа, продвинулись на запад на 30-40 км, овладели Ельней, Дорогобужем и освободили много других населенных пунктов.

Западный фронт по-прежнему занимал охватывающее положение по отношению к группировке противника, находившейся в районе Рославль, Брянск, угрожал ее флангу и тылу. Гитлеровское командование стремилось любой ценой не допустить дальнейшего наступления войск Западного фронта на смоленском направлении. Поэтому количество дивизий противника перед войсками фронта не только не сократилось, но к концу второго этапа увеличилось на 20%.

Если к началу второго этапа операции перед Западным фронтом было всего 25 дивизий, то после завершения Спас-Деменской и Ельнинско-Дорогобужской операций перед фронтом действовало 30 дивизий, в том числе шесть [120] танковых и моторизованных. На рубеже восточнее Ярцево, Ивонино, Снопоть противник занимал оборону в среднем с плотностью 8-10 км на дивизию или боевую группу.

В период второго этапа Смоленской операции вражеское командование не смогло снять ни одной дивизии для переброски на юго-западное и южное направления, где в это время войска Красной Армии проводили Донбасскую операцию, а также, продвигаясь на запад и освобождая Левобережную Украину, одновременно готовились к форсированию Днепра. Более того, противник вынужден был дополнительно перебросить из резерва и с других направлений против войск Калининского и Западного фронтов еще две дивизии и одну бригаду.

В этой связи представляет интерес оценка катастрофического положения группы фашистских армий «Юг» бывшим в то время ее командующим Э. Манштейном. Он пишет, что на совещании руководящего состава, которое провел фюрер в Виннице 27 августа 1943 года, он (Манштейн. — Прим. авт. ) «поставил перед Гитлером ясную альтернативу: — или быстро выделить нам новые силы, не менее 12 дивизий, а также заменить наши ослабленные части частями с других, спокойных участков фронта; — или отдать Донбасс, чтобы высвободить силы на фронте группы.

Гитлер... обещал, что даст нам с фронтов групп «Север» и «Центр» все соединения, какие можно только оттуда взять. Он обещал также выяснить в ближайшие дни возможность смены ослабленных в боях дивизий дивизиями с более спокойных участков фронта.

Уже в ближайшие дни нам стало ясно, что дальше этих обещаний дело не пойдет.

Советы атаковали левый фланг группы «Центр» (2 армию) и осуществили частный прорыв, в результате которого эта армия была вынуждена отойти на запад. В полосе 4 армии этой группы в результате успешного наступления противника также возникло критическое положение.

28 августа фельдмаршал фон Клюге прибыл в ставку фюрера и доложил, что не может быть и речи о снятии сил с его участка [123] фронта (т. е. группы «Центр». — Прим. авт.). Группа «Север» также не могла выделить ни одной дивизии»{82}.

Завершив второй этап Смоленской наступательной операции, войска фронтов приступили к подготовке ее следующего — третьего заключительного этапа.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Освобождение Смоленска, Рославля, Духовщины, Демидова

С 7 по 14 сентября войска левого крыла Калининского, правого крыла и центра Западного фронтов закреплялись на достигнутых рубежах, вели разведку обороны противника, уточняли его систему огня, производили перегруппировку сил и готовились к дальнейшему наступлению. Войска левого крыла Западного фронта (49-я и 10-я армии), продолжая наступление, преодолели лесной массив южнее Ельни и подходили к рубежу реки Десна.

Противник всеми мерами стремился организовать прочную оборону на рубеже рек Устром и Десна и не допустить дальнейшего продвижения советских соединений.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Подготовка Смоленеко-Рославльской операции Западного фронта и Духовщинско-Демидовской операции Калининского фронта.

Перед войсками левого крыла Калининского и> Западного фронтов на третьем этапе Смоленской операции стояла задача разгромить группировку гитлеровцев, оборонявшуюся на смоленском и рославлском направлениях, овладеть Смоленском, Рославлем и развить наступление на Витебск и Оршу.

Командующий Западным фронтом решил сосредоточить основные усилия на направлении Смоленск, Орша. Главный удар планировалось нанести силами 10-й гвардейской армии под командованием (с 11 сентября 1943 года. — Прим. авт. ) генерала А. В. Сухомлина, 21-й и 33-й армий, 2-го гвардейского танкового, 5-го механизированного, 6-го и 3-го гвардейских кавалерийских корпусов (3-й гвардейский кавалерийский корпус был передан в Западный фронт 10 сентября). [124] Этой группировке войск ставилась задача прорвать оборону противника на участке Ивонино, Кукуево (12 км), овладеть районом Починок и тем самым перерезать железную дорогу и шоссе Смоленск — Рославль. В дальнейшем ударом частью сил во взаимодействии с войсками правого крыла овладеть Смоленском, а главными силами развивать наступление в общем направлении на Оршу.

На Западном фронте была создана подвижная группа{83} в составе 3-го гвардейского кавалерийского и 2-го гвардейского танкового корпусов, во главе которой был поставлен командир кавалерийского корпуса генерал Н. С. Осликовский.

Группа должна была наступать в полосе 21-й армии с рубежа Бол. Тишово, Нов. Тишово и, развивая успех в общем направлении на Оршу, в первый день перерезать железнодорожную и шоссейную магистрали Смоленск — Рославль и передовыми частями захватить переправы на реке Сож; во второй день наступления овладеть населенными пунктами Ленино, Горки и перерезать железную дорогу Орша — Кричев; в третий день захватить постоянные переправы через Днепр в районе Орши и выйти на рубеж Смоляны, Староселье.

5-й механизированный и 6-й гвардейский кавалерийский корпуса составляли подвижную группу 33-й армии. 5-му механизированному корпусу предстояло наступать с рубежа Энгельгардовка (7 км южнее Кукуево), Хо-теевка и к исходу дня перерезать железную и шоссейную дороги Смоленск — Рославль, овладеть Починок и выйти на рубеж Морги, Молухи. 6-й гвардейский кавалерийский корпус получил задачу действовать с рубежа Хотеево [125] (10 км северо-западнее Стряны) и южнее с задачей к исходу дня перерезать железную и шоссейную дороги Смоленск — Рославль, захватить аэродромную базу (25 км восточнее Монастырщины) и выйти на рубеж 10 км западнее Починок.

Войскам правого крыла (31, 5 и 68-я армии) предстояло во взаимодействии с соединениями левого крыла Калининского фронта уничтожить противника в районе Ярцево и выйти на реки Вопь и Днепр. В дальнейшем во взаимодействии с войсками главной группировки было приказано овладеть Смоленском. Войскам левого крыла (49-й и 10-й армии) ставилась задача продолжать наступление, форсировать Десну и во взаимодействии с главной группировкой освободить Рославль.

Для прорыва обороны противника на направлении главного удара Западного фронта намечалось привлечь 14 стрелковых дивизий, из которых 7 предполагалось иметь во вторых эшелонах армий и корпусов. Плотность артиллерии и танков на 1 км фронта прорыва в среднем достигала: орудий и минометов (калибра 76 мм и выше) — 150, танков и самоходно-артиллерийских установок — 48.

Авиации фронта была поставлена задача прикрыть с воздуха действия ударной группировки, уничтожать (и подавлять) артиллерийские и минометные батареи противника, разрушать его узлы сопротивления на направлении главного удара, обеспечить ввод в прорыв подвижных групп, воспретить подход вражеских резервов. В связи с изменением направления главного удара наземных сил Западного фронта и основные усилия авиации 1-й воздушной армии были перенацелены на новое направление.

Войскам левого крыла Калининского фронта предстояло разгромить группировку противника в районе Духовщина, Демидов и развивать наступление в общем направлении Рудня, Витебск.

Командующий Калининским фронтом решил силами 39-й и 43-й армий 14 сентября возобновить наступление. Основные усилия сосредоточивались в полосе наступления 39-й армии в общем направлении Духовщина, Каспля, причем участок прорыва был перенесен северо-западнее прежнего. По решению командующего 39-й армией генерала Н. Э. Берзарина, принявшего армию 8 сентября [126] 1943 года, главный удар наносился на Духовщину силами 84-го и 2-го гвардейского стрелковых корпусов и подвижной группы (две танковые и две механизированные бригады). Механизированные и танковые бригады предусматривалось ввести в бой следующим образом. Группа полковника И. Ф. Дремова (46-я и 47-я механизированные бригады) должна была вводиться на участке 2-го гвардейского, а группа подполковника Н. Ф. Чупрова (60-я и 236-я танковые бригады) — на участке 84-го стрелкового корпуса. Ширина участка прорыва армии равнялась 9 км{84}.

Тактическая плотность на направлении главного удара 39-й армии достигала четырех с половиной батальонов, 128 орудий и минометов (калибра 76 мм и выше) и 24 танков (с учетом танков подвижной группы армии). Смену и выход частей в исходное положение для наступления планировалось провести в ночь перед атакой, то есть в ночь на 14 сентября.

Наступлению предшествовала большая перегруппировка войск Калининского и Западного фронтов. В ней участвовали кавалерийский корпус, 18 стрелковых дивизий, 7 танковых бригад, 4 танковых и 5 самоходно-артил-лерийских полков. В значительной мере перегруппировка коснулась и артиллерии. Так, 10-я гвардейская армия была усилена 8-й гаубичной и 99-й пушечной артиллерийскими бригадами, переданными из 21-й армии, 95-й тяжелой гаубичной артиллерийской бригадой, прибывшей из 33-й армии, 17-й пушечной артиллерийской бригадой 68-й армии и несколькими отдельными артиллерийскими и минометными полками. В полосе 10-й гвардейской армии [127] сосредоточивались две бригады 7-й гвардейской минометной дивизии.

На участках прорыва была создана достаточно высокая плотность артиллерии. Так, на направлении главного удара 10-й гвардейской армии она достигла 160-185 орудий и минометов на 1 км фронта, не считая реактивной артиллерии. Группировка артиллерии в принципе не отличалась от группировки, созданной к началу Смоленской операции.

В связи с изменением направления главного удара войск левого крыла Калининского фронта была произведена перегруппировка соединений и частей 39-й армии, в том числе и артиллерии. На новое направление была переброшена большая часть 21-й артиллерийской дивизии прорыва и почти вся реактивная артиллерия. Передвижение осуществлялось скрытно, надежно прикрывалось истребителями воздушных армий. В эти дни, отражая налеты врага, отличился командир авиаэскадрильи 3-й воздушной армии капитан Н. В. Тихонов. Николай Викторович к этому времени имел большой боевой опыт, пройдя путь от рядового летчика до командира эскадрильи. Громя фашистских захватчиков на Брянском, [128] Западном, Северо-Западном и Калининском фронтах, он совершил 224 боевых вылета. В 53 воздушных боях бесстрашный пилот лично сбил 16 самолетов. 10 сентября 1943 года посты воздушного наблюдения донесли, что большая группа вражеских самолетов пересекла линию фронта. Капитан Тихонов быстро поднял эскадрилью и вылетел в указанный район. Около Духовщины советские истребители встретили 20 бомбардировщиков, сопровождаемых 10 «фокке-вульфами».

Капитан Тихонов повел эскадрилью в атаку. Вражеские самолеты, не сбросив бомб, повернули обратно. Наши летчики решили преследовать их. Во время воздушного боя на самолет командира эскадрильи напали четыре стервятника и подбили его. Истребитель загорелся и вместе с раненым пилотом упал на землю. Так, совершая свой 225-й боевой вылет, пал смертью храбрых славный сын Советской Родины.

Указом Президиума Верховного Совета СССР капитану Н. В. Тихонову за мужество и отвагу присвоено звание Героя Советского Союза.

Еще в начале подготовки операций, в связи с успешным наступлением наших войск на конотопском направлении, Ставка Верховного Главнокомандования 6 сентября установила новые разграничительные линии между фронтами. В частности, между Калининским и Западным фронтами до Поныровщины прежняя и далее Слобода, Духовщина, Рудня, Богушевск.

Между Западным и Брянским фронтами до Дубровки (10 км юго-восточнее Сещи) прежняя и далее Кричев, Дашковка (15 км южнее Могилева){85}.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Ход Смоленско-Рославльской и Духовщинско-Демидовской операций.

14 сентября левое крыло Калининского фронта на духовщинском направлении и на сутки позже главная ударная группировка Западного фронта на смоленском направлении перешли в наступление.

Артиллерийская подготовка на Калининском фронте продолжалась 1 час 15 минут. В течение этого времени велось разрушение и подавление целей огнем отдельных орудий и взводов с закрытых позиций. За 20 минут до конца артиллерийской подготовки (в течение 10 минут) [129] были даны залпы реактивной артиллерии по опорным пунктам, а в последние 10 минут открыли огонь на разрушение на переднем крае орудия прямой наводки.

Поддержка атаки началась 15-минутным огневым налетом по переднему краю и ближайшей глубине обороны противника. После того как пехота и танки под прикрытием огня достигли первой траншеи гитлеровцев, артиллерия перенесла огонь на следующий рубеж. В дальнейшем поддержка атаки осуществлялась методом последовательного сосредоточения огня. Таким образом, на этот раз оборона противника подавлялась массированным огнем артиллерии более надежно.

В 10 часов 20 минут под прикрытием огня артиллерии и ударов авиации соединения 39-й и левого фланга 43-й армий стремительными ударами прорвали на нескольких участках оборонительную полосу противника. К исходу первого дня боев войска продвинулись на глубину от 3 до 13 км, расширив прорыв до 30 км.

В результате четырехдневных боев Калининский фронт прорвал сильно укрепленную полосу врага, разгромил его опорные пункты в Рибшево, Вердино, Ломоносово, Панкратово и в ночь на 19 сентября штурмом овладел важным опорным пунктом обороны гитлеровцев на путях к Смоленску — Духовщиной. При разгроме врага в Духовщине большую роль сыграла созданная в 39-й армии армейская группа артиллерии разрушения в составе 103-й гаубичной артиллерийской бригады большой мощности. В боях на рибшевском направлении героический подвиг совершил автоматчик 975-го стрелкового полка 270-й стрелковой дивизии 43-й армии рядовой В. И. Сурков. Полку, в котором служил Сурков, была поставлена задача овладеть безымянной высотой у населенного пункта Тарасово (5 км восточнее Ломоносово). Высота являлась ключом обороны противника на этом участке. Подступы к высоте враг прикрывал хорошо организованной системой огня. Командир полка поставил роте автоматчиков задачу — обойти высоту с северо-запада и атаковать противника с фланга.

После артиллерийской подготовки подразделения полка перешли в атаку. Автоматчики вырвались вперед и стали обходить опорный пункт. И тут вражеский пулемет из дзота открыл по наступающим сильный огонь. Подразделение залегло. В этот критический момент комсомолец [130] рядовой Сурков быстро и незаметно подобрался к огневой точке противника и своим телом закрыл амбразуру. Автоматчики стремительно рванулись к высоте и захватили ее.

Перед боем комсомолец Сурков подал заявление о вступлении в партию. Он заверил коммунистов, что в предстоящем бою будет беспощадно истреблять гитлеровцев, не щадя своей крови и жизни. Отважный воин сдержал свое слово.

Рядовому В. И. Суркову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. 8 октября 1965 года Министр обороны СССР зачислил Героя навечно в списки Н-ского мотострелкового полка.

Войска Западного фронта возобновили наступление 15 сентября после около двухчасовой артиллерийской подготовки. Поддержка атаки осуществлялась огневым валом. В первый день оборона противника была прорвана на большинстве направлений. 16 сентября на направлении главного удара прорыв был расширен до 20 км по [131] фронту и до 10 км в глубину. Значительных успехов добились также соединения и части 31-й армии. Умело маневрируя, они обходили очаги сопротивления и прорвали последний оборонительный рубеж. В этот же день войска 31-й армии сломили сопротивление гитлеровцев и овладели важным опорным пунктом обороны немецко-фашистских войск на подступах к Смоленску — городом и железнодорожной станцией Ярцево. В боях за город противник потерял только убитыми до тысячи солдат и офицеров.

Успешно развивалось наступление и соединений левого крыла Западного фронта на рославльском направлении. Немецко-фашистские войска пытались оторваться от стремительно продвигавшихся советских частей и занять оборону на Десне, но это им сделать не удалось. Дивизии 10-й армии стремительно форсировали реку и захватили несколько плацдармов на ее правом берегу.

Таким образом, оказалась взломанной сильно укрепленная оборонительная полоса противника на подступах к так называемым «смоленским воротам». Немецко-фашистские [132] войска, оборонявшиеся на смоленском направлении, оказались в трудном положении. Бывший генерал гитлеровской армии, К. Типпельскирх так оценивает эти события:

«...войска русского Западного фронта нанесли с рубежа Дорогобуж, Ельня удар и по левому крылу группы армий «Центр» с целью осуществить прорыв на Смоленск. Теперь стало ясно, что выступающий далеко на восток участок фронта, на котором оборонялась 9-я армия, удерживать больше невозможно»{86}.

В боях за освобождение Духовщины и Ярцево отличились войска 39-й армии генерала Н. Э. Берзарина, 31-й армии генерала В. А. Глуздовского, 43-й армии генерала К. Д. Голубева, танкисты 46-й и 47-й механизированных бригад полковника И. Ф. Дремова, летчики 1-й воздушной армии генерала М. М. Громова и 3-й воздушной армии генерала Н. Ф. Папивина.

В ознаменование одержанной победы 22 соединениям и частям были присвоены почетные наименования Духовщинских, Ярцевских, Рибшевских, Вердинских, Ломоносовских, Кулагинских и Панкратовских.

За отличные боевые действия войскам, участвовавшим в боях за Духовщину и Ярцево, Верховный Главнокомандующий объявил благодарность, а столица нашей Родины Москва салютовала двенадцатью артиллерийскими залпами из ста двадцати четырех орудий{87}.

В боях за освобождение города Ярцево отличился (наряду с другими частями) и 961-й стрелковый полк 274-й стрелковой дивизии, которой в числе девяти соединений и частей было присвоено почетное наименование Ярцевской. Два дня непрерывно дрался полк за Ярцево — у водокачки, у реки Вопь — и на третий полностью овладел городом. Командовал в то время полком подполковник П. В. Додогорский. Позже, в 1945 году, он за форсирование Вислы и удержание плацдарма, за прорыв сильно укрепленной глубоко эшелонированной обороны, за бои в районе Радома, за форсирование рек Пилица и Варта, за прорыв долговременной обороны немцев на линии границы Германии был удостоен звания Героя Советского Союза{88}. [133] В боях на подступах к Ярцево образец мужества и отваги показал политработник 376-го стрелкового полка 220-й стрелковой дивизии капитан К. А. Кошман. Сражаясь у высоты 215,6, он уничтожил 9 гитлеровцев. Отважный офицер, будучи раненным, вместе с другими воинами роты энергично преследовал врага и взял в плен 13 гитлеровцев. Позднее, при освобождении Белоруссии и битве за Днепр, форсировании Березины и Немана, умело руководил партийной организацией части, чем в значительной степени способствовал успешному выполнению боевых задач. Капитан Кошман обычно находился в подразделениях, которые вели тяжелые бои, проявляя личную храбрость. За мужество и отвагу капитан К. А. Кошман был удостоен звания Героя Советского Союза.

В Духовщинско-Демидовской операции Калининского фронта отличился командир звена 6-го гвардейского штурмового авиационного полка 3-й воздушной армии старший лейтенант И. Ф. Павлов. Прибыв в полк в 1942 году, он через год стал опытным воздушным бойцом. К октябрю 1943 года Иван Фомич совершил 127 боевых вылетов. Оценивая их значение, командир полка подполковник К. П. Заклепа писал в характеристике:

«Никакие противодействия зенитной артиллерии и истребительной авиации противника не мешают советскому асу пробиться к цели и разгромить ее. В этом ему помогают искусство и мастерство тактических маневров, внезапность атак и умелое руководство группой в бою».

4 февраля 1944 года кавалер ордена Отечественной войны I степени, двух орденов Красного Знамени И. Ф. Павлов стал Героем Советского Союза. 23 февраля 1945 года Президиум Верховного Совета Союза ССР наградил отважного летчика второй Золотой Звездой. 250 боевых вылетов совершил он к Дню Победы.

После войны коммунист майор И. Ф. Павлов окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе и с успехом передавал свой богатый опыт летчикам авиаполка. 12 октября 1950 года Иван Фомич погиб при исполнении служебных обязанностей.

Его имя навечно внесено в списки Н-ской части. Именем Павлова назван целинный совхоз на Кустанайщине. На центральной площади Кустаная установлен бронзовый бюст дважды Героя Советского Союза И. Ф. Павлова. [134] В этой же операции Калининского фронта активное участие наряду с другими частями и соединениями 3-й воздушной армии принимал и 826-й штурмовой авиационный полк. Его летчики наносили удары по опорным пунктам противника. Среди них находился и прибывший на фронт 28 августа 1943 года молодой летчик Ф. И. Садчиков. За проявленные мужество и высокое боевое мастерство Ф, И. Садчиков был награжден орденом Красного Знамени, получил звание младшего лейтенанта. За год пребывания на фронте Федор Ильич совершил 98 боевых вылетов. Ему довелось участвовать во многих воздушных боях. Вскоре его назначили заместителем командира эскадрильи. В 1944 году Ф. И. Садчиков был принят в партию, а 23 февраля 1945 года удостоен звания Героя Советского Союза.

Развивая достигнутый успех, Калининский и Западный фронты уже 19 сентября наступали в полосе около 250 км, причем наибольший успех был достигнут на направлении главного удара Западного фронта, где войска за пять дней продвинулись на глубину около 40 км.

20 сентября Ставка Верховного Главнокомандования поставила Западному фронту следующую задачу: продолжая наступление, разбить смоленскую группировку противника и 26-27 сентября овладеть Смоленском. К тому же времени левым крылом фронта занять Починок, Рославль и выйти на рубеж река Сож, Хиславичи, Шумячи. В дальнейшем главной группировкой фронта наступать в общем направлении на Оршу и 10-12 октября овладеть районом Орша, Могилев. В этот же день была установлена новая разграничительная линия с Калининским фронтом.

Калининскому фронту было приказано, продолжая наступление левым крылом, главные усилия направить на захват Витебска. На рубеж Понизовье, Пунищи, Каспля выйти 26-27 сентября и овладеть Витебском не позже 9-10 октября.

Выполняя задачи, войска обоих фронтов продолжали развивать наступление.

21-я армия, находясь в центре ударной группировки Западного фронта, прорывала оборону противника на участке в 4,5 км. С первых же часов боя сказалось ограниченное количество танков непосредственной поддержки пехоты — 23-я отдельная танковая бригада и 248-й танковый [135] полк имели всего 15 исправных танков{89}. Таким образом, армия начинала наступать, имея 3-4 танка на 1 км фронта прорыва.

В подвижной группе армии имелся 301 танк, из них во 2-м гвардейском танковом корпусе — 184{90} и в 104, 193 и 207-м танковых полках{91} 3-го гвардейского кавалерийского корпуса — 117.

Как видно, средняя оперативная плотность в полосе 21-й армии составляла 60 танков на 1 км фронта.

В первый день наступления соединения 21-й армии лишь вклинились в оборону противника на 1-1,5 км. Тогда командующий 21-й армией с разрешения командующего фронтом ввел в сражение 2-й гвардейский танковый корпус с целью завершения прорыва обороны противника совместно со стрелковыми соединениями и развития наступления в глубину в соответствии с ранее поставленной задачей.

В 22 часа 15 сентября 2-й гвардейский танковый корпус был введен в сражение. В течение двух дней боев удалось прорвать главную полосу обороны противника, но 2-й гвардейский танковый корпус потерял около 40% танков.

К 9 часам 17 сентября 3-й гвардейский кавалерийский корпус вышел в выжидательный район северо-западнее и западнее Ельни. После получения данных о форсировании реки Волость и об овладении пехотой Бородино и Дятловкой кавалерийский корпус по приказанию командарма 21 к 7 часам 18 сентября сосредоточился в лесу, 8 км юго-западнее Ивонино. 2-й гвардейский танковый корпус в это время вел бои за переправы через реку Волость, в 25 км северо-восточнее Починок.

Утром 18 сентября соединения 3-го гвардейского кавалерийского корпуса перешли в наступление. Но в связи с тем, что промежуточная оборонительная полоса противника, проходившая по западному берегу реки Волость, стрелковыми соединениями 21-й армии не была преодолена, кавалерийские дивизии понесли потери и в 20 часов по приказу командарма начали отходить в исходное положение{92}. В середине следующего дня 3-й гвардейский [136] кавалерийский корпус был введен в дело с рубежа Бородино, Дятловка. Завершив совместно с пехотой прорыв оборонительной полосы противника, кавалеристы перешли к преследованию вражеских частей.

Соединения и части 2-го гвардейского танкового корпуса продолжали наступать совместно с пехотой.

Танковый корпус, наступая на местности, изобилующей реками, заболоченными участками, в условиях бездорожья, вынужден был выполнять роль танков непосредственной поддержки пехоты.

На действиях корпуса сказалась и неудовлетворительная организация регулирования движения. На некоторых направлениях по одной дороге продвигались тяжелые танки КВ, тяжелая артиллерия, автомашины и обозы. В результате такой организации движения зачастую создавались пробки, особенно на переправах и в дефиле. Были случаи, когда после прохождения КВ мосты и дороги приходили в негодное состояние и нужно было вести разведку новых маршрутов.

По этим, а также и по другим причинам подвижные войска полностью задачу выполнить не смогли, хотя на третьем этапе Смоленской операции они и сыграли значительную роль в развитии наступления 21-й армии. Танковый и кавалерийский корпуса получили опыт действий в новых условиях, который был использован в последующих операциях.

Продолжая выполнять задачу, Калининский фронт 21 сентября силами 43-й армии под командованием генерала К. Д. Голубева овладел мощным узлом обороны противника — городом Демидов, охватив тем самым группировку противника, находившуюся в районе Смоленска, с севера.

В боях за Демидов проявил высокое воинское мастерство и находчивость командир отделения роты автоматчиков 950-го стрелкового полка 262-й стрелковой дивизии сержант А. А. Томский. Во время наступления его бойцы первыми зацепились за окраины города. В бою ранило командира взвода. Томский незамедлительно возглавил взвод, который продолжал очищать от фашистов улицу за улицей. В марте 1944 года в боях на витебском направлении храбрый воин погиб. 24 марта 1945 года А. А. Томскому было присвоено звание Героя Советского Союза. В белорусском поселке Лиозно и в Калинине именем [137] героя названы улицы, а в деревне Войтово его имя присвоено средней школе{93}.

В этих же боях отличился и разведчик сержант И. Гуреев, который проник в центр Демидова и на крыше самого высокого здания под вражеским огнем установил красный флаг. Развевающееся над городом красное полотнище удвоило силы наших бойцов. Подвиг Гуреева не забыт: одна из улиц Демидова названа его именем{94}.

Потеряв Демидов, противник начал отходить перед левым крылом фронта. Успешно продвигаясь, советские войска к 24 сентября вышли на рубеж 15 км юго-западнее Велиж, река Каспля, Демидов, 10 км севернее Смоленска. [138] Семи соединениям и частям, наиболее отличившимся в боях за Демидов, приказом Верховного Главнокомандующего было присвоено почетное наименование Демидовских.

Ударная группировка Западного фронта 23 сентября перерезала железную дорогу Смоленск — Рославль, а на следующий день вышла к реке Сож, охватив противника в районе Смоленска с юга. К этому времени войска 10-й армии ворвались в Рославль и завязали уличные бои.

В эти дни при форсировании Днепра совершил героический подвиг командир минометного отделения 702-го гвардейского стрелкового полка 213-й гвардейской стрелковой дивизии сержант А. И. Мороз.

23 сентября группа бойцов вышла к переправе, чтобы доставить боеприпасы товарищам, уже занявшим огневые позиции на плацдарме, захваченном на правом берегу. Фашисты открыли сильный пулеметный огонь. Минометчики были вынуждены залечь. Сержант Мороз вместе с другими солдатами скрытно, вплавь переправился на противоположный берег и вышел в тыл фашистам. Внезапной атакой смельчаки выбили их из траншей, захватили пулемет и открыли из него огонь, обеспечив тем самым возможность доставить мины на огневые позиции. Когда боевые порядки полка атаковали фашистские танки, Мороз открыл огонь из противотанкового ружья, расчет которого вышел из строя. Двумя выстрелами он поджег вражеский танк. Указом Президиума Верховного Совета СССР сержанту А. И. Морозу присвоено звание Героя Советского Союза.

В последующие дни наступление продолжалось. Преодолев сопротивление противника на подступах к Смоленску, войска правого крыла Западного фронта (31, 5 и 68-я армии) форсировали Днепр и после упорных ночных боев ударом с нескольких сторон 25 сентября освободили крупный областной центр — город Смоленск — важнейший узел обороны противника на западном направлении.

Житель Смоленска А. П. Хомич, участник первой мировой войны, революции, гражданской и Великой Отечественной войн, свидетель и участник борьбы за Смоленск, делясь своими воспоминаниями о первом дне освобожденного города, говорил:

«Если бы вы видели Смоленск 25 сентября 1943 года, в день его освобождения! [139] Передвигаться по городу было невозможно: все горело, рвалось, грохотало. На этом самом месте вместо сада — штабеля дров, трупы людей и лошадей. Там, где до войны был льнокомбинат, стояли ряды виселиц. На каждой по нескольку повешенных...

Полуразрушенные дома просвечивали выбоинами окон и казались черепами с пустыми глазницами. В дымящихся развалинах люди не узнавали своих домов. Только зубчатые стены Кремля говорили, что это он, наш Смоленск. Обо всем этом вспоминать тяжело, но и забывать ничего нельзя»{95}

В тот же день на левом крыле Западного фронта 10-я армия сломила сопротивление врага и овладела важным узлом коммуникаций и мощным опорным пунктом немецко-фашистских войск — Рославлем.

В боях за освобождение Смоленска и Рославля отличились 31-я армия генерала В. А. Глуздовского, 21-я армия генерала Н. И. Крылова, 5-я армия генерала В. С. Поленова, 33-я армия генерала В. Н. Гордова, 10-я гвардейская [140] армия генерала А. В. Сухомлина, 68-я армия генерала Е. П. Журавлева, 10-я армия генерала В. С. Попова, 49-я армия генерала И. Т. Гришина, летчики 1-й воздушной армии, которой командовал генерал М. М. Громов, и дальней авиации маршала авиации А. Е. Голованова.

В ознаменование одержанной победы 56 соединений и частей, особо отличившихся в боях за Смоленск и Рославль, получили почетные наименования Смоленских и Рославльских.

Такое количество отмеченных войск — свидетельство массового героизма и высокой выучки личного состава, искусства командиров всех степеней, проявленных при выполнении боевых задач в сложных условиях обстановки.

За отличные боевые действия Верховный Главнокомандующий объявил благодарность всем войскам, участвовавшим в боях за Смоленск и Рославль, а столица нашей Родины Москва 25 сентября 1943 года салютовала доблестным воинам, освободившим эти города, двадцатью артиллерийскими залпами из двухсот двадцати четырех орудий{96}.

При проведении Смоленской наступательной операции неоднократно отмечались активные действия французского истребительного авиационного полка «Нормандия». Многие летчики полка были награждены советскими орденами и медалями и среди них отважный командир Марсель Лефевр.

Благодарные жители Смоленщины свято чтут память о незабываемых днях Великой Отечественной войны. Проникновенно пишет об этом Л. В. Васильева.

«...На юго-западной окраине Смоленска раскинулся молодой живописный парк, называемый в народе Реадовка. Сюда, в Реадовку, на отроги оврага, привозили гитлеровские палачи советских патриотов и расстреливали их. В течение лета и осени 1942 года в Реадовке было казнено свыше трех тысяч человек. Сейчас здесь установлен памятник-надгробие погибшим героям. На мемориальной стене — изображение обреченных на смерть людей, но лица их мужественны и непреклонны. «Народ будет вечно помнить вашу верность Советской Родине», — высечено на камне, а рядом — скульптура Скорбящей Матери. [141] Люди приходят сюда поклониться светлой памяти тех, кто погиб во имя жизни... Среди скорбной тишины раздаются звуки музыки... На Кургане устремленный к небу Обелиск. У его подножия навечно склонились два мраморных красных стяга. Ступени лежат на склоне кургана, на земле, принесенной сюда руками смолян с мест боев. Это — Курган Бессмертия, воздвигнутый живущими в честь тысяч советских людей, погибших на Смоленской земле...

В Смоленске знают Володю Куриленко. Он — герой-партизан, погибший в годы Великой Отечественной войны. Володя похоронен у подножия городской крепостной стены. На черной мраморной плите высечены слова: «Куриленко Владимир Тимофеевич, Герой Советского Союза, партизан Смоленской области. 1924-1942 года».

Это один из самых молодых Героев Советского Союза: свое семнадцатилетие он отмечал в партизанском отряде, уже опытным бойцом...

Ежегодно 9 мая, в День Победы, и 25 сентября, в День освобождения Смоленска от немецко-фашистских захватчиков, по городу идет торжественное шествие: впереди — барабанщики, за ними воины, ветераны труда и студенты несут Гирлянду Славы. Двадцатиметровая Гирлянда из живых цветов ложится к подножию крепостной стены. У памятников, могил и обелисков в этот день выставлены почетные караулы. Весь город выходит на улицы, провожая это незабываемое шествие. Много слез увидишь в этот день. У крепостной стены проходит короткий митинг, звучат залпы салюта, заставляющие сжаться скорбью тысячи людских сердец. После залпов — тишина. Она кажется особенно огромной и ощутимой, тишина мирного времени. И в огромной этой тишине беззвучно горит Вечный Огонь. Тревожно его пламя. Смотришь на его волнующий трепет и видишь горящие города и села, огонь русских атак. Это Вечный Огонь людских воспоминаний, живой огонь сегодняшней жизни»{97}.

Чтут память своих освободителей жители всех вызволенных из-под фашистской оккупации городов и сел, весь советский народ. Отдавая должное живым и погибшим, увековечивая подвиги воинов Красной Армии, советские люди воздвигли десятки тысяч памятников, обелисков и [142] мемориальных знаков, назвали тысячи улиц и школ именами героев, вырастили сады и парки на местах исторических битв и сражений, создали музеи боевой славы.) Никто не забыт, ничто не забыто! Противник, потеряв важные узлы обороны — Смоленск, Рославль, Демидов, стремился задержать наступление наших войск на промежуточных рубежах. Однако Калининский и Западный фронты продолжали неотступно его преследовать.

За период 20-25 сентября советские армии продвинулись на 40-50 км. Через несколько дней войска Калининского фронта в результате упорных боев освободили от немецко-фашистских захватчиков город Рудня — сильный опорный пункт и узел коммуникаций на витебском направлении. Гитлеровцы на всех участках оказывали упорное сопротивление, но советские солдаты и офицеры отвоевывали у врага метр за метром. В те дни героический подвиг совершил командир танкового батальона 28-й гвардейской танковой бригады коммунист капитан Г. А. Пономарев. Произошло это так. Под Рудней фашисты контратаковали наши наступающие подразделения, и они оказались в тяжелом положении. В этот момент [143] и подоспели танкисты во главе с Пономаревым. Пушечным и пулеметным огнем гвардейцы отразили натиск гитлеровцев. Сам комбат вступил в огневое единоборство с артиллерийской батареей противника. Его танк, умело используя местность, уничтожил два вражеских орудия. В неравном бою машина капитана Пономарева была подожжена, однако продолжала атаковать. Пылающий танк первым ворвался в Рудню.

Капитану Г. А. Пономареву было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Приказом Министра обороны СССР его имя навечно занесено в списки Н-ской части.

К 30 сентября войска вышли на рубеж Усвяты, Рудня. Дальнейшие попытки развить наступление на витебском направлении к успеху не привели.

В боях за освобождение города Рудня показали образцы боевой выучки и умения маневрировать многие дивизии и бригады. За достигнутые успехи 17-я гвардейская Духовщинская стрелковая дивизия и 47-я Духовщинская механизированная бригада были награждены орденом Красного Знамени, а 19-я гвардейская стрелковая дивизия получила почетное наименование Рудненской.

В овладении городом Рудня активное участие приняли также часть сил 97-й стрелковой дивизии полковника Б. С. Ракова, 46-я механизированная бригада полковника Н. Л. Манжурина, 28-я гвардейская танковая бригада полковника Е. М. Ковалева, 1820-й самоходно-артиллерийский полк майора И. С. Горы, 4-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада полковника М. П. Савлевича и 1-й отдельный штурмовой батальон майора Э. И. Оганезова.

Войска Западного фронта с ходу форсировали реку Сож, освободили города Красный, Мстиславль, Кричев и к 2 октября вышли на рубеж Елисеевка, Ляды (зап.), Ленино, Дрибин и далее на юг по реке Проня до Петуховки.

212-й, 385-й стрелковым дивизиям и 572-му пушечному артиллерийскому полку, особо отличившимся в боях за Кричев, приказом Верховного Главнокомандующего от 30 сентября 1943 года было присвоено наименование Кричевских.

Армии левого крыла Западного фронта на рославльском направлении наступали в тесном взаимодействии [144] с войсками Брянского фронта, проводившими в это время Брянскую наступательную операцию. После освобождения Брянска и Бежицы войска фронта, развивая наступление, к 30 сентября вышли на рубеж Кричев, Ветка, а 2 октября к реке Проня на участке Петуховка, Пропойск и далее по восточному берегу реки Сож.

На рубеже Усвяты, Рудня, Дрибин, Пропойск войска обоих фронтов встретили организованное сопротивление противника. Попытки развить наступление на оршанском и могилевском направлениях успеха не имели. Да и боеприпасов в войсках было очень мало. В связи с этим уже после освобождения Смоленска большая часть артиллерии усиления фронта, в том числе 5-й артиллерийский корпус прорыва в полном составе, выводилась в резерв.

2 октября 1943 года Смоленская наступательная операция была завершена.

В эти дни развернулась битва за Днепр и поэтому возникла необходимость продолжения активных действий Калининского и Западного фронтов на витебском, оршанском [145] и могилевском направлениях с целью сковывания основных сил группы армий «Центр». Проведением ряда частных операций Калининский и Западный фронты выполнили поставленную задачу и не позволили противнику перебрасывать силы на южное направление, где решалась главная задача кампании.

Войска Калининского фронта, прорвав сильно укрепленную оборону гитлеровцев, 6 октября после двухдневных ожесточенных боев овладели городом Невель — крупным опорным пунктом и важным узлом коммуникаций на северо-западном направлении и за четыре дня в тяжелых условиях лесисто-болотистой местности продвинулись на 25-30 км. При освобождении Невеля отличились войска 3-й ударной армии, которой командовал генерал К. Н. Галицкий, 4-й ударной армии генерала В. И. Швецова и летчики 3-й воздушной армии под командованием генерала Н. Ф. Папивина.

Приказом Верховного Главнокомандующего от 7 октября 1943 года 12 соединениям и частям, отличившимся в боях за освобождение города Невель, присвоено почетное наименование Невельских.

Тысячи солдат, сержантов и офицеров были награждены орденами и медалями. Только в 3-й ударной армии было награждено 3945 человек{98}.

Среди награжденных воинов Калининского фронта был бесстрашный пулеметчик 1126-го стрелкового полка 334-й стрелковой дивизии 4-й ударной армии рядовой А. И. Коротков. Он ценою своей жизни спас в бою командира. Произошло это так. 6 октября 1943 года 2-й стрелковый батальон получил задачу овладеть Ново-Алексеевкой [146] на подступах к городу Велижу. Бойцы дружно поднялись в атаку, но тут открыла огонь замаскированная пулеметная точка. Рядовой А. И. Коротков вызвался ее уничтожить. Он умело использовал укрытия на местности и незаметно подполз к пулеметному гнезду с гранатами. Раздались два взрыва — и пулемет с расчетом был ликвидирован. Наши бойцы сделали бросок и ворвались в траншеи противника.

Коротков присоединился к атакующему взводу младшего лейтенанта А. М. Староверова и продолжал бить врага. Увлеченный схваткой, Староверов не заметил, как два гитлеровца почти вплотную приблизились к нему. Коротков бросился на помощь и автоматной очередью наповал свалил одного из них. Второй вскинул автомат и готовился в упор расстрелять командира. Алексей хотел выстрелить, но патроны кончились. Тогда он рванулся вперед и своим телом заслонил Староверова. Отважный воин принял на себя удар и упал, обливаясь кровью. Он спас жизнь командира, дал возможность подразделению выполнить задачу. В этом бою было уничтожено до 100 вражеских солдат, офицеров и взят населенный пункт.

Указом Президиума Верховного Совета СССР рядовому А. И. Короткову присвоено звание Героя Советского Союза.

Как в Духовщинской операции, так и в ожесточенных боях за Невель отличилась 17-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада. Артиллеристы, проявляя исключительную стойкость и храбрость, поддерживали наступление пехоты и танков. Погибло много славных воинов и среди них командир бригады полковник В. Л. Недоговоров, которому было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Похоронен В. Л. Недоговоров в Велиже.

Столица нашей Родины Москва 7 октября 1943 года салютовала доблестным войскам, освободившим Невель, 12 артиллерийскими залпами из 124 орудий{99}.

В Берлин полетело тревожное донесение командования группы армий «Центр»:

«Внезапный удар противника на стыке групп армий при поддержке танков и авиации привел к глубокому прорыву и вынудил оттянуть северный фланг 2-го авиаполевого корпуса и южный фланг [147] 43-го корпуса. Таким образом, с группой армий «Север» имеется разрыв около 20 километров»{100}.

В эти дни войска левого крыла Калининского фронта вели активные боевые действия на витебском направлении и 8 октября овладели крупным узлом обороны гитлеровцев и железнодорожной станцией Лиозно. Пяти соединениям и частям, отличившимся в этих боях, приказом Верховного Главнокомандующего от 10 октября 1943 года присвоено почетное наименование Лиозненских.

Активно действовали в эти дни войска Западного фронта на оршанском и могилевском направлениях.

В частной операции 33-й армии на оршанском направлении участвовала и 1-я польская пехотная дивизия имени Т. Костюшко. Дивизия получила задачу в тесном взаимодействии с 42-й и 290-й советскими стрелковыми дивизиями прорвать оборону противника в районе Ленино и, развивая наступление, выйти к Днепру.

Начавшееся 12 октября наступление советских и польской дивизий продолжалось два дня. Войска овладели сильно укрепленными пунктами Тригубово и Ползухи, [148] нанесли противнику значительный урон в живой силе и технике. Но успех ограничился тактическим масштабом и не получил оперативного развития.

«Однако исключительно велико было политическое значение боя под Ленино. Появление на фронте польских войск символизировало историческую общность судеб соседних славянских народов, возрождение и приумножение славных традиций совместной борьбы народов России и Польши против немецких рыцарей, против царского самодержавия, традиций пролетарского содружества польских интернационалистов с трудящимися Советской России в годы гражданской войны в СССР»{101}.

Советское правительство высоко оценило подвиг польских воинов, 243 из них стали кавалерами советских орденов и медалей. Двум воинам дивизии было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Спустя 25 лет в Ленино были открыты музей и памятник советско-польского боевого содружества. Село Тригубово в память о польских воинах, погибших при его освобождении, ныне носит имя Костюшко.

За доблесть в боях под Ленино многие воины 33-й армии были награждены орденами и медалями, а командир батареи 1309-го истребительно-противотанкового полка лейтенант Г. Р. Лахин удостоен звания Героя Советского Союза.

На третьем этапе Смоленской операции войска левого крыла Калининского и Западного фронтов еще раз нанесли группе «Центр» большой урон и освободили более 5 тыс. населенных пунктов. За 17 дней наступления севернее Духовщины и западнее Ельни войска фронтов продвинулись на 100-180 км. Наибольшее продвижение было на рославльском направлении. Здесь армии левого крыла Западного фронта продвинулись на 180 км.

За достигнутые успехи в наступлении десятки тысяч воинов награждены орденами и медалями Советского Союза, а особо отличившиеся удостоены звания Героя Советского Союза. [149]

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Удары по врагу с тыла

Значительную помощь войскам Калининского и Западного фронтов в подготовке и проведении Смоленской операции оказало население оккупированной территории.

К началу Смоленской операции в Калининской, Смоленской, Витебской и Могилевской областях насчитывалось около 50 тыс. народных мстителей. Только на освобожденной партизанами территории Смоленской области возникло три партизанских края. В Витебской области одной из крупнейших партизанских зон была Лепельско-Ушачская. Она занимала 3245 кв. км с населением около 80 тыс. человек. В 1943 году в этой зоне базировались 16 партизанских бригад, в которых насчитывалось 17 тыс. бойцов{102}. Почти во всех крупных населенных пунктах вели массово-политическую работу тысячи участников подполья.

Планы боевых действий партизан, как правило, разрабатывались областными штабами партизанского движения в тесном контакте с военными советами фронтов. Разработанные планы утверждались Центральным штабом партизанского движения. Во фронтах и некоторых общевойсковых армиях были созданы оперативные группы штабов партизанского движения.

Партизанская борьба, проводившаяся в интересах наступавших войск Калининского и Западного фронтов, чаще всего выливалась в удары по коммуникациям врага, в уничтожение его живой силы и боевой техники. В результате действий партизан движение по железным дорогам Полоцк — Двинск, Могилев — Жлобин, Могилев — Кричев в августе было парализовано. С 14 июля по 25 сентября патриоты Смоленщины пустили под откос 189 эшелонов врага, уничтожили 45 танков, 8 самолетов, подорвали около 10 тыс. рельсов, разгромили 14 гарнизонов и уничтожили до 6 тыс. вражеских солдат и офицеров{103}.

О масштабах и силе ударов партизан свидетельствуют и данные противника. Так, в отчете гитлеровского управления [150] путей сообщения отмечалось, что только «в ночь С 15 на 16 сентября 1943 года на железных дорогах Белоруссии произошли следующие действия партизан: 1103 взрыва рельсовых путей, 65 тяжелых крушений поездов, 38 нападений на поезда, 171 случай заграждения путей...»{104}.

Отвлечение вражеских сил являлось одной из важнейших задач и весьма эффективным результатом боевой деятельности партизанских формирований. В частности, партизаны Калининской и Смоленской областей в ходе подготовки и ведения Смоленской операции сковали четыре охранные дивизии противника. В отдельные моменты для борьбы с партизанами привлекались крупные контингенты и регулярных войск.

Партизанским соединениям оказывали большую помощь командования фронтов и армий. За несколько дней до начала Смоленской операции Калининский фронт в помощь смоленским и калининским партизанам направил две роты 10-го гвардейского батальона минеров во главе с майором В. В. Кузнецовым. Кроме них на участке железной дороги Полоцк — Витебск — Смоленск действовали группы 160-го и 166-го батальонов инженерных заграждений 5-й инженерной бригады специального назначения{105}. С этой же целью несколько подразделений инженерных войск было направлено в тыл врага по указанию командования Западного фронта.

Удары с тыла оказывали большую помощь наступавшим войскам Калининского и Западного фронтов. Так, в результате действий отряда старшего лейтенанта Ф. Ф. Озмителя три раза взлетали в воздух мосты на шоссе Минск — Москва. Было взорвано 20 складов противника, выведена из строя паровая турбина в Витебске, пущено под откос 27 воинских эшелонов, истреблено свыше 2 тыс. солдат и офицеров врага. Партизаны «Грозного» (так назывался отряд Озмителя) 15 раз перерезали линию связи фронт — Берлин.

Партизанские отряды систематически обеспечивались оружием, радиостанциями и другими средствами. Только для проведения операции «Рельсовая война» Центральный [151] штаб партизанского движения забросил 8,5 т взрывчатки, 20 тыс. капсюлей, около 10 тыс. м бикфордова и 2 тыс. м пенькового шнура, 7 т боеприпасов, 30 т продовольствия и др.

Многие партизаны после освобождения от противника родных мест вступали в ряды Красной Армии, продолжали громить врага, принимали участие в спасении народов европейских стран от фашистского порабощения. Восемнадцатилетний колхозный парень Миша Егоров стал партизаном на родной Смоленщине. После ее освобождения от гитлеровцев вступил в ряды Красной Армии, стал сержантом 756-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии. Герой Советского Союза М. А. Егоров водружал Знамя Победы над поверженным фашистским рейхстагом.

Большое значение накануне и в ходе Смоленской операции имела борьба подпольщиков. Подпольщики Калининской и Смоленской областей, а также восточных районов Белорусской ССР приняли активное участие в операциях «Рельсовая война» и «Концерт». Они взрывали станционное хозяйство, уничтожали паровозы, грузы и живую силу противника.

С конца января 1942 года начала действовать подпольная организация в городе Невель Калининской области. Ее деятельность продолжалась до 6 октября 1943 года — дня освобождения города от фашистских захватчиков войсками Калининского фронта. Помимо диверсий и разведки группа вела агитационную работу среди советских военнопленных, устраивала их побеги и переход к партизанам. В июле 1943 года со станции Невель-П при содействии подпольщиков бежали 7 военнопленных на автомашине со станковым пулеметом, винтовками и ящиком ручных гранат. Всего подпольщики переправили к партизанам до 50 военнопленных. Под наблюдением группы находились железнодорожные магистрали, проходившие через Невель{106}.

В Смоленске и его пригородах действовало более 30 подпольных групп. Некоторые из них были объединены между собой и возглавлялись партийным центром. Патриоты занимались политической агитацией, организовывали [152] саботаж и диверсии, распространяли листовки, собирали сведения о противнике, с помощью ракет и световых сигналов корректировали бомбовые удары советской авиации, доставали для партизан оружие, медикаменты, спасали из лагерей военнопленных{107}.

Подпольные центры вели борьбу с врагом и на территории Смоленской области.

Значительно повысилась эффективность разведывательной деятельности подпольщиков. В большинстве случаев она строилась на основе конкретных заданий, а главное, данные своевременно поступали советскому командованию. Подпольщики добывали ценные сведения о дислокации и численности вражеских частей, штабов, расположении аэродромов, о военных перевозках. Опираясь на них, советская авиация наносила удары по скоплениям вражеских эшелонов, аэродромам, складам и учреждениям врага.

Колхозница Знаменского района Смоленской области Пискарева Ольга Филипповна за сохранение боевого Знамени артиллерийского полка в течение полутора лет на территории, временно оккупированной фашистскими захватчиками, и проявленное при этом мужество Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 сентября 1943 года награждена орденом Красного Знамени{108}.

Для противодействия наступающим войскам Западного и Калининского фронтов противник немало резервов перебрасывал из глубины, поэтому действия партизан и участников подполья Белоруссии имели важное значение.

Большой урон захватчикам наносили специальные подпольные боевые группы. Так, патриоты Минска в июне 1943 года взорвали оборудование на одном из заводов, в сентябре устроили взрыв в столовой для эсэсовских офицеров. Во время банкета было убито и ранено 50 гитлеровцев.

Большое внимание уделяли подпольщики акциям возмездия в отношении высших чинов гитлеровской армии и оккупационного режима. Минская подпольщица Е. Г. Мазаник при содействии Н. П. Дрозд, М. Б. Осиповой [153] и Н. В. Троян уничтожила Палача белорусского народа рейхскомиссара Белоруссии Кубе{109}.

Большая подпольная работа проводилась в Гомельской области. Секретарь Гомельского обкома И. П. Кожар сообщал в Центральный Комитет КП(б)Б в августе 1943 года:

«С городами Гомель, Речица, Жлобин налажена регулярная связь... В Гомеле недавно произведен взрыв электростанции — станция не работает. Магнитными минами, засланными нами в Жлобин и Речицу, взорвано и сожжено несколько цистерн с горючим, один самолет Ю-88... Диверсионными группами рабочих-железнодорожников пущено под откос семь эшелонов противника, повреждено два паровоза в депо Жлобин. Несмотря на жестокий террор немцев, политическая и боевая активность населения городов растет»{110}.

Широкий размах приобрела подпольная деятельность советских патриотов в Могилевской области. Смело действовали железнодорожники узла Осиповичи, через который проходило большое количество поездов врага с техникой и войсками. В июле 1943 года, когда на станции скопились составы с огнеопасными грузами, группа рабочих взорвала эшелон с горючим. Огонь мгновенно перебросился на вагоны с боеприпасами и охватил все запасные пути. Потушить пожар оккупантам не удалось. Об этой операции бывший офицер генерального штаба сухопутных войск Германии Миддельдорф пишет:

«Крупного успеха добились партизаны также в июле 1943 г., когда ими на станции Осиповичи был уничтожен эшелон с горюче-смазочными материалами, два эшелона с боеприпасами и чрезвычайно ценный эшелон с танками «тигр». Эшелон с танками был действительно ценным. Около 30 новых танков «тигр» — столько, сколько выпускала этих машин в то время вся танковая промышленность Германии за один месяц, — было уничтожено подпольщиками и на фронт не попало»{111}.

В Витебской области подпольные организации также наносили ощутимые удары оккупантам. Одним из организаторов подполья в области была героическая дочь белорусского [155] народа, в прошлом активная участница революционного движения в Западной Белоруссии, коммунистка В. З. Хоружая. В Витебске она в чрезвычайно сложных и трудных условиях наладила связи, подобрала боевой актив подполья из наиболее преданных и мужественных патриотов. Она с гордостью и восхищением сообщала о стойкости советских людей, оказавшихся на оккупированной территории. «Эти чудесные люди, — писала она в подпольный горком партии, — непоколебимы в своей ненависти к врагу и в своей любви к Родине. Чтобы с ними не случилось, они останутся советскими людьми, советскими патриотами».

Гитлеровцам удалось выследить и схватить Хоружую вместе с несколькими другими участниками подпольной группы. Сколько ни пытали фашистские палачи в своих застенках мужественную патриотку, они не вырвали у нее ни слова признания. За героизм и бесстрашие в борьбе против немецко-фашистских оккупантов В. З. Хоружая посмертно удостоена высокого звания Героя Советского Союза.

На станции Орша железнодорожники систематически минировали готовые к отправке воинские поезда, выводили из строя паровозы, уничтожали цистерны с горючим, всячески нарушали работу узла.

Таким образом, действия партизан и населения оккупированных областей в период Смоленской операции слились с наступлением войск фронтов. Их борьба явилась важным фактором, способствовавшим успеху операции, составной частью той гигантской всенародной борьбы, которая разгорелась на оккупированной врагом советской территории.

«Героическая эпопея партизанской войны в тылу немецко-фашистских оккупантов золотой страницей вошла в летопись Великой Отечественной войны Советского Союза. Величественный подвиг, совершенный советскими людьми на захваченной фашистами земле, показал, что советский народ в любых, самых трудных условиях всегда остается верным родной Советской власти, Коммунистической партии»{112}. [156]

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Итоги Смоленской операции

Смоленская наступательная операция, проведенная в ходе общего наступления Красной Армии летом и осенью 1943 года, имела важное значение для достижения общей победы над врагом. Она являлась составной частью общего стратегического наступления Красной Армии, развернувшегося на советско-германском фронте в августе — декабре 1943 года.

Проведение Смоленской операции позволило значительно расширить общий фронт активных действий советских войск летом 1943 года. Как отмечалось выше, наступление Западного и Калининского фронтов привлекло дополнительно к имевшимся 13 дивизий противника с орловско-брянского направления и 3 дивизии с других направлений. Тем самым были созданы благоприятные условия для успешного завершения контрнаступления под Курском. Наступательные действия Калининского и Западного фронтов в сентябре — октябре сковали крупные силы противника на западном направлении, не позволили командованию немецко-фашистских войск осуществлять какие-либо переброски на другие направления. Это способствовало успешному освобождению Левобережной Украины.

Войска Калининского и Западного фронтов в ходе наступления прорвали четыре, а на некоторых направлениях и пять укрепленных полос противника, разгромили пять пехотных и две танковые и моторизованные дивизии, а одиннадцати пехотным и трем танковым и моторизованным дивизиям нанесли тяжелое поражение. В книге «Мировая война 1939-1945 годы», подготовленной группой генералов и офицеров вермахта, состояние войск группы армий «Центр» к началу октября 1943 года характеризуется следующим образом.

«Хотя в результате энергичных действий командования и войск немцам удалось создать сплошную линию фронта, однако не было никакого сомнения в том, что плохое состояние войск, полное отсутствие резервов и большая растянутость фронта отдельных соединений, ликвидировать которую было невозможно, постоянно таили в себе опасность того, что при следующем мощном ударе [157] русских этот залатанный с большим трудом фронт окончательно рухнет»{113}.

Советские войска очистили от гитлеровцев территорию Смоленской области и положили начало освобождению от фашистских захватчиков Советской Белоруссии. Врага выбили из более чем 7500 населенных пунктов, среди которых были Смоленск, Рославль, Ярцево, Ельня, Спас-Деменск, Дорогобуж, Духовщина, Демидов.

Характеризуя итоги наступательных боев наших войск в 1943 году, Маршал Советского Союза Г. К. Жуков пишет:

«К концу 1943 года на западном и северо-западном направлениях были достигнуты важные результаты Советские войска очистили от врага часть Калининской области, освободили Смоленскую область и ряд районов восточной части Белоруссии. К концу года в результате успешного продвижения наших войск линия фронта на [158] северо-западном и западном направлениях уже проходила через озеро Ильмень, Великие Луки, Витебск, Мозыръ»{114}.

Воины Калининского и Западного фронтов в тяжелых условиях лесисто-болотистой местности, не имея необходимого опыта прорыва глубоко эшелонированной и заблаговременно подготовленной обороны противника, при ограниченных запасах боеприпасов и горючего, преодолели ожесточенное сопротивление врага, проявив при этом упорство, настойчивость, инициативу и массовый героизм. Коммунистическая партия и Советское правительство высоко оценили подвиг войск, участвовавших в Смоленской операции.

Шесть раз Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин отмечал успехи войск Калининского и Западного фронтов, 104 особо отличившимся соединениям и частям, в том числе 34 Калининского и 70 Западного фронтов, были присвоены почетные наименования Ельнинских, Духовщинских, Ярцевских, Демидовских, Смоленских, Рославльских, Невельских и другие. Ряд соединений и частей награжден орденами. Четыре раза столица нашей Родины Москва салютовала доблестным войскам за освобождение крупных городов.

За героизм, проявленный в боях против немецко-фашистских захватчиков в Смоленской операции десятки тысяч воинов награждены орденами и медалями, а наиболее отличившиеся получили звание Героя Советского Союза. Командующим войсками обоих фронтов, большинству командармов, командиров соединений и частей, начальников политотделов, секретарей партийных организаций были присвоены досрочно очередные воинские звания. Так командир 331-й стрелковой дивизии 31-й армии полковник П. Ф. Берестов за умелое руководство соединением и успешное выполнение дивизией боевых задач в Смоленской операции был награжден орденом Суворова II степени. 1 сентября 1943 года ему присвоено звание генерал-майора. В последующих боях отважному генералу присвоили звание Героя Советского Союза. И подобных примеров можно привести много.

Для проведения операции на Калининском и Западном фронтах было привлечено 13 общевойсковых, 2 воздушные [159] армии, 2 кавалерийских, танковый и механизированный корпуса и авиация дальнего действия. Среди соединений авиации дальнего действия, которой командовал маршал авиации А. Е. Голованов, наиболее активно сражался 2-й гвардейский авиационный корпус. Летчики этого корпуса неоднократно наносили удары по объектам врага, расположенным в районах Духовщины, Полоцка, Ярцево, Витебска, Смоленска и др. В период Смоленской операции соединения и части 2-го гвардейского авиационного корпуса совершили 3075 самолето-вылетов, что составляло около 60% всех самолето-вылетов дальней авиации, произведенных ею в интересах Калининского и Западного фронтов{115}. Войска обоих фронтов наступали в полосе до 400 км и продвинулись на 200-225 км. Операция длилась около двух месяцев (57 суток).

Противник, понимая стратегическую важность западного направления, особое внимание уделял организации сильной обороны на этом направлении. Продвинувшись далеко на запад, войска Западного и Калининского фронтов могли создать реальную угрозу флангам и тылам вражеских группировок, действовавших в Прибалтике и к югу от линии Рославль — Брянск. Гитлеровцы всеми силами стремились удержать район Смоленск, Рославль, так как считали, что, если советские войска овладеют этими городами, они получат возможность развить наступление на Минск и далее на запад.

Поэтому фашистское командование на смоленском направлении держало наиболее боеспособные и укомплектованные [160] дивизии, имевшие большой боевой опыт ведения оборонительных боев, а также перебрасывало в ходе операции на это направление крупные силы и средства.

Это также подтверждается и тем, что противник на западное направление направлял крупные силы авиации. Из общего числа вражеских самолето-пролетов (56 181) на советско-германском фронте, отмеченных в период 24 августа — 2 октября, 12 161 самолето-пролет, или около 22%, был совершен над войсками Калининского и Западного фронтов{116}.

Противник в ходе Смоленской операции вынужден был держать против наступавших войск Калининского и Западного фронтов крупную группировку войск и постоянно ее усиливать, не считаясь с ослаблением своей группировки, действовавшей в районе Орла. Даже к концу Смоленской операции, несмотря на то что в ходе наступления Западным и Калининским фронтами было разгромлено 7 гитлеровских дивизий и 14 дивизиям нанесено тяжелое поражение, а протяженность линии фронта сократилась с 600 до 411 км, у врага на этом направлении оставалось 36,5 дивизии, при средней оперативной плотности 11,3 км на дивизию, а перед войсками Западного фронта — 8 км. В это время на юго-западном направлении, где Красная Армия наносила главный удар, оперативная плотность составляла 14,6 км на одну дивизию (табл. 9).

В общей сложности за весь период Смоленской операции противник задействовал против наступавших Западного и Калининского фронтов около 55 дивизий, что не позволило ему усилить армии на юго-западном направлении и облегчило войскам Красной Армии, действовавшим на этом направлении, выполнение важных задач.

В то же время успешные действия советских армий на юго-западном направлении лишили противника возможности в сентябре усиливать войска группы армий «Центр», оборонявшиеся против Калининского и Западного фронтов.

Наступательные действия Калининского и Западного фронтов содействовали войскам Брянского и Центрального фронтов в их выходе на реку Сож, к Гомелю и южнее, в результате чего единый стратегический фронт немецко-фашистских войск был разъединен на две части естественной преградой — Полесьем. [163]

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Руководящий состав фронтов и армий, участвовавших в Смоленской наступательной операции:

post-2914-000639000 1319384779_thumb.jpg

post-2914-098032900 1319384804_thumb.jpg

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Почетные наименования соединений и частей

Западного и Калининского фронтов

Приказом Верховного Главнокомандующего от 31 августа 1943 года присвоено наименование Ельнинских:

— 29-й гвардейской Краснознаменной стрелковой дивизии

— 76-й стрелковой дивизии

— 25-й гвардейской танковой бригаде

— 26-й гвардейской танковой бригаде

— 23-й гвардейской отдельной танковой бригаде

— 119-му отдельному танковому полку

Приказом Верховного Главнокомандующего от 19 сентября 1943 года присвоено наименование Духовщинских:

— 91-й гвардейской стрелковой дивизии

— 17-й гвардейской стрелковой дивизии

— 184-й стрелковой дивизии

— 46-й механизированной бригаде

— 47-й механизированной бригаде

— 21-й артиллерийской дивизии

— 4-й истребительной противотанковой артиллерийской бригаде

— 4-й штурмовой инженерно-саперной бригаде

Ярцевских

— 82-й Краснознаменной стрелковой дивизии

— 274-й стрелковой дивизии

— 359-й стрелковой дивизии

— 529-му истребительному противотанковому артиллерийскому полку

— 90-му отдельному понтонно-мостовому батальону

— 72-му инженерному батальону

— 2-му гвардейскому мотоциклетному полку

— 233-й штурмовой авиационной дивизии

— 123-му гвардейскому бомбардировочному авиационному полку

Рибшевской

— 306-й стрелковой дивизии

Вердинской

— 134-й стрелковой дивизии

Ломоносовской

— 234-й стрелковой дивизии

Кулагинской

— 178-й стрелковой дивизии

Панкратовской

— 185-й стрелковой дивизии

Приказом Верховного Главнокомандующего от 22 сентября 1943 года присвоено наименование Демидовских:

— 262-й стрелковой дивизии

— 270-й стрелковой дивизии

— 114-й стрелковой бригаде

— 105-му танковому полку

— 43-му Краснознаменному пушечному артиллерийскому полку

— 118-му минометному полку

— 273-му инженерному батальону

Приказом Верховного Главнокомандующего от 25 сентября 1943 года присвоено наименование Смоленских:

— 331-й Краснознаменной стрелковой дивизии

— 215-й стрелковой дивизии

— 133-й стрелковой дивизии

— 222-й стрелковой дивизии

— 312-й стрелковой дивизии

— 199-й стрелковой дивизии

— 56-й гвардейской стрелковой дивизии

— 42-й стрелковой дивизии

— 153-й стрелковой дивизии

— 32-й кавалерийской дивизии

— 4-й гвардейской пушечной артиллерийской дивизии

— 2-му штурмовому авиационному корпусу

— 3-й гвардейской бомбардировочной авиационной дивизии

— 303-й истребительной авиационной дивизии

— 309-й истребительной авиационной дивизии

— 367-му отдельному пулеметно-артиллерийскому батальону

— 392-му Красноярскому корпусному артиллерийскому полку

— 644-му пушечному артиллерийскому полку

— 873-му истребительному противотанковому артиллерийскому полку

— 549-му минометному полку

— 317-му гвардейскому минометному полку

— 201-му отдельному гвардейскому минометному дивизиону

— 35-му отдельному гвардейскому минометному дивизиону

— 49-й зенитной артиллерийской дивизии

— 341-му зенитному артиллерийскому полку

— 1478-му зенитному артиллерийскому полку

— 42-й гвардейской танковой бригаде

— 153-й танковой бригаде

— 4-й гвардейской танковой бригаде

— 1-й штурмовой Комсомольской инженерной бригаде

— 1-й гвардейской истребительной противотанковой артиллерийской бригаде

— 36-й авиационной дивизии дальнего действия

— 2-му гвардейскому авиационному полку дальнего действия

— 3-му гвардейскому авиационному полку дальнего действия

— 14-му гвардейскому авиационному полку дальнего действия

— 455-му авиационному полку дальнего действия

Рославльских

— 247-й стрелковой дивизии

— 139-й стрелковой дивизии

— 326-й стрелковой дивизии

— 49-й стрелковой дивизии

— 277-й стрелковой дивизии

— 344-й стрелковой дивизии

— 231-й штурмовой авиационной дивизии

— 564-му пушечному артиллерийскому полку

— 447-му Краснознаменному пушечному артиллерийскому полку

— 542-му минометному полку

— 992-му истребительному противотанковому артиллерийскому полку

— 345-му инженерному батальону

— 303-му инженерному батальону

— 306-му инженерному батальону

— 1268-му зенитному артиллерийскому полку

— 54-му гвардейскому минометному полку

— 2-му отдельному гвардейскому минометному дивизиону

— 13-му гвардейскому авиационному полку дальнего действия

— 17-му гвардейскому авиационному полку дальнего действия

— 19-му гвардейскому авиационному полку дальнего действия

Приказом Верховного Главнокомандующего от 29 сентября 1943 года присвоено наименование Рудненской:

— 19-й гвардейской стрелковой дивизии

Приказом Верховного Главнокомандующего от 30 сентября 1943 года присвоено наименование Кричевских:

— 212-й стрелковой дивизии

— 385-й стрелковой дивизии

— 572-му пушечному артиллерийскому полку

Приказом Верховного Главнокомандующего от 7 октября 1943 года присвоено наименование Невельских:

— 21-й гвардейской стрелковой дивизии

— 28-й стрелковой дивизии

— 360-й стрелковой дивизии

— 47-й стрелковой дивизии

— 31-й стрелковой бригаде

— 78-й танковой бригаде

— 236-й танковой бригаде

— 143-й танковой бригаде

— 163-му гвардейскому истребительному противотанковому артиллерийскому полку

— 827-му гаубичному артиллерийскому полку

— 240-й истребительной авиационной дивизии

— 211-й штурмовой авиационной дивизии

Приказом Верховного Главнокомандующего от 10 октября 1943 года присвоено наименование Лиозненских:

— 158-й стрелковой дивизии

— 28-й гвардейской танковой бригаде

— 4-й истребительной противотанковой артиллерийской бригаде

— 472-му гаубичному артиллерийскому полку

— 114-му мотоинженерному батальону

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

использованные источники и примечания:

{1}Здесь и далее автором использован материал, разработанный им и опубликованный во втором томе военно-исторического очерка «Операции Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945».

{2} История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945. Т. 3. М., Воениздат, 1964, стр. 358, 359.

{3}См. Директива Ставки Верховного Главнокомандования от 28 июля 1943 г.

{4}См. Великая Отечественная война. Краткий научно-популярный очерк. М., Политиздат, 1973, стр. 217.

{5}Архив МО СССР, ф. 208, оп. 11849, д. 1, карта № 1.

{6}См. Большая Советская Энциклопедия. Изд. 2-е. Т. 39, стр. 416.

{7}Там же, стр. 417.

{8}А. М. Василевский. Дело всей жизни. М., Политиздат, 1973, стр. 327.

{9}См. Великая Отечественная война. Краткий научно-популярный очерк, стр. 217.

{10}См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 359.

{11}Н. И. Крылов, Н. И. Алексеев, И. Г. Драган. Навстречу победе. М., «Наука», 1970, стр. 146.

{12}См. Директивы Ставки от 11 и 12 июля 1943 г.

{13}Архив МО СССР, ф. 16, оп. 30183, д. 1, лл. 96-98.

{14}В 11-й гвардейской армии в момент ее передачи находились 1-й и 5-й танковые корпуса, которые были ей приданы на период проведения Орловской операции и составляли подвижную группу.

{15}В Калининский фронт в это время входила и 20-я армия, имевшая пять стрелковых дивизий. Она сосредоточивалась в районе города Белый. 23 августа управление армии перешло в резерв Ставки, а ее пять стрелковых дивизий вошли в Калининский фронт.

{16}Архив МО СССР, ф. 39, оп. 80032, д. 6, л. 13; ф. 16, оп. 30183, д. 1, лл. 112, 113.

{17}См. Великая Отечественная война. Краткий научно-популярный очерк, стр. 217.

{18}Н. Н. Воронов. На службе военной. М., Воениздат, 1963, стр. 385.

{19}См. А. И. Еременко. Годы возмездия. М., «Наука», 1969, стр. 45-48.

{20}С. М. Штеменко. Генеральный штаб в годы войны. Кн. 2, М., Воениздат, 1973, стр. 314.

{21}К. Типпельскирх. История второй мировой войны. М., Изд-во иностранной литературы, 1956, стр. 241.

{22}См. Л. М. С а н д а л о в. Погорело-Городищенская операция. М., Воениздат, 1960, стр. 117.

{23}«Военно-исторический журнал», 1965, № 8, стр. 6.

{24}Архив МО СССР, ф. 208, он. 9818, д. 28, л. 167.

{25} См. 50 лет Вооруженных Сил СССР. М., Воениздат, 1968, стр. 334.

{26} Архив МО СССР, ф. 241, оп. 13874, д. 78, л. 199.

{27} Архив МО СССР, ф. 213, оп. 32443, д. 8, лл. 9-11.

{28}Архив МО СССР, ф. 208, оп. 50662, д. 6, лл. 1-106.

{29}Операции Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945, т. 2, стр. 322.

{30}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 24771, д. 91, л. 16.

{31}См. Советская артиллерия в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. М., Воениздат, 1960, стр. 256.

{32}См. Советская артиллерия в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг., стр. 262.

{33}Архив МО СССР, ф. 81, оп. 84961, д. 148, лл. 195, 203; д. 152/157, лл. 209-214; оп. 86020, д. 31, лл. 1-9.

{34}Архив МО СССР, ф. 290, оп. 29307, д. 13, л. 9; ф. 311, оп. 93757, Д. 2, л. 15.

{35}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 24771, д. 91, л. 4; д. 82, лл. 196- 201.

{36}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 24771, д. 91, л. 50. 64 {37} См. В. Ф. Гусаров, Н. А. Стасюк. Боевая комсомольская. М., Воениздат, 1965, стр. 227.

{38}Архив МО СССР, ф. 388, оп. 16241, д. 1, лл. 40-47.

{39}Для улучшения управления Войсками ПВО страны решением ГКО в 1943 году все Войска ПВО территории страны были разделены на два фронта ПВО — Западный и Восточный.

{40}Архив МО СССР, ф. 84, оп., д. 68, лл, 106-110.

{41}Архив МО СССР, ф. 71, оп. 295901, д. 14, лл. 250-269.

{42}Архив МО СССР, ф. 67, оп. 20088, д. 135, лл. 23, 24.

{43}Архив МО СССР, ф. 208, он. 12841, д. 7, л. 1.

{44}Архив МО СССР, ф. 67, оп. 20088, д. 129, лл. 92-94.

{45}«Правда», 25 апреля 1943 г.

{46}Архив МО СССР, ф. 35, оп. 22151, д. 8, лл. 276-277.

{47}См. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т. 6. М., Политиздат, 1971, стр. 55.

{48}Архив МО СССР, ф. 32, оп. 41693, д. 2, лл. 6-7; д. 6, лл. 6-7.

{49}Архив МО СССР, ф. 32, оп. 41693, д. 2, лл. 6-7.

{50}Архив МО СССР, ф. 326, оп. 5047, д. 336, лл. 261, 279.

{51}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 24771, д. 91, л. 24.

{52}См. И. Ф. Абрамов. 82-я Ярцевская. М., Воениздат, 1973, стр. 80.

{53}Архив МО СССР, ф. 39, он. 80040, д. 182, лл. 62-66.

{54}Среди 193 исправных танков 5-го механизированного корпуса на 15 августа 1943 года числилось 182 танка иностранных марок (Архив МО СССР, ф. 39, оц. 80031, д. 2, лл. 2, 9, 41, 75, 76), {55}Архив МО СССР, ф. 353, оп. 9592, д. 46, лл. 49-53.

{56}См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 361.

{57}Река Царевич — правый приток реки Вопь.

{58}См. А. И. Еременко. Годы: возмездия, стр. 51-55.

{59}См. Директива Ставки Верховного Главнокомандования от 16 августа 1943 г.

{60}Г. К. Ж у к о в. Воспоминания и размышления. М., Изд-во АПН, 1971, стр. 485.

{61}Истребитель «Александр Пушкин» был построен на средства писателя И. А. Новикова, внесенные им в фонд обороны (100 тыс. рублей). См. «Красная звезда», 5 июня 1974 г.

{62}См. «Военно-исторический журнал», 1972, № 2, стр. 61.

{63}Н. Н. Воронов. На службе военной, стр. 387-388.

{64}См. Операции Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945, т. 2, стр. 340-341.

{65}Архив МО СССР, ф. 208, оп. 45314, д. 8, лл. 116-121; д. 10, лл. 112-113.

{66}Архив МО СССР, ф. 2-го гв. тк, оп. 81133, д. 2, л. 7.

{67}Архив МО СССР, ф. 2-го гв. тк, оп. 81133, д. 2, л. 9.

{68}См. Золотые звезды Полесья. Очерки о Героях Советского Союза. Киев, 1972, стр. 94-96.

{69}Архив МО СССР, ф. 394, оп. 53931, д. 2, л. 25.

{70}Архив МО СССР, ф. 608, оп. 365708, д. 1, л. 28.

{71}См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 361.

{72}Архив МО СССР, ф. 661, оп. 81133, д. 2, л. 27.

{73}См. «Правда», 1 сентября 1943 г.

{74}См. С. Е. Попов. На огневых рубежах. М., Воениздат, 1971, стр. 61.

{75}Архив МО СССР, ф. 2-го гв. тк, оп. 84159, д. 2, лл. 374-435; оп. 343962, д. 1, лл. 120-169.

{76}См. Навечно в строю. Альбом. Выпуск второй. М., Воениздат, 1973, стр. 236.

{77} Н. И. Крылов, Н. И. Алексеев, И. Г. Драган. Навстречу победе, стр. 158.

{78}См. «Военно-исторический журнал», 1969, № 10, стр. 31.

{79}«Огонек», 1968, № 39, стр. 20-21.

{80}Архив МО СССР, ф. 405, оп. 55534, д. 9, л. 9.

{81}См. «Военно-исторический журнал», 1969, № 10, стр. 32.

{82}Э. Манштейн. Утерянные победы. М., Воениздат, 1957, стр. 466.

{83}Архив МО СССР, ф. 643, оп. 67407, д. 1, л. 139.

{84}Архив МО СССР, ф. 388, оп. 16241, д. 1, лл. 54, 55.

{85}См. Директива Ставки Верховного Главнокомандования от 6 сентября 1943 г.

{86}К. Типпельскирх. История второй мировой войны, стр. 320-321.

{87}См. «Правда», 20 сентября 1943 г.

{88}См. «Красная звезда», 15 октября 1972 г.

{89}Архив МО СССР, ф. 39, оп. 80031, д. 2, лл. 196-197.

{90}Там же.

{91}Архив МО СССР, ф. 643, оп. 67407, д. 1, лл. 173-174.

{92}Архив МО СССР, ф. 643, оп. 67407, Д. 1, лл. 139-145.

{93}См. И. А. Долгов. Золотые звезды калининцев. «Московский рабочий», 1969, стр. 313-314.

{94}См. «Знамя», 1972, № 2, стр. 169.

{95}Смоленск. М., изд-во «Планета», 1973, стр. 21-22.

{96}См. «Правда», 26 сентября 1943 г.

{97}Смоленск, стр. 19, 23-24.

{98}Архив МО СССР, ф. 217, оп. 4306, д. 202, лл. 2-47.

{99}См. «Правда», 8 октября 1943 г, {100}История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 369.

{101}Освободительная миссия Советских Вооруженных Сил во второй мировой войне. М., Политиздат, 1974, стр. 63.

{102}См. История СССР с древнейших времен до наших дней, т. X, стр. 399.

{103}См. 50 лет Вооруженных Сил СССР, стр. 371.

{104}История СССР с древнейших времен до наших дней, т. X, стр. 405.

{105}См. «Военно-исторический журнал», 1971, № 9, стр. 39.

{106}См. Народная война в тылу врага. К истории партизанского движения в Калининской области. «Московский рабочий», 1971, стр.118.

{107}См. Живет в веках твой подвиг благородный. Героические страницы истории Смоленского края. «Московский рабочий», 1967, стр. 260.

{108}См. «Красная звезда», 9 сентября 1943 г. {109}См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 484.

{110}Там же, стр. 485.

{111}Там же.

{112}История Коммунистической партии Советского Союза. Т. 5, кн. 1. М., Политиздат, 1970, стр. 508.

{113}Мировая война 1939-1945 годы. Сборник статей. М., Изд-во иностранной литературы, 1957, стр. 216-217.

{114}Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления, стр. 498, {115}Архив МО СССР, ф. 2-го гв. ак дальнего действия, оп. 221204, {116}Архив МО СССР, ф. 72, оп. 30641, д. 5, лл. 1-106.

{117}Н. Н. Воронов. На службе военной, стр. 399.

{118}Архив МО СССР, ф. АДД, оп. 362907, д. 1, ад. 91-93, 99-101.

{119}См. «Военно-исторический журнал», 1974, № 8, стр. 126.

{120}Переход в наступление 31-й армии Западного фронта одновременно обеспечивал и левый фланг 39-й армии Калининского фронта.

{121}См. Войска противовоздушной обороны страны. Исторический очерк. М., Воениздат, 1968, стр. 253.

{122}См. Всемирно-историческая победа советского народа 1941- 1945 гг. М., «Наука», 1971, стр. 98.

{123}Архив МО СССР, ф. 71, оп. 295901, д. 15, лл. 22, 52, 72; д. 12, лл. 18-30, 57, 77, 95.

{124}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 272733, д. 34, лл. 27, 32.

{125}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 272733, д. 33, л. 9.

{126}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 272733, д. 34, л. 32. {127}Архив МО СССР, ф. 16, оп. 29500, д. 639, л. 441.

{128}См. К. П. Терехин, А. С. Таралов, А. А. Т'омашевский. Воины стальных магистралей. М., Воениздат, 1969, стр. 164-165.

{129}Архив МО СССР. ф. 39, оп. 80032, д. 6, л. 29; д. 7, л. 40.

{130}Архив МО СССР, ф. 39, оп. 34628, д. 21, лл. И, 51; д. 22, лл. 14, 37.

{131}Архив МО СССР, ф. 208, оп. 226686, д. 7, л. 240; ф. 81, оп. 84961, д. 148, лл. 195, 203.

{132}Архив МО СССР, ф. 35, оп. 41693, д. 4, лл. 11-14. 57-60 108-111.

{133}Архив МО СССР, ф. 35, оп. 22151, д. 8, л. 397.

{134}«Военно-исторический журнал», 1974, № 3, стр. 120.

{135}А. А. Гречко. Вооруженные Силы Советского государства М., Воениздат, 1975, стр. 362.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

использованные источники и примечания:

{1}Здесь и далее автором использован материал, разработанный им и опубликованный во втором томе военно-исторического очерка «Операции Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945».

{2} История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945. Т. 3. М., Воениздат, 1964, стр. 358, 359.

{3}См. Директива Ставки Верховного Главнокомандования от 28 июля 1943 г.

{4}См. Великая Отечественная война. Краткий научно-популярный очерк. М., Политиздат, 1973, стр. 217.

{5}Архив МО СССР, ф. 208, оп. 11849, д. 1, карта № 1.

{6}См. Большая Советская Энциклопедия. Изд. 2-е. Т. 39, стр. 416.

{7}Там же, стр. 417.

{8}А. М. Василевский. Дело всей жизни. М., Политиздат, 1973, стр. 327.

{9}См. Великая Отечественная война. Краткий научно-популярный очерк, стр. 217.

{10}См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 359.

{11}Н. И. Крылов, Н. И. Алексеев, И. Г. Драган. Навстречу победе. М., «Наука», 1970, стр. 146.

{12}См. Директивы Ставки от 11 и 12 июля 1943 г.

{13}Архив МО СССР, ф. 16, оп. 30183, д. 1, лл. 96-98.

{14}В 11-й гвардейской армии в момент ее передачи находились 1-й и 5-й танковые корпуса, которые были ей приданы на период проведения Орловской операции и составляли подвижную группу.

{15}В Калининский фронт в это время входила и 20-я армия, имевшая пять стрелковых дивизий. Она сосредоточивалась в районе города Белый. 23 августа управление армии перешло в резерв Ставки, а ее пять стрелковых дивизий вошли в Калининский фронт.

{16}Архив МО СССР, ф. 39, оп. 80032, д. 6, л. 13; ф. 16, оп. 30183, д. 1, лл. 112, 113.

{17}См. Великая Отечественная война. Краткий научно-популярный очерк, стр. 217.

{18}Н. Н. Воронов. На службе военной. М., Воениздат, 1963, стр. 385.

{19}См. А. И. Еременко. Годы возмездия. М., «Наука», 1969, стр. 45-48.

{20}С. М. Штеменко. Генеральный штаб в годы войны. Кн. 2, М., Воениздат, 1973, стр. 314.

{21}К. Типпельскирх. История второй мировой войны. М., Изд-во иностранной литературы, 1956, стр. 241.

{22}См. Л. М. С а н д а л о в. Погорело-Городищенская операция. М., Воениздат, 1960, стр. 117.

{23}«Военно-исторический журнал», 1965, № 8, стр. 6.

{24}Архив МО СССР, ф. 208, он. 9818, д. 28, л. 167.

{25} См. 50 лет Вооруженных Сил СССР. М., Воениздат, 1968, стр. 334.

{26} Архив МО СССР, ф. 241, оп. 13874, д. 78, л. 199.

{27} Архив МО СССР, ф. 213, оп. 32443, д. 8, лл. 9-11.

{28}Архив МО СССР, ф. 208, оп. 50662, д. 6, лл. 1-106.

{29}Операции Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945, т. 2, стр. 322.

{30}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 24771, д. 91, л. 16.

{31}См. Советская артиллерия в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. М., Воениздат, 1960, стр. 256.

{32}См. Советская артиллерия в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг., стр. 262.

{33}Архив МО СССР, ф. 81, оп. 84961, д. 148, лл. 195, 203; д. 152/157, лл. 209-214; оп. 86020, д. 31, лл. 1-9.

{34}Архив МО СССР, ф. 290, оп. 29307, д. 13, л. 9; ф. 311, оп. 93757, Д. 2, л. 15.

{35}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 24771, д. 91, л. 4; д. 82, лл. 196- 201.

{36}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 24771, д. 91, л. 50. 64 {37} См. В. Ф. Гусаров, Н. А. Стасюк. Боевая комсомольская. М., Воениздат, 1965, стр. 227.

{38}Архив МО СССР, ф. 388, оп. 16241, д. 1, лл. 40-47.

{39}Для улучшения управления Войсками ПВО страны решением ГКО в 1943 году все Войска ПВО территории страны были разделены на два фронта ПВО — Западный и Восточный.

{40}Архив МО СССР, ф. 84, оп., д. 68, лл, 106-110.

{41}Архив МО СССР, ф. 71, оп. 295901, д. 14, лл. 250-269.

{42}Архив МО СССР, ф. 67, оп. 20088, д. 135, лл. 23, 24.

{43}Архив МО СССР, ф. 208, он. 12841, д. 7, л. 1.

{44}Архив МО СССР, ф. 67, оп. 20088, д. 129, лл. 92-94.

{45}«Правда», 25 апреля 1943 г.

{46}Архив МО СССР, ф. 35, оп. 22151, д. 8, лл. 276-277.

{47}См. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т. 6. М., Политиздат, 1971, стр. 55.

{48}Архив МО СССР, ф. 32, оп. 41693, д. 2, лл. 6-7; д. 6, лл. 6-7.

{49}Архив МО СССР, ф. 32, оп. 41693, д. 2, лл. 6-7.

{50}Архив МО СССР, ф. 326, оп. 5047, д. 336, лл. 261, 279.

{51}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 24771, д. 91, л. 24.

{52}См. И. Ф. Абрамов. 82-я Ярцевская. М., Воениздат, 1973, стр. 80.

{53}Архив МО СССР, ф. 39, он. 80040, д. 182, лл. 62-66.

{54}Среди 193 исправных танков 5-го механизированного корпуса на 15 августа 1943 года числилось 182 танка иностранных марок (Архив МО СССР, ф. 39, оц. 80031, д. 2, лл. 2, 9, 41, 75, 76), {55}Архив МО СССР, ф. 353, оп. 9592, д. 46, лл. 49-53.

{56}См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 361.

{57}Река Царевич — правый приток реки Вопь.

{58}См. А. И. Еременко. Годы: возмездия, стр. 51-55.

{59}См. Директива Ставки Верховного Главнокомандования от 16 августа 1943 г.

{60}Г. К. Ж у к о в. Воспоминания и размышления. М., Изд-во АПН, 1971, стр. 485.

{61}Истребитель «Александр Пушкин» был построен на средства писателя И. А. Новикова, внесенные им в фонд обороны (100 тыс. рублей). См. «Красная звезда», 5 июня 1974 г.

{62}См. «Военно-исторический журнал», 1972, № 2, стр. 61.

{63}Н. Н. Воронов. На службе военной, стр. 387-388.

{64}См. Операции Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945, т. 2, стр. 340-341.

{65}Архив МО СССР, ф. 208, оп. 45314, д. 8, лл. 116-121; д. 10, лл. 112-113.

{66}Архив МО СССР, ф. 2-го гв. тк, оп. 81133, д. 2, л. 7.

{67}Архив МО СССР, ф. 2-го гв. тк, оп. 81133, д. 2, л. 9.

{68}См. Золотые звезды Полесья. Очерки о Героях Советского Союза. Киев, 1972, стр. 94-96.

{69}Архив МО СССР, ф. 394, оп. 53931, д. 2, л. 25.

{70}Архив МО СССР, ф. 608, оп. 365708, д. 1, л. 28.

{71}См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 361.

{72}Архив МО СССР, ф. 661, оп. 81133, д. 2, л. 27.

{73}См. «Правда», 1 сентября 1943 г.

{74}См. С. Е. Попов. На огневых рубежах. М., Воениздат, 1971, стр. 61.

{75}Архив МО СССР, ф. 2-го гв. тк, оп. 84159, д. 2, лл. 374-435; оп. 343962, д. 1, лл. 120-169.

{76}См. Навечно в строю. Альбом. Выпуск второй. М., Воениздат, 1973, стр. 236.

{77} Н. И. Крылов, Н. И. Алексеев, И. Г. Драган. Навстречу победе, стр. 158.

{78}См. «Военно-исторический журнал», 1969, № 10, стр. 31.

{79}«Огонек», 1968, № 39, стр. 20-21.

{80}Архив МО СССР, ф. 405, оп. 55534, д. 9, л. 9.

{81}См. «Военно-исторический журнал», 1969, № 10, стр. 32.

{82}Э. Манштейн. Утерянные победы. М., Воениздат, 1957, стр. 466.

{83}Архив МО СССР, ф. 643, оп. 67407, д. 1, л. 139.

{84}Архив МО СССР, ф. 388, оп. 16241, д. 1, лл. 54, 55.

{85}См. Директива Ставки Верховного Главнокомандования от 6 сентября 1943 г.

{86}К. Типпельскирх. История второй мировой войны, стр. 320-321.

{87}См. «Правда», 20 сентября 1943 г.

{88}См. «Красная звезда», 15 октября 1972 г.

{89}Архив МО СССР, ф. 39, оп. 80031, д. 2, лл. 196-197.

{90}Там же.

{91}Архив МО СССР, ф. 643, оп. 67407, д. 1, лл. 173-174.

{92}Архив МО СССР, ф. 643, оп. 67407, Д. 1, лл. 139-145.

{93}См. И. А. Долгов. Золотые звезды калининцев. «Московский рабочий», 1969, стр. 313-314.

{94}См. «Знамя», 1972, № 2, стр. 169.

{95}Смоленск. М., изд-во «Планета», 1973, стр. 21-22.

{96}См. «Правда», 26 сентября 1943 г.

{97}Смоленск, стр. 19, 23-24.

{98}Архив МО СССР, ф. 217, оп. 4306, д. 202, лл. 2-47.

{99}См. «Правда», 8 октября 1943 г, {100}История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 369.

{101}Освободительная миссия Советских Вооруженных Сил во второй мировой войне. М., Политиздат, 1974, стр. 63.

{102}См. История СССР с древнейших времен до наших дней, т. X, стр. 399.

{103}См. 50 лет Вооруженных Сил СССР, стр. 371.

{104}История СССР с древнейших времен до наших дней, т. X, стр. 405.

{105}См. «Военно-исторический журнал», 1971, № 9, стр. 39.

{106}См. Народная война в тылу врага. К истории партизанского движения в Калининской области. «Московский рабочий», 1971, стр.118.

{107}См. Живет в веках твой подвиг благородный. Героические страницы истории Смоленского края. «Московский рабочий», 1967, стр. 260.

{108}См. «Красная звезда», 9 сентября 1943 г. {109}См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945, т. 3, стр. 484.

{110}Там же, стр. 485.

{111}Там же.

{112}История Коммунистической партии Советского Союза. Т. 5, кн. 1. М., Политиздат, 1970, стр. 508.

{113}Мировая война 1939-1945 годы. Сборник статей. М., Изд-во иностранной литературы, 1957, стр. 216-217.

{114}Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления, стр. 498, {115}Архив МО СССР, ф. 2-го гв. ак дальнего действия, оп. 221204, {116}Архив МО СССР, ф. 72, оп. 30641, д. 5, лл. 1-106.

{117}Н. Н. Воронов. На службе военной, стр. 399.

{118}Архив МО СССР, ф. АДД, оп. 362907, д. 1, ад. 91-93, 99-101.

{119}См. «Военно-исторический журнал», 1974, № 8, стр. 126.

{120}Переход в наступление 31-й армии Западного фронта одновременно обеспечивал и левый фланг 39-й армии Калининского фронта.

{121}См. Войска противовоздушной обороны страны. Исторический очерк. М., Воениздат, 1968, стр. 253.

{122}См. Всемирно-историческая победа советского народа 1941- 1945 гг. М., «Наука», 1971, стр. 98.

{123}Архив МО СССР, ф. 71, оп. 295901, д. 15, лл. 22, 52, 72; д. 12, лл. 18-30, 57, 77, 95.

{124}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 272733, д. 34, лл. 27, 32.

{125}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 272733, д. 33, л. 9.

{126}Архив МО СССР, ф. 69, оп. 272733, д. 34, л. 32. {127}Архив МО СССР, ф. 16, оп. 29500, д. 639, л. 441.

{128}См. К. П. Терехин, А. С. Таралов, А. А. Т'омашевский. Воины стальных магистралей. М., Воениздат, 1969, стр. 164-165.

{129}Архив МО СССР. ф. 39, оп. 80032, д. 6, л. 29; д. 7, л. 40.

{130}Архив МО СССР, ф. 39, оп. 34628, д. 21, лл. И, 51; д. 22, лл. 14, 37.

{131}Архив МО СССР, ф. 208, оп. 226686, д. 7, л. 240; ф. 81, оп. 84961, д. 148, лл. 195, 203.

{132}Архив МО СССР, ф. 35, оп. 41693, д. 4, лл. 11-14. 57-60 108-111.

{133}Архив МО СССР, ф. 35, оп. 22151, д. 8, л. 397.

{134}«Военно-исторический журнал», 1974, № 3, стр. 120.

{135}А. А. Гречко. Вооруженные Силы Советского государства М., Воениздат, 1975, стр. 362.

Ещё не прочитал,но всё равно молодец!

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.