Sign in to follow this  
Followers 0
soteg

Интервенция на севере. Боевые действия по Северной Двине, год 1918..

2 posts in this topic

СЕВЕРОДВИНСКАЯ ФЛОТИЛИЯ

1918-1919 гг.

ЧАСТЬ 1

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА СЕВЕРНОЙ ДВИНЕ В 1918г.

Боевые действия на Северной Двине представляют собой значительный интерес. В течение двух кампаний оперировавшая здесь красная Северо-Двинская флотилия должна была действовать против англичан, снабженных всеми новейшими достижениями техники. Здесь импровизированные боевые суда, созданные из обыкновенных речных пароходов, должны были сражаться со специально построенными военными кораблями. Это накладывает особый отпечаток на все действия на Северной Двине. Это же и представляет наибольшую ценность для нас, ибо дает возможность сделать некоторые выводы, показывающие, что может быть достигнуто импровизированными речными судами вообще. С другой стороны, действия на Северной Двине в высшей степени свидетельствуют о беззаветной преданности красных моряков делу революции и тем составляют один из лучших памятников революционной борьбы за власть Советов.

АНГЛИЙСКИЙ ФЛОТ ЗАХВАТЫВАЕТ УСТЬЕ СЕВЕРНОЙ ДВИНЫ.

Мысль об интервенции на Севере за­родилась у Антанты едва ли не с самого момента Октябрьского пере­ворота и Брестского мира. Во вся­ком случае, к началу лета 1918 года эта мысль получила свое реальное содержа­ние. Как мы знаем из показаний Савинко­ва, в это время французский консул Гренар и военный атташе генерал Лаверн от имени французского посла Нуланса сдела­ли заявление о том, что союзники предви­дят возможность войны с Германией в том или ином виде на русском фронте. Консул Гренар полагал возможность свержения советской власти и продолжение войны осуществить путем комбинаций вооружен­ного выступлении эсэров и высадки анг­ло-французского десанта в Архангельске. План в это время намечал занятие с помо­щью этого десанта верхней Волги, должен­ствовавшей стать базой для движения на Москву. Таким образом, уже в мае союз­ники предполагали обратить Северную Россию в район военных действий.В конце июня, в период подготовки Савинковым восстаний в Рыбинске, Ярославле, Костроме и Муро­ме, им была получена телеграмма Нуланса, катего­рически подтверждавшая, что десант высадится между 3 и 8-м июля.

Сами союзники, устами английского военного мини­стра лорда Мильнера, так объясняли цели экспедици­онного корпуса: 1) Спасение чехословаков, 2) воспре­пятствование Германии эксплуатировать естественные богатства России и 3) недопущение использования Гер­манией русских северных портов в качестве баз для своих подводных лодок. Кроме того, указывалось еще на необходимость обеспечить за союзниками многочис­ленные грузы и склады военного имущества, находив­шиеся в Архангельском порту еще со времени империа­листической войны. Подготовка к десантной операции началась в апреле 1918г. В апреле, по настоянию Выс­шего Военного Союзного Совета, в Мурманске были высажены 150 солдат английской морской пехоты, за­тем через несколько недель — еще 400, и небольшой десант французских моряков.

24 мая английский генерал Пуль прибыл в Мур­манск для организации «Северных русских экспедици­онных сил». (Nord. Russian Expeditionary Force).

10 июня примеру англичан последовали американ­цы, высадившие с крейсера «Олимпия» 100 матросов. 23 июня в Мурманске были высажены первые англий­ские войска, и вскоре союзный отряд из Мурманска пе­реправился в Кандалакшу, а кроме того, союзники зах­ватили и Печенгу.

К 28 июня союзные отряды продвинулась до Соро­ки (на южном побережье Белого моря).

3 июля началось эсэровское восстание в Ярославле, и таким образом район к западу от Северной Двины стал базой контрреволюции.

В конце июля союзный десант появился уже на Со­ловецких островах и в городе Онега.

Организация обороны Архангельского района.

Осложнение положения на Севере имело следстви­ем прибытие в Архангельск члена Наркомвоена тов. Кедрова и члена Морской Коллегии тов. Вахромеева. Были созданы Беломорской военный округ и Совет Обороны. Объявленная в Архангельской губернии мо­билизация была использована агитацией эсэров и име­ла следствием восстание в Шенкурском уезде, правда, быстро подавленное.

Защита Архангельска с моря заключалась в это вре­мя в укреплениях острова Мудьюг, расположенного в 60 верстах от Архангельска, в устье реки. На острове (длиною 15 верст, при ширине около 3) находились две батареи. Первая, из четырех 6-дюймовых орудий Канэ Находилась в 6 верстах от южной оконечности острова; к северу от нее была батарея №2, также из четырех 6-дюй­мовых орудий, но крепостных образца 1878 года. Бом­бовые погреба были расположены в лесу, и подача бое­вых припасов производилась вагонетками.

Морские силы Севера в большей своей части (лин­кор «Чесма», крейсер «Аскольд», миноносцы «Сергеев», «Юрасовский», «Бесшумный», «Бесстрашный», траль­щики и плавмастерская «Ксения») были захвачены со­юзниками в Мурманске, а в Архангельске находились всего лишь два вооруженных ледокола («Святогор» и «Микула Селянинович») и несколько тральщиков.

Так как к этому времени среди личного состава флота (уже организованного на договорных началах) старых моряков военного флота было не более 30%, то в Архангельск было направлено из Петрограда двумя эшелонами до 200 моряков, которыми и были пополне­ны команды архангельских судов и батарей острова Мудьюга.

Сражение у Мудьюга. Оставление Архангельска.

31 июля вечером посты службы связи донесли, что в море появились английские суда, шедшие курсом на Архангельск. Морским командованием был отдан при­каз тральщикам встать в дозор в дельте реки Северной Двины, обоим же ледоколам быть готовым выйти на помощь к батареям Мудьюга. Предусматривалось, что ледоколы должны принять бой при всяких условиях, в случае же поражения — затопиться на фарватере, что­бы задержать движение судов противника в реку и тем дать возможность произвести эвакуацию Архангельс­ка. В этот же день, по приказанию Совета Комиссаров флота, моряками были разоружены два английских транспорта, стоявшие в Архангельске; каждый из этих транспортов был вооружен двумя 75-мм орудиями и имел радиотелеграфную установку.

1 августа в 6 часов с Мудьюга поступило донесение о появлении судов противника. Совет Комиссаров от­дал приказ батареям первым огня не открывать, но не допускать прохода противника в реку, не останавлива­ясь в этом последнем случае перед открытием огня. Ле­доколам было приказано идти на поддержку батарей.

В этот день прислуги у орудий было всего 35 чело­век, так как часть команды накануне была отправлена в Архангельск за провизией и инвентарем.

К плавучему Северо-Двинскому маяку подошел анг­лийский крейсер «Эттентив» (2750 тонн, 25V2 узлов хода, девять 102-мм орудий), авианосец «Наирана» и транспорт; противник захватил два тральщика, нахо­дившиеся в дозоре, и плавучий мак. С маяка по теле­фону было передано председателю комитета батареи предложение сдаться, в ответ на что батареи предложи­ли английским судам удалиться из русских вод. С авианосца были спущены на воду четыре гидроаэропла­на, из коих три начали кружиться над батареями, а чет­вертый полетел в Архангельск. Крейсер малым ходом двинулся вверх по реке. Когда он подошел к траверсу батареи, на сигнальной мачте берегового маяка был поднят сигнал с требованием остановиться, что крейсер и исполнил. Команда батареи открыла ружейный и пу­леметный огонь по гидроаэропланам, отогнав их к севе­ру. Крейсер снялся с якоря и также отошел к северу, где и стал на якорь в 3—4 каб. от северной оконечности острова, заняв позицию, дававшую ему возможность вести по батареям огонь с фланга.

В 8 час. 20 мин. крейсер открыл огонь. Несмотря на то что на батареях могли действовать только два ору­дия, последние отвечали. Командиры батарей скрылись в лесу, и бой вели комендоры. Гидроаэропланы начали бросать в батареи бомбы и обстреливать их пулеметным огнем. В то же время противником был высажен десант на северную оконечность острова, численностью до 150 штыков при 3 пулеметах и 2 бомбометах. Несмотря на то, что батареям удалось получить три попадания в крейсер, положение их сделалось явно безнадежным, так как направленная навстречу десанта группа в 16 че­ловек с двумя пулеметами удержать наступление после­днего не могла.

Приближение десанта к расположению батарей зас­тавило оставить их, вынув замки из орудий и взорвав бомбовые погреба. Во время боя было убито 8 военморов и ранено 3.

Вышедшие из Двины ледоколы «Святогор» и «Микула Селянинович» к батареям не подошли и помощи им не оказали. Высланное на остров Мудьюг подкреп­ление из Архангельска (отряд красноармейцев) прибы­ло слишком поздно, когда остров был уже оставлен.

Несколько позже «Святогор» и «Микула Селянинович» были затоплены, а команда их на буксирах отпра­вилась в Архангельск. По-видимому, ледоколы были затоплены не на фарватере, и проход в реку был возмо­жен. Поэтому в дельту было направлено портовое суд­но «Уссури» и также было затоплено на фарватере, дабы окончательно закрыть проход.

Английский десантный отряд под начальством ген. Пуля состоял из 550 английских, французских и аме­риканских моряков, погруженных на транспорты, при­шедшие в Архангельск за тральщиками под конвоем английского и французского крейсеров.

В ночь на 2 августа в городе произошло восстание, причем часть мобилизованных красноармейцев пере­шла на сторону повстанцев. Обстановка в городе ясно указывала, что подавить восстание представит большие трудности. Когда тральщик Т15 и буксир «Обь» напра­вились в Соломбалу с целью взять в военном порту на­груженные имуществом баржи, они были обстреляны у судоремонтного завода ледоколом «Князь Пожарский», на который повстанцами была втащена полевая 3-дюймовая пушка. Обстрелянный в упор, Т15 затонул, а «Обь» принуждена была уйти вверх по Двине.

В 10 час. утра губисполком вместе с моряками по­шел вверх по Двине, уводя с собой речные пароходы и баржи с эвакуированным грузом. В районе города все суда обстреливались повстанцами орудийным, пулемет­ным и ружейным огнем; отходившие отвечали. Отступ­ление прикрывали тральщики, смогшие дойти только до 11-й версты от города; там они были выброшены на мель. Гидроаэропланы противника преследовали отхо­дящий караван до устья реки Пинеги, обстреливая из пулеметов и забрасывая суда бомбами. Всего из Архан­гельска было уведено до 50 пароходов, что составляло почти весь речной флот Северной Двины.

Конечным пунктом был избран город Котлас, нахо­дящийся от Архангельска в расстоянии 625 верст; идя вверх по Двине, отряд проходил все крупные населен­ные места (Холмогоры, Емецк и Двинский Березняк) в боевой готовности, ожидая враждебных действий банд. У устья Ваги был оставлен один буксир, вооруженный тремя пулеметами, с 22 человеками команды. Все встреченные пароходы, шедшие с гружеными баржами, гонки леса и пристани уводились с собой.

5 августа в 11 час. утра все суда пришли в Котлас.

Отход к Котласу завершает собой первую фазу дей­ствий на Северной Двине. Противнику удалось захва­тить устье реки и обеспечить себе громадный район. Как видно из вышеприведенного описания, события протека­ли почти без всякого влияния со стороны нашего мор­ского командования. Конечно, трудно сказать, как изме­нилась бы обстановка, если бы с самого начала были приняты более энергичные меры для защиты устья Се­верной Двины, во всяком случае несомненно то, что дви­жение противника могло быть несколько замедлено. «Союзники» понемногу подвозили войска, и в начале кампании сухопутные силы Антанты, высаженные в Ар­хангельске, состояли из двух бригад английской пехоты, одного полка американской пехоты, одного батальона французской пехоты, двух отделений французской 75-мм артиллерии, двух отделений французских пуле­метчиков, одной бригады (478 чел.) Канадской полевой артиллерии, бронепоезда, одного 15-см (6") орудия и од­ной 77-мм русской гаубицы и около 300 человек белых русских пехотных войск, т.е. всего около 9500 чел.

К концу кампания (сентябрь 1919 г.) в Архангель­ском районе оставалось под начальством ген. Раулинсо на 11 000 английских войск и 19 000 белых русских войск; в Мурманске (под командой ген. Мейнарда) — 5000 англ. войск, 1400 французов и сербов и 7000 бе­лых русских войск, т.е. всего 43400 чел.

Если действия и распоряжения командования в Ар­хангельске могут и должны быть подвергнуты жесто­кой критике, то следует отметить, что после оставления последнего моряками было сделано почти все возмож­ное. Следует учесть, что весь командный состав, за ис­ключением прапорщика Пронского, изменил, что в со­ставе флотилии 70% состояло из людей не имевших почти никакого понятия о военном флоте. Увод вверх по реке всех судов и плавучих средств, какие только возможно, является необходимейшим и наиважнейшим действием при обстановке, подобной создавшейся. Уве­дя с собою суда, моряки обеспечили Республике воз­можность создания флотилии на Северной Двине; мало того, они лишили в значительной степени этой возмож­ности противника. Наконец, заслуживает быть отме­ченным оставление сторожевого буксира у устья Ваги, чем до известной степени обеспечивалось наблюдение за противником, а также открывалась возможность на­чать операции против Архангельска с пункта, отстоя­щего от последнего на значительно меньшее расстояние (устье Ваги расположено в 290 верстах и в 330 от Кот­ласа), чем от Котласа.

post-3265-072388000 1331598939_thumb.jpg

Транспорты с первыми войсками армии США.

РЕКА СЕВЕРНАЯ ДВИНА

Река Северная Двина образуется у Шабуранского острова из слияния при городе Великом Устюге рек Су­хоны и Юга и, протекши по Воло­годской и Архангельской губерниям 872 версты, впадает в Двинскую губу Белого моря в 40 верстах ниже г. Архангельска. Речная область Северной Двины простира­ется до 330 ООО тыс. кв. верст и представляет собой большею частью равнину, покрытую лесом и болотами и пересеченную большим числом рек системы Северной Двины. Паде­ние Северной Двины: для всего ее течения составляет всего 0,47 сажени на 1 версту.

Берега. На своем протяжении Северная Двина имеет довольно высокие берега, час­тью покрытые сосновым и еловым лесом. Местами берега обрывисты, и высота их иногда доходит до 5—6 саженей. Вдоль всей реки расположены деревни на сравнительно близком расстоянии друг от друга (иногда 2—3 версты). Берега местами приглубые,дающие возможность приставать пароходам. Масса ру­чьев и речек впадает с обеих сторон в Северную Двину, образуя глубокие овраги. Вдоль берегов тянутся и от­крытые возделанные поля, группируясь вокруг дере­вень и образуя узкие полосы, разделенные площадями лесов. Вдоль левого берега Северной Двины проходит большой тракт с телеграфной линией (в районе от ус­тья Ваги до Красноборска), на правом же в этом райо­не (бывшем ареной военных операций как в 1918, так и в 1919 гг.) имеются лишь проселочные дороги. В глубь лесных пространств от этих дорог отходит лишь незна­чительное число лесных просек и троп, к тому же часто пересекаемых болотами. Все это делает береговой рай­он труднопроходимым.

Река. Обыкновенная высота воды на перекатах — 6 четвертей. Весенние воды достигают высоты в 17— 18 четвертей; осенние — от 10 до 15. Ширина реки на плесах до 400 саженей; в узкостях — 20—30 саженей. Фарватер реки идет попеременно то вдоль одного, то вдоль другого берега и иногда имеет крутые повороты. Скорость течения — 5 верст в час, во время половодья в узкостях повышающаяся до 7—8 верст.

Как видно из доклада по штабу Военного Совета Се­верного фронта, к октябрю 1918 года фарватер был еще очень хорошо обставлен баканами, зажигавшимися в тем­ное время суток. Во всяком случае в этот период (т.е. че­рез 2—3 месяца после начала военных действий на реке) еще было возможно безопасное речное плавание и ночью.

В широких местах река изобилует островами с це­лой сетью протоков — «полоев», очень мелководных и недоступных для паровых судов.

Замерзание. Замерзание реки происходит нормаль­но между 15 октября и 5 ноября. Бывают случаи, когда река, уже ставшая, вновь вскрывается и навигация вос­станавливается на некоторое время. В 1918 году как раз имел место подобный случай. Уже 23 октября на­ступившие сильные морозы и появившийся на реке мелкий лед («шуга») заставили флотилию идти на зи­мовку. 28 октября река встала, но уже через 2 дня по­года стала теплее, пошел дождь, а 2 ноября лед тронул­ся. В результате 4 ноября флотилия вновь смогла выйти на фронт, где и провела целую неделю. Оконча­тельно река встала уже к 14—15 ноября.

Весеннее вскрытие реки происходит в последних числах апреля, и ледоход продолжается целых две неде­ли. Весьма важно отметить, что северодвинский лед про­ходит иногда раньше вычегодского, что дает на средней части реки как бы два ледохода, разделенные некото­рым промежутком времени. Для 1919 года, в частности, ледоход в В.Устюге продолжался с 20 по 23 апреля. Котлас был закрыт заторами до 24 апреля, хотя в это вре­мя верховья Северной Двины были уже чисты ото льда. С 25 по 28 апреля шел вычегодский лед и проход судов по Северной Двине вниз мимо Котласа был невозможен. Характерно, что в это время много ниже последнего Се­верная Двина была совершенно чиста ото льда, так как свой лед уже прошел, а вычегодский еще не дошел.

Вполне естественно, что подобный характер вскры­тия и замерзания реки в сильнейшей степени отразился и на ходе боевых операций на Северной Двине.

Притоки. Крупнейшими притоками Северной Дви­ны являются реки Пинега, Вага и Вычегда. Из них пер­вая представляет собою весьма крупную водную арте­рию театра и так же, как и Северная Двина, служит главным путем края. Однако ее расположение в значи­тельной степени лишило ее военного значения, и фак­тически боевые операции развернулись исключительно на Северной Двине.

Двинский речной флот. Тип судов, плававших по реке — небольшие буксирные колесные пароходы, дли­ною в 120—190 фут и шириною 20 — 25 фут, при осадке около 5—8 четвертей; машины силой от 160 до 350 сил (у наибольших и до 540), скорость хода 14—15 верст в час.

Корпуса пароходов низкобортные, с весьма слабым набором, причем лишь более новые были снабжены железными палубами. Топливо — дрова, расход коих при полном ходе (еловые или сосновые дрова) от 1 до 11/2 саженей в час.

Имелись и пассажирские пароходы американского типа, до 250 футов длины, с двухъярусными надстрой­ками, подобные таковым же Волжского речного бас­сейна.

Личный состав пароходов большею частью состоял из жителей деревень, за исключением командного со­става, т.е. командира, его помощника и механика. Чис­ло команды на пароходах было довольно значительно и на небольших буксирах доходило до 22 человек.

С началом вооружения флотилии речники были ис­пользованы в самой широкой степени (почти целиком использован личный состав речного флота, привлечен­ный по мобилизации). На боевые суда были назначены коменданты из военных моряков. Последние являлись военными начальниками, вели управление артиллерий­ским огнем и т.п.

Кроме них из военморов состояла лишь прислуга орудий; все же остальные были речники.

Такого рода решение вопроса комплектования лич­ным составом судов не может считаться удовлетвори­тельным в боевом отношении, и в будущем команды боевых судов должны состоять только из военных мо­ряков, т.е. лиц с некоторой боевой подготовкой. (Мне­ние комиссии и инспекторов частей флотилии в октябре 1918 г.)

Следует отметить, что речники наравне с военморами выносили тяжесть боевых операций и понесли в сво­ем составе значительные потери.

Стратегическое значение Северной Двины. Весь Северный театр включает в себя равнину системы рек Северной Двины и ее притока Пинеги. Путями сообще­ния район исключительно беден. В сущности говоря, что мы отмечали и ранее, главными артериями края яв­ляются реки Северная Двина и Пинега, открытые для навигации в течение в среднем 5 месяцев; зимой они служат трактами гужевого сообщения.

Железных дорог две: Архангельск — Вологда (в 25—27 верстах к западу от Северной Двины) и ветка, иду­щая к Котласу. Если учесть, что Котлас расположен по­чти в 300 верстах к юго-востоку от места боевых операций, станет ясно, что железнодорожные пути име­ли крайне ничтожное значение. Мало и грунтовых до­рог; из последних наибольшее значение имеет тракт, идущий вдоль левого берега Северной Двины, и другой от Верхней Тоймы к р. Пинеге и далее вдоль последней. Остальные дороги Двинского района в большинстве слу­чаев проходимы лишь для всадников и пешеходов.

Население группируется также лишь вдоль рек. Громадный район, особенно между Пинегой и Север­ной Двиной, совершенно не населен.

Таким образом, для противника могло быть, в сущ­ности говоря, всего лишь два операционных направле­ния: Архангельск—Вологда, по железной дороге, и Ар­хангельск—Котлас, по течению реки Северная Двина. Весьма важно отметить, что эти направления расходя­щиеся: соприкасаясь в Архангельске своими началами, они, вследствие того что железная дорога идет в южном направлении, а движение по реке ведет сначала на S, а затем на Ost, все более и более удаляются друг от дру­га, заставляя направленные по ним группы действовать обособленно и полагаться лишь на свои силы. Пере­броска войск с одного направления на другое возмож­на, из-за бездорожности театра лишь на северном учас­тке, где к тому же оба направления еще не слишком удалены. Далее это представляется совершенно невоз­можным. Следует отметить, что расстояние между обо­ими направлениями между Архангельском и устьем Ваги колеблется (постепенно увеличиваясь) от 50 до 70 верст; у Тулгаса (место наиболее интенсивных опера­ций) оно уже 90, а у Котласа более 300 верст.

С другой стороны, противник имел возможность на Северо-Двинском направлении использовать свои бое­вые суда, что в значительной мере обеспечивало его наступление, в то время как на железнодорожном учас­тке это было невозможно.

Наконец, поставленные цели влекли его к использо­ванию обоих путей. Первоначально, когда доминирова­ла идея занятия Верхней Волги (план Лаверн—Савин­кова), главные усилия должны были быть и, повидимому, и были обращены на железнодорожное направление. В дальнейшем (вероятно к поздней осени 1918 г. и весне 1919 г.), когда Савинков явно потерпел неудачу, а в районах Перми и Казани были чехи, есте­ственно первенствующее значение перешло к Северной Двине. Наступление Северной армии Колчака под ко­мандой ген.Гайды от Перми через Глазов на Вятку в марте и апреле 1919 года окончательно закрепило это решение. Наконец, разгром Колчака заставил на обоих направлениях перейти к обороне. В общем — слабость сил обеих сторон, малая доступность местности, нали­чие тяжелых пушек на судах, требовавших укрытия войск от их огня, имели следствием то, что военные операции на Северной Двине по типу более приближа­лись (во всяком случае в последние периоды) к пози­ционной войне.

Тактические возможности. Комфлот Северо-Двинской флотилии т. Варваци (вступивший в командование летом 1919 г.) так определяет возможности флотилии: «...топографические условия Северо-Двинского направ­ления (и железнодорожного добавим мы) неблагоприят­ны для действия войска в широком масштабе. Узкая прибрежная полоса не дает возможности развертывания крупных сил. Небольшие открытые пространства вдоль берегов являются наиболее благоприятными для дей­ствия войск. Но сообщение между ними сильно затруд­нено разделяющими их лесными площадями. Плано­мерное наступление вдоль берегов в силу этого затруднительно... и мы и противник принуждены иметь на Двине флотилию, служащую не только транспорт­ными средствами, но и боевой силой, а пехотные пози­ции являются речными заставами, прикрывающими наиболее удобные позиции флота. Боевые действия на берегу и на воде тесно связаны между собою и должны проходить по одному общему плану...».

Боевые операции армий. Все сказанное в сильней­шей степени отразилось и на характере боевых дей­ствий на Северной Двине. Ни мы (IV армия), ни про­тивник не имели здесь никогда крупных сил. К началу 1920 года на фронте в 750 верстах от Петрозаводска до Яренска мы имели всего 19 ООО штыков и 400 сабель, а противник 15 ООО штыков. Даже если взять наиболее плотный участок (от железной дорога Архангельск — Вологда до Северной Двины), то на нем имелось лишь 14 900 бойцов на протяжении 250 верст, т.е. всего око­ло 60 человек на версту фронта. Неудивительно, что при таких условиях войска группировались лишь около главнейших путей.

Река и армии. Северная Двина служила и главным путем снабжения войск. В одном из дел мы находим интереснейшие указания о наличии вспомогательных судов на фронте. Сведения эти относятся к концу ок­тября 1918 года. В этот момент в распоряжении штабов района и бригады находилось около 80 пароходов и 40—50 барж. Перечень включает: штаб бригады - 11 пароходов; инженерная часть — 18 пароходов; пехот­ные части — б; артиллерийские часта — 15; авиация — 5 пароходов; снабжение — 7 пароходов, чрезвычайная комиссия — 3, госпитали — 2 и т.д. Все это в сумме составляет около половины всего числа судов Северо-Двинского бассейна. Указанная справка, более чем что-либо, позволяет судить, насколько широко (по крайней мере в 1918 году) пользовалась водным транспортом армия. Конечно, не может быть и речи о том, что все эти суда были использованы продуктивно, тем более что они не имели даже общего начальника флотилии.

Характерно, что в это время боевая флотилия состо­яла из 5 вооруженных пароходов, 2 плавучих батарей и 2 барж с установленвыми орудиями.

Оперативные планы противника. Судя по опубли­кованному довольно скудному материалу, планы на­ступления союзников на Советскую Россию предусмат­ривали продвижение сухопутных сил в глубь страны по двум наличным путям: 1) по железнодорожному пути, с назначением достичь Вологды и 2) по речным путям, в направлении Котласа. Далее планы становились не­сколько менее определенными, но в общем предполага­лось достичь соприкосновения с сибирским фронтом чехословаков.

СОЗДАНИЕ СЕВЕРОДВИНСКОЙ ФЛОТИЛИИ.

Уже 12 августа 1918 года первые вооруженные орудиями суда Северо­двинской флотилии вышли на фронт. Затем вооружение судов про­должалось непрерывно, по мере прибытия пушек; старое вооружение снималось, ко­рабли перевооружались новыми, более крупными орудиями и т.д. Поэтому пред­ставляется чрезвычайно затруднительным дать таблицы судового состава флотилии. Правильнее составить несколько таких таблиц, соответственно главным периодам вооружения судов.

Здесь мы считаем возможным (для 1918 г. конечно) ограничиться двумя табли­цами, из которых первая охватывает время с 14 августа по 14 сентября, а вторая — бо­лее поздний период (в ней приведены доку­ментальные данные, относящиеся к концу октября).

post-3265-011326200 1331597945_thumb.jpg

Северо-Двинская флотилия по состоянию на 14.08-14.09.1918 года

Таким образом, с 14 до 19 августа общая артиллерия флотилии (3 судна) включала шесть 37-мм пушек Мак­лена и шесть пулеметов; с 19 августа до 14 сентября — две 3" полевые, две 37-мм пушки Маклена и шесть пулеметов; с 15 сентября (до 22-го) во флотилии было всего два боевых судна с двумя 3" полевыми и двумя 37-мм пушками Маклена. 22 сентября были вооружены морскими пушками первые суда, прибывшие в Котлас. В составе флотилии к концу сентября было и 2—3 во­оруженных катера.

Прибытие морских орудий резко изменило характер флотилии. 25 сентября на фронт прибыли канлодки «Мурман» и «Какстон» и две плавбатареи, с буксирами «Чернопенье» и «Нагорный».

Канлодка «Мурман» была переименована в «Павлин Виноградов», в память убитого 8 сентября командующе­го фронтом. Затем флотилия еще более усилилась, и к 30 октября ее состав представляется в следующем виде:

post-3265-097675900 1331597953_thumb.jpg

Северо-Двинская флотилия по состоянию на 30.10.1918 года

Уже в конце октября в Котласе производилось воо­ружение третьей плавбатареи (№ 3) двумя 120-мм мор­скими пушками. Из-за наступления холодов последняя на фронт послана не была.

Без сомнения, состав флотилии был очень мал. Разме­ры северо-двинского речного флота допускали вооруже­ние значительно большего количества судов — оператив­ные задачи, стоявшие перед флотилией, этого требовали.

Инспектировавший в октябре 1918 г. флотилию в/м Мякишев (уполномоченный Моркома при штабе Север­ного фронта) говорит: «Существующую флотилию...(имея в виду преобладающее значение ее в боевом отно­шении в сравнении с сухопутными частями), надо при­знать преступно малочисленной и вооруженной, так что говорить о тактическом применении ее как целой боевой единицы нельзя, а можно разбирать лишь от­дельные вооруженные суда».

С этим нельзя не согласиться. Наоборот, следует учесть, что именно в 1918 году, когда для противника главным операционным направлением было еще Вологодское (железнодорожное), флотилия на Северной Двине могла дать очень многое даже в масштабе всего фронта. Ею в кампании 1919 года было вооружено значительно большее число судов, но тогда обстановка уже изменилась коренным образом.

Вспомогательные суда.

Для первого периода сведе­ний нет. Есть упоминания о буксирах плавбатареи и нескольких катерах.

Документы позднейшего периода (ноябрь—де­кабрь) уже указывают на громадное количество вспо­могательных судов во флотилии. Так доклад Оперода Севфронта Начоперсовету от 8 декабря 1918 года упо­минает нижеследующие вспомогательные суда:

а)7 буксиров для батарей: «Работник», «Сухона», «Компаньон», «Георгий», «Семьянин», «Наследник» и «Анастасия».

б)11 сторожевых катеров: №1, №10, №11, №12, №13, «Заря», «Союз», «Черта», «Волна», «Товарищ» и «Богатырь».

в)6 сторожевых судов: «Какстон» (у нас внесен в список как канлодка), «Незабудка», «Андрей», «Клязин», «Вага» и «Алмаз».

г)2 посыльных судна: «Желябов» и «Усть-Сысольск» и до 15 транспортов.

Таким образом, к зиме вспомогательная часть фло­тилии разрослась в большой степени. Сведений об ис­пользовании на фронте большинства этих судов не име­ется.

Плоты.

Весьма интересен вопрос о применении пло­тов вместо плавбатареи. Указаний на это в большинстве документов нет, и лишь доклад Мякишева немного затрагивает этот вопрос.

Приводим мнение последнего текстуально: «Уста­новка орудий на плотах, хотя и дает некоторые преиму­щества перед установкой на баржах, в смысле непотоп­ляемости и легкости маскирования орудий и плота, но скорость буксирования его очень мала (4—5 в.), поэто­му считать плоты, как плавбатарею, совершенно невоз­можно, и плот представляет из себя лишь платформу, которая только поставленная на отмели, может слу­жить как батарея. Такой способ установки артиллерии весьма опасен, так как при падении уровня воды плот может остаться на берегу и в случае наступления не­приятеля попасть к нему в руки, что и было: например, оставление противником подобного плота с 120-мм ору­дием у местечка Верхнее Сельцо (на 812 версте)».

Служба связи.

В 1918 году при Северо-Двинской флотилии морская служба связи организована не была, что в сильнейшей степени отражалось на осведомленно­сти штабов о движении своих судов. Вопрос о создании службы связи, по-видимому, возник лишь зимой 1918— 1919 гг.

Личный состав.

Командующим флотилией был на­значен на совещании в Красноборске в/м Пронский. Бывших офицеров на флотилии, как мы отмечали раньше, в первый период вовсе не было.

Должность начальника оперативного отдела, повидимому, была не замещена вовсе.

Некомандный состав в первые дни состоял частью из речников и частью (прислуга орудий) из военморов Северного флота.

После отхода в Котлас (5—7 августа) произведена была фильтрация, правильнее — не желавшие служить были отпущены по домам. После нее в составе флоти­лии остались 154 военмора.

Десантные отряды.

При флотилии находилось большое количество сухопутных частей, составленных из моряков. Правильнее сказать, это не были десант­ные отряды, как в других флотилиях, а сухопутные части, составленные из моряков.

Еще 15 августа была сформирована десантная рота трехвзводного состава при двух пушках Маклена. Чис­ленность ее была — 142 военмора.

Значение подобной части определяется прежде всего тем, что 17 августа, когда она прибыла на сухопутный фронт, на последнем было всего 126 бойцов сухопутных частей (28 — латышский отряд; 20 — коммунисты и 78 остальных частей, включая и прислугу пушек). С другой стороны нельзя не отметить, что моряки были на суше, а на судах большая часть команды состояла из речников.

21-го августа на фронт прибыл так называемый 4-й Балтийский отряд моряков в составе 1000 человек (4 роты).

Морская авиация.

В распоряжении Котласского района были 3 нижеследующих отряда:

post-3265-024797900 1331597962_thumb.jpg

По позднейшим данным, на Северном фронте было уже 19 аппаратов. Приказ РВСР от 23 января 1919 года устанавливает следующую схему гидроавиации:

Северный Гидроавиационный дивизион. 1 — Бело­морский гидроотряд, Кемский гидроотряд. 2 — 1 Се­верный истроотряд, II Северный истроотряд.

Аппараты Морского отряда оказались негодными для полетов, хотя пришли прямо с завода Щетинина. На одном из них при полете сломался вал пропеллера, на другом — сорвался при пуске мотор, и у третьего — оказались гнилые стойки. Аппараты же Беломорского и 3-го гидроотрядов, прибывшие с Архангельского фрон­та, вследствие изношенности моторов и хранения под открытым небом для полетов оказались совершенно не­годными и, кроме двух пробных полетов, не летали.

Из истребителей — 3 были разбиты при посадках; один пропал без вести.

Число боевых полетов на истребителях (3 летчика) всего до конца кампании 74, число часов в воздухе — 58.Отряды имели станции в следующих пунктах: с 8 по 10 сентября у мест. Пучуга; с 10 по 19 сентября — у мест. Заострова; с 19 по 23 сентября — у мест. Верхней Топсы.

Подчинение флотилии.

Практически с момента вы­ступления на фронт флотилия находилась в подчине­нии командующего фронтом т. Павлина Виноградова. Следует отметить крайне ненормальное положение са­мих судов флотилии: они не были приняты официаль­но от Главода (окончательная передача состоялась лишь в январе 1919 года), а на транспортной флоти­лии находился даже представитель последнего.

НАСТУПЛЕНИЕ К РЕКЕ ВАГА

Первоначально флотилия была сорга­низована 14 августа, когда в Красноборск прибыл тов.Пронский, встав­ший во главе флотилии. Организация была самая примитивная. На суда назнача­ли комендантов и прислугу к орудиям. Вся остальная команда была оставлена прежняя (водники). Был организован и штаб флоти­лии из 7 человек (комфлот, комиссар, на­чальник штаба, флаг-секретарь, завхоз, минно-артиллерийский содержатель и пи­сарь). Все остальные военные моряки со­ставили трехвзводную десантную роту. Весь личный состав состоял из 183 военных моряков, не считая 38 человек, ранее остав­ленных у устья Ваги.

Сами суда («Феникс», «Мурманск» и «Сильный»), как было выше указано, име­ли 37-мм пушки Маклена и пулеметы. Дваподобных орудия имелись и в десантном отряде, так как было получено от командующего районом указа­ние, что в Петропавловском районе появились неприя­тельские суда с 3" полевыми пушками; просьба о при­сылке таких орудий была направлена в штаб VI армии. 15 августа комиссар (Шилкин) был отправлен в Моск­ву с докладом об организации флотилии и с просьбой о срочной доставке морских орудий.

15 августа флотилия вышла из Красноборска на фронт, куда и прибыла к вечеру 17 августа.

В это время наши части (60 чел. пехоты и два 37-мм орудия Маклена) были расположены у дер. Троица. Здесь же находился и буксир, высланный ранее (3 пул. и 22 военмора). Прибытие флотилии и десантного отря­да, а также и небольшого числа сухопутных частей (от­ряд латышских стрелков 28 человек при 2 пул., и отряд коммунистов — 20 человек и 2 пулемета) дали возмож­ность закрепиться, причем два взвода десантного отря­да заняли на левом берегу дер. Сельцо, а третий укре­пился на правом, у дер. Борки.

Сражение 18-го августа и его последствия.

После получения ночью с 17 на 18 августа сведений от раз­ведки о подготовке противника к наступлению, на рас­свете комфлот на «Фениксе» вышел для смены нахо­дившегося в дозоре «Богатыря». По обнаружении дымов двух судов противника, комфлот, перейдя на «Богатырь», пошел навстречу неприятелю, «Феникс» следовал за ним.

С расстояния дальности орудий (у т.Шоха указано 3 версты — 19 каб.) открыт был огонь. Когда расстоя­ние уменьшилось, противник, располагавший на обоих своих судах 3" полевыми пушками, удачными попада­ниями вынудил наши суда к отходу; «Богатырь», отхо­дивший концевым, получил 3 попадания — одно в но­совое отделение выше ватерлинии, и 2 — в дрова, находившиеся на верхней палубе. На присоединение подошел и «Могучий», но положение не изменилось.

По берегам противник также повел наступление и обходным отрядом в 100 штыков захватил нечаянным нападением нашу 37-мм батарею у дер. Троица. Из на­ходившихся на ней моряков было убито 4, ранено 3 и 2 взято в плен.

Когда наша отходившие суда поравнялись с батаре­ей, последняя была уже в руках неприятеля и открыла по ним огонь, коим на «Могучем» было ранено двое.

Наши части и флотилия продолжали отступление, по-видимому, преследуемые противником, и к вечеру отошли в район дер. Нижняя Тойма.

В ночь на 19 августа войска и флотилия значитель­но усилились. В первые влился 1-й Вологодский полк, а флотилия получила 3" снаряды к двум орудиям, при­сланным в Нижнюю Тойму еще накануне.

В течение ночи на корме пароходов «Богатырь» и «Моuучий» были устроены помосты и установлены 3" пушки (полевые, по одной).

В результате наши войска не только отбили 19 авгу­ста наступление противника, но и двинувшись вперед, заняли линию деревень Пучуга—Борки, т.е. почти ис­ходное положение.

Контрнаступление наших войск.

Через два дня на фронт прибыл 4-й Балтийский отряд моряков (1000 бой­цов) и две батареи 2-го артиллерийского дивизиона, что дало большой перевес в силах нашим войскам, смогшим начать решительное наступление. По непрове­ренным данным, противник к этому времени распола­гал мониторами и речными канлодками, но наше ко­мандование об этом факте осведомлено не было.

Наступление наших войск началось утром 24 августа и продолжалось пять дней, причем противник отошел до устья р. Ваги, где и укрепился на левом берегу послед­ней, образовав из местечка Двинской Березник — опор­ный укрепленный пункт. Здесь, пользуясь местными условиями в тактическом отношении, а в стратегиче­ском — близостью железнодорожного операционного направления, на котором у него были расположены главные силы, противник подготовился к обороне.

Подготовка к форсированию реки Ваги заняла зна­чительное время. В этот период был убит во время од­ной из перестрелок командующий фронтом тов. Пав­лин Виноградов, а в ночь с 13 на 14 сентября была потеряна канлодка «Могучий».

post-3265-036282300 1331596702_thumb.jpg

Командующий фронтом Пав­лин Виноградов.

Отход наших войск.

В эту ночь на реке стоял гус­той туман, и «Могучий», находившийся в дозоре, был атакован неприятельской канлодкой с близкой дистан­ции. Получив ряд попаданий, «Могучий» потонул, причем 18 человек погибло, 7 было взято в плен и лишь пяти удалось спастись вплавь.

Подошедший на выстрелы «Богатырь» имел в тума­не безрезультатную перестрелку с противником.

37-мм орудие с «Могучего» было снято и поставлено на «Богатырь».

Таким образом, второе столкновение с противни­ком, так же как и первое (18 августа), окончилось по­ражением нашей флотилии, у которой в строю осталось лишь 2 боевых корабля.

БОЕВЫЕ ОПЕРАЦИИ В СЕНТЯБРЕ, ОКТЯБРЕ И НОЯБРЕ 1918г.

Наступление противника. К середине сентября противник получил значи­тельные подкрепления. Сухопутные части были усилены за счет войск железнодорожного направления. На реке появились боевые суда англичан (канлодки типа «Cockchafer» и мониторы); наконец — авиасилы противника, достигшие числен­ности в 18 аппаратов (типа «Сопвич» и «Ньюпор»), начали широкие действия про­тив наших войск и судов.

Началось вновь отступление. 16 сен­тября с парохода «Котлас» нами было по­ставлено первое минное заграждение из мин образца 1908 г. на фарватере у дерев­ни Тулгас.

В этот же день противником был утоп­лен пароход «Дедушка», шедший с прови­зией для войск.

17-го сентября было поставлено второе минное заграждение у дер. Троица. Обазаграждения были вытралены неприятелем и его суда продвинулись вверх по реке. 18 сентября части наши закрепились у дер. Нижняя Тойма.

Вооружение новых судов. Середина сентября была временем значительного усиления нашей флотилии. Еще 15 сентября в Котлас прибыли морские орудия (два 120-мм, четыре 100-мм, пять 75-мм и одно 37-мм зенит­ное). Было приступлено к вооружению новых судов, причем на буксирах (канлодки) — устанавли­вались 75-мм пушки, а на баржах — (плавбатареях) — 100-мм. 22 сентября было закончено вооружение канлодок: «Павлин Виноградов» (б. «Мурманск») — тремя 75-мм пушками и «Какстон» — двумя 75-мм, плавбатарей №1 и 2 — по два 100-мм орудия. 120-мм орудия ус­танавливались на третьей плавбатарее, однако работы на последней были закончены лишь в октябре и она в бое­вых операциях в 1918 году участия не приняла.

post-3265-013344200 1331597099_thumb.jpg

Боевое судно "Павлин Виноградов".

В это время слабость наших речных сил на фронте и появление судов противника выше (по реке) наших заграждений, поставленных 16 и 17 сентября, вынуди­ли командование поставить еще одно заграждение, что и было выполнено в ночь с 24 на 25 сентября. Мины были поставлены у дер. Борисовская.

По-видимому, предшествующие неудачи нашей флотилии, отход наших войск и обнаруженные минные заграждения на реке дали противнику уверенность в слабости нашего фронта и невероятности операций до следующего года; по-видимому, часть его флотилии в это время покинула фронт, защита коего была вверена главным образом сухопутным частям, опиравшимся на укрепленные позиции, снабженные многочисленной ар­тиллерией и имевшие запасы боеприпасов и провизии до весны.

Первый удар нашей флотилии.

Между тем 25 сен­тября «Павлин Виноградов», «Какстон», плавбатареи №1 и №2 с буксирами «Чернопенье» и «Нагорный» прибыли на фронт. «Богатырь» был отправлен для пе­ревооружения в Котлас.

Таким образом, наша флотилия представляла в этот момент большую силу (4 тяжелых и 7 легких орудий), появления коей противник не ожидал.

В одном из рукавов реки был найден проход (мимо 3-го заграждения, стоявшего на главном фарватере) и с рассветом 26 сентября наши суда начали обстрел не­приятельских позиций.

Противник без сопротивления оставил свои передо­вые позиции и отошел на линию Борки—Пучега.

Второе наступление.

К 11 октября наши войска подготовились и, поддерживаемые огнем нашей флоти­лии, начали решительный штурм главных позиций про­тивника, и после упорных четырехдневных боев заняли район Борки—Городок. Здесь было захвачено 13 ору­дий (из них одно 120-мм на плоту), громадные запасы продовольствия, обмундирование, пулеметы, винтовки.

Наступление продолжалось и в последующие дни, причем последовательно нами на правом берегу были заняты дер. Топса (16 октября) и Конецборье (21 ок­тября), а на левом — позиции противника у деревни Нижний Тулгас.

Таким образом, наступление 11—21 октября оказа­лось вполне удачным: в наши руки перешли укреплен­ные позиции противника — те самые, в коих он пред­полагал держаться всю зиму. Мало того, нами была захвачена и значительная часть запасов противника. Причину успеха прежде всего следует видеть в недо­оценке противником наших сил, и в том числе, главным образом, возможности активных действий нашей фло­тилии. Без сомнения, неожиданное появление воору­женных морской артиллерией боевых судов помимо значительного усиления мощи наших войск внесло и смятение в ряды неприятеля. Весьма вероятно, что сами неприятельские позиции были мало подготовлены для отражения атаки с реки; однако это последнее предположение не может быть проверено по имеющи­мися в нашем распоряжении документам. Во всяком случае, громадная роль флотилии во время наступле­ния 11—21 октября не подлежит сомнению.

Заморозки

Между тем наступили холода. 23 ок­тября из Котласа было получено известие о появлении на реке «шуги» (мелкого льда), и на следующий день флотилия ушла вверх на зимовку в Великий Устюг. Одновременно покинул фронт и 4-й Балтийский отряд. Характерно то, что выбор В. Устюга, как места зимов­ки, обусловливался тем, что в Котласе не было помеще­ний для размещения команд, т.е. причиной безусловно второстепенной. Между тем на следующий год этот фактор сыграл громадную роль, фактически обесценив все выгоды зимовки нашей флотилии в верховьях (ра­нее вскрывающихся ото льда) реки.

Имеются указания, что в этот день покинула фронт и флотилия противника. Более вероятным представля­ется, что это были лишь транспортные суда, т. к. един­ственное существующее описание наступления наших войск 11—21 октября совершенно не упоминает о дей­ствиях против нас неприятельских судов и дает основа­ния предполагать, что последних в этот период уже не было на фронте.

Вставшая 28 октября река, однако, под влиянием наступившей теплой погоды 2 ноября вновь вскрылась и, по требованию комфлота, флотилия 4 ноября вновь вышла на фронт.

Прибывшая 6-го на фронт флотилия приняла учас­тие в новом наступлении наших войск. Огнем наших судов была утоплена плавбатарея противника (вероят­нее плот с установленными пушками) и сбито 2 аэро­плана. Новые заморозки заставили уйти флотилию вновь на зимовку, что имело место уже 14 ноября.

Кампания 1918 года закончилась.

post-3265-010431700 1331598578_thumb.jpg

Схема Северной Двины в районе основных операций флотилии.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Выравнивание самого текста по правому краю поправить можно-с? :privetstvuu:

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.