Sign in to follow this  
Followers 0
soteg

Интервенция на севере. Боевые действия по Северной Двине, год 1919

6 posts in this topic

СЕВЕРОДВИНСКАЯ ФЛОТИЛИЯ


1918-1919 гг.

ЧАСТЬ 2

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА СЕВЕРНОЙ ДВИНЕ В 1919г.




ОПЕРАТИВНЫЕ ПЛАНЫ ПРОТИВНИКА НА КАМПАНИЮ 1919 г.



В мае и в июне 1919 г. из Англии при­были свежие подкрепления сухопут­ных сил, а русские белогвардейские войска получили новую организа­цию под руководством вновь назначенного главнокомандующего — английского гене­рала Айронсайда. Эти сухопутные силы должны были при содействии речной фло­тилии помочь русским белым войскам дос­тичь Котласа для соединения их с фронтом Колчака. Поэтому при начале кампании 1919 г. английское морское командование постановило беречь мелкосидящие канлодки для операций в верховьях Северной Двины и использовать пока возможно про­чие суда с большею осадкою, т.е. мониторы и бронированную канлодку «Humber». По ходу операций оказалось, что они представляли большие трудности, и в конце 1919 г., под влиянием неудач и требований так называемого «общественного мнения» Англии отозвать экспедиционные силы, были разработаны новые оперативные планы, сводившиеся к проведению эвакуации наиболее безболезненно для английских войск и флотилии. Насколько серьезно обстоял вопрос об эвакуации, видно из того, что для руководства ею был назначенодин из лучших английских полководцев — лорд Роулинсон.


БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ ФЛОТИЛИИ, ОТРЯДОВ И ОТДЕЛЬНЫХ СУДОВ В КАМПАНИЮ 1919 г.



Операции Северо-Двинской флотилии можно разделить на два периода:

1) Период оборонительных действий; 2) Период наступательных действий.

К первому периоду относятся: весь июнь, июль и август месяцы, ко второму периоду — первая половина мая, сентябрь и октябрь месяцы.

Из всех боев и обычных ежедневных пе­рестрелок представляют интерес лишь не­сколько операций, предпринятых как нами, так и противником в навигацию 1919 г.

Эти операции следующие:

1)наше наступление в мае месяце с целью овладеть береговым укреплением противника у дер. Кургомень;

2)наступление противника с целью ов­ладеть укрепленным районом реки Топсы (Троицкая операция);

3)наступление противника на деревню Городок (на правом берегу) и на деревню Верхнее-Нижнее Сельцо (на левом берегу);

4)наше наступление в сентябре;

5)операции у речки Шипилиха (неудачная попытка овладеть неприятельскими укреплениями у деревни Анисимовской).


post-3265-089693300 1331851324_thumb.jpg

Схема Северной Двины в районе основных операций флотилии.



Кургоменьская операция.



Командованием армией на флотилию возлагались большие надежды, и решительное наступление с целью овладеть городом Архангельском приурочивалось к на­чалу навигации. Одним из главных мотивов, побуждав­ших армию принять означенное решение, было то об­стоятельство, что вскрытие реки у ее устья и в районе боевых действий происходит в разное время, и, таким образом, наша флотилия некоторое врема могла дей­ствовать совершенно свободно, не имея против себя флотилии противника. Этот вопрос в такой же плоско­сти рассматривался и командованием флотилией, ввиду чего и предстоявшая оперативная задача овладеть усть­ем реки Ваги казалась легковыполнимой.


Боевая обстановка.


Боевая обстановка на р. Север­ной Двине к началу навигации представлялась в следу­ющем виде: противник укрепил на правом берегу де­ревню Кургомень, на левом берегу — деревню Тулгас. Укрепления противника состояли из ряда пулеметных блокгаузов, приспособленных к обороне домов, об­несенных сплошным рядом проволочных заграждении. В деревне Кургомень была установлена тяжелая бата­рея, состоявшая из двух морских орудий калибром око­ло 6-ти дюймов.

Тыловые позиции противника имелись у села Конецгорского и Пантелеевской (Шужега), у устья р. Ваги и У Двинского Березника.

Степень их оборудования выяснена не была. Соот­ношение сил наших и противника к началу операции выражалось в следующей таблице:


post-3265-070894400 1331851317_thumb.jpg



25 апреля комфлотом Пронским назначен был вы­ход флотилии на фронт, куда она спешно требовалась командующим фронтом, чтобы, поспев ранее прибытия туда флотилии противника, помочь восставшим в рас­положении противника воинским (русским) частям и начать обстрел укрепленной позиции. Эти расчеты не оправдались.

В тот же день флотилия пришла в Котлас, где суда лихорадочно приступили к пополнению боевых запасов. Здесь уже стояли готовыми к походу канлодки, плаву­чие батареи, сторожевые суда и транспорты, вооружен­ные в мастерских затона Лиманда. Однако вниз по Дви­не спускаться было еще невозможно, так как ниже Котласа в 3 верстах шел сплошной лед из р. Вычегды. Этот лед, как потом оказалось, сыграл очень важную роль в позднем приходе флотилии на фронт.

В то время когда двинский лед уже прошел не толь­ко в нашем районе, но и в Архангельске, откуда флоти­лия противника также вышла нам навстречу, вычегодс­кий лед загородил проход нашей флотилии, не давая уйти из Котласа.

С 26 по 28 апреля флотилия тщетно пыталась про­биться через ледяную массу, но неудачно. Попытки эти были оставлены, и командование было принуждено ожидать окончания ледохода.

29 апреля в 17 часов флотилия оставила Котлас. Лед хотя и не прошел окончательно, но уже не шел сплошной массой. Оберегая машины и плицы колес, суда шли малым ходом.

30 апреля в 15 часов флотилия пришла в расположе­ние штаба фронта на левом берегу, где и ошвартовилась у деревни Пучега. В тот же день был получен оператив­ный приказ (№5) о начале боевых действий флоти­лии — с противником; согласно приказа диспозиция су­дов намечалась следующая: канонерские лодки «Павлин Виноградов» и «Карл Либкнехт» с плавучей батареей «№3» («Петроград») на буксире у «Лизогуба» — у де­ревни Сельцо; канонерские лодки «Коммунист», «Уриц­кий» и плавучая батарея «№ 1» («Москва») — в устье реки Нюмы; сторожевые катера «Ковалев» и «Чударев» спустились вниз по течению в дозор.

На флотилию была возложена бомбардировка ук­реплений противника на правом берегу, не поддавав­шихся разрушению снарядами сухопутной артиллерии.

Важнейшей целью операции было овладение укреп­ленными позициями Кургомень и далее — устьем реки Ваги.

Канонерским лодкам была дана задача выйти на ли­нию устья реки Топсы и заставить замолчать огнем судо­вой артиллерии тяжелую береговую батарею дер. Курго­мень. Плавучие батареи должны были занять позицию у дер. Троицкой и огнем своей артиллерии разрушить блиндажи и сделать проход в проволочных загражде­ниях для атаки пехоты. По окончании артиллерийской подготовки должно было начаться решительное наступ­ление на обоих берегах. Дер.Тулгас к началу операции была занята нашими войсками, и это обстоятельство давало нам широкую возможность высадки десанта в тылу у противника. Это обстоятельство, однако, не было принято в расчет сухопутным командованием, и флотилия должна была ограничиться только артилле­рийской подготовкой.

1 мая на рассвете с судов был открыт огонь. В 6 час. 15 мин. к/л. «Павлин Виноградов» и «Карл Либкнехт», отойдя от берега и спускаясь задним ходом, от­крыли огонь из кормовых орудий по колокольне дер. Кургомень, где, по сведениям, у противника находил­ся наблюдательный пункт. Противником был открыт огонь из 6-дюймовой батареи, скрытой в блиндажах. К 7 часам орудия на канлодках настолько накалились, что судам пришлось развернуться и продолжать бой из носовых орудий. Развертывание канлодок в дальней­шем ведении боя производилось неоднократно при под­держке плавучей батареи «№1» («Москва»).

В 8 час. 30 мин. противник пристрелялся по канлодкам, но, маневрируя, они избегали попаданий. В коло­кольню заметно было несколько попаданий. Части Красной армии повели наступление на правом берегу от деревни Топса на дер. Деревенька при поддержке полевой артиллерии. Противник обстреливал наступав­ших артиллерийским огнем.

В 10 часов огнем канлодок была снесена колоколь­ня церкви и вызван пожар дома, расположенного за церковью, в котором, по показаниям перебежчиков, на­ходился штаб противника и центральная телефонная станция связи.

К 11 часам части Красной армии, заняв нейтраль­ные деревни Слудка, Исаков двор и Березник, подо­шли к дер.Деревенька. Огонь плавучей батареи «№1» («Москва») был перенесен на дер. Деревенька.

В 14 часов противник, подпустив части Красной армии к дер. Деревенька, открыл сильный ружейный, пулеметный, бомбометный и орудийный огонь, заста­вив их отступить.

В 17 часов от усиленного огня на к/л. «Павел Ви­ноградов» лопнула муфта у головы руля и погнулась палуба, расшатав кормовые крепления. «Павлин Ви­ноградов» был выведен из боя и направлен к дер.Сельцо для исправления повреждений. «Карл Либкнехт» продолжал обстрел дер.Кургомень. В 17 час. 30 мин. суда прекратили обстрел дер. Кургомень и Де­ревенька. Противник перенес огонь 6-дюймовой бата­реи на канлодки «Коммунист» и «Урицкий», стоявшие в устье реки Нюмы, заставив их без выстрела (из-за малокалиберности их орудий) отойти и стать у дер. Троицы. В 18 час. части Красной армии отошли в ис­ходное положение.

В дозор были высланы канлодки «Коммунист» и «Урицкий» и в разведку — сторожевое судно «Кова­лев». Противник продолжал обстрел берега у дер. Троица и фарватер реки. Суда были уведены выше дер.Троица.

В результате бой закончился отходом всех частей на прежние позиции.

При обсуждении на совместном совещании предста­вителей флотилии и армии дальнейших действий был поставлен вопрос о необходимости прорыва части судов через линию укреплений противника.

Благодаря наличию у противника сильных укрепле­ний, мало поддававшихся действию наших снарядов в силу плохой меткости и отсутствия опытных артиллери­стов, такой способ борьбы был найден большинством участников совещания наиболее приемлемым, но коман­дующий флотилией отказался от этого плана, мотивируя свой отказ тем, что прорыв через укрепления неизбежно связан с потерей судов, что болезненно отзовется на всей дальнейшей операции, и предлагал возобновить наступ­ление после обычной артиллерийской подготовки.

2 мая прибыли первые два боевых судна противни­ка. Это обстоятельство заставило отложить наступле­ние до выяснения положения. Последующие бои имели характер бессистемной и бесцельной непрерывной стрельбы наших судов по дер. Кургомень. Время, удоб­ное для развития операции, было потеряно; с каждым днем число судов у противника увеличивалось, и наша флотилия, не сумевшая справиться с береговыми бата­реями противника, конечно, не в состоянии была вы­держать бой с его судами.

Противник ежедневно производил воздушные раз­ведки, сбрасывая бомбы на наши суда. С 6 на 7 мая но­чью минным заградителем «Свердлов» было поставле­но минное заграждение поперек Двины от устья Нюмы к мысу Троица.

Наши суда и плавучие батареи перешли к положению обороны. До 18 мая боевые действия ограничивались обоюдным обстрелом позиций обоими противниками и налетами гидроаэропланов. 11 мая от разорвавшегося в канале орудия снаряда на плавучей батарее «№2» («Кронштадт») оторвалось тело орудия по казенную часть, и от пламени взрыва, проникшего в трюм батареи, произошел пожар в трюме, где хранилось около 300 сна­рядов. При разрыве орудия команда батареи была сбро­шена газами за борт. Пожар был потушен подошедшим сторожевым катером «Ковалев», благодаря самоотвер­женности артиллериста Помазова, который своим приме­ром, мужеством и распорядительностью повлиял на ко­манду соседних судов, и, таким образом, батарея была спасена от взрыва 300 снарядов.

16 мая на пополнение личного состава судов прибыл батальон моряков, снятый с Шенкурского фронта, про­шедший за четверо суток лесными тропами по болотам 75 верст; специалисты были расписаны по судам, а из строевых был сформирован десантный резервный отряд.

18 мая канлодки противника, а также батареи Кургоменьской позиции открыли ураганный огонь по нашим сухопутным укрепленным позициям Тулгаса и одновременно повели наступление своими сухопут­ными частями. Наши суда открыли огонь по неприя­тельским канлодкам, заставив их отойти за сферу дей­ствительности нашего огня, после чего перенесли огонь по наступавшим частям противника и по Курго­меньской укрепленной позиции. Противник, за сферой действительности нашего огня, на баржах и буксирах перевозил с правого берега на левый артиллерию и пе­хоту.

Противник повел энергичное наступление по левому берегу на дер. Тулгас и артиллерийским огнем зажег ее и близлежащие дер.Бор и Труфановскую, заняв пехо­той дер.Карповскую и Б.Улавовскую. Части Красной армии принуждены были оставить горящие деревни. В 22 часа части Красний армии совершенно очистили Тулгасскую укрепленную позицию.

19 мая в 5 ч. 30 мин. неприятельские суда, поднима­ясь в строе пеленга от мыса Кургомень, открыли огонь по судам нашей флотилии, сосредоточив огонь по пла­вучей батарее «Москва» и ее буксиру «Арнгольд». Кан­лодки «Павлин Виноградов» и «Карл Либкнехт» спус­тились до деревни Троица и своим огнем отогнали две головных канлодки противника, нанеся им поврежде­ния и вызвав на одной из них пожар. Неприятель, отойдя за пределы достигаемости огня, поддерживал ураганный огонь по плав, батареям «Москва» и «Тур­кестан» и по нашим канлодкам.

В 6 час. 15 мин. противник стал засыпать снаряда­ми батарею «Москва» и буксир «Арнгольд», пробив в нескольких местах борт «Арнгольда» и двумя снаряда­ми разбив его правое гребное колесо.

Батареям был отдан приказ отступать вверх по Двине к селу Яковлевскому, что и было исполнено под прикрытием канлодок «Павлин Виноградов» и «Карл Либкнехт». Благодаря отсутствию действительной поддержки со стороны нашей флотилии сухопутные части не могли удержаться в дер. Тулгас и под ураган­ным огнем неприятельской судовой артиллерии ото­шли на позицию у дер. Заряд ье-Яковлевское. Вся операция, так неудачно начатая нами, воочию убедила как сухопутное, так и морское командование в полной неподготовленности нашей флотилии во всех отноше­ниях. Вопрос о наступлении был отложен до приведе­ния в порядок всех частей.

Дальнейшие боевые действия вплоть до Троицкой операции 19 июня носили характер позиционной войны с ежедневными выходами на позиции судов и артилле­рийскими состязаниями.

В начале июня, после смерти командера Грина, в командование английской флотилии вступил капитан Альтхэм. К этому времени флотилия усилилась при­бывшими из Англии мониторами М27, М31 и МЗЗ и броненосной канлодкой «Humber», а речные канлодки поочередно попутно направлялись в Архангельск для ремонта.

4 июня прибыли и 5 июня вступили в исполнение обязанностей вновь назначенный командующий флоти­лией военный моряк Варваци и начальник штаба фло­тилии — военный моряк Е. Престин.

17 июня в 6 ч. 25 мин. 11 воздушных аппаратов про­тивника произвели налет на наш аэродром. Быстро сни­жаясь, аппараты сбрасывали бомбы на аэродром и об­стреливали его из пулеметов. Ангары загорелись раньше, чем аппараты успели подняться. Несмотря на то что канлодки и сторожевые катера открыли по аппара­там противника интенсивный огонь, он успеха не имел, и противником были частью повреждены, частью унич­тожены 11 аппаратов и все походные ангары, т.е., ина­че говоря, весь воздушный флот наш был выведен из строя. Уничтожив наш воздушный флот, противник получил полное господство в воздухе. Английское ко­мандование придавало большое значение своей воздуш­ной победе. Разбирая совершенно беспристрастно при­чины разгрома нашей авиации, должно сказать, что это поражение было неизбежно, и вопрос был только во времени. Англичане имели лучшие аппараты, прекрас­ный состав смелых и отчаянных летчиков и — самое важное — громадный запас чистого бензина. Наших летчиков надо считать героями уже только потому, что они отваживались летать на таком суррогате топлива, как «казанская смесь»; аппараты, присылаемые на по­полнение, требовали полной переборки и пригонки всех частей; механики работали буквально дни и ночи, и, несмотря на это, готовых к действию аппаратов ред­ко бывало больше двух.


post-3265-057204500 1331851360_thumb.jpg

Район Кругоменьской операции 1-7 мая 1919г.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

НАСТУПЛЕНИЕ ПРОТИВНИКА НА УКРЕПЛЕННЫЙ РАЙОН ТОПСА (Троицкая операция).


В результате Кургоменьской операции наши сухопутные части заняли пози­ции у деревни Яковлевская по лево­му берегу и по линии реки Топса на правому берегу. Наша флотилия задержа­лась на линии Троицкое—Яковлевское. Согласно директив командующего VI армией, основной задачей войск района и флотилии было: удерживать во что бы то ни стало занятое положение и деятельно готовиться к переходу в наступление, ког­да это будет признано необходимым по ус­ловиям боевой обстановки.

Краткое описание позиций.


Головные позиции, занятые нашими войсками, не вполне отвечали требованиям обороны, так как свобода маневрирования войск сильно была стеснена площадью лесов, подходив­ших к самим позициям. При наличии про­сек и лесных троп вполне был возможен обход позиций противником. В техничес­ком отношении позиции были оборудова­ны настолько, что давали возможность оказать сопротивление.Позиции флотилии. При оценке позиций флотилии существовало разногласие между командованием фло­тилии и командованием армией. Армия считала пози­ции флотилии в указанном районе вполне удовлетво­рительными благодаря наличию островов, дающих укрытие флоту, и ширине фарватера, удобной для ма­неврирования. Командование же флотилией считало эти позиции только удовлетворительными, указывая главным образом на то, что благодаря малой глубине суда не могли становиться вблизи островов.
К положительным качествам позиций флотилии над­лежало отнести поворот реки в этом месте, приглубый левый берег на протяжении около версты, допускавший стоянку судок, выгодное очертание берега, позволявшее вести огонь со всех орудий плавучих батарей.
К отрицательным качествам относились: отсутствие места стоянки для судов, укрытого от наблюдения про­тивника, слишком большое расстояние от флотилии до наших передовых позиций, вследствие чего канлодки противника совершенно безнаказанно обстреливали су­хопутные позиции, и слишком большое расстояние от батарей до наблюдателей в силу чего связь, проходив­шая в сфере огня противника, постоянно нарушалась.
Позиции флотилии противника. Позиции противника (в составе брон. канлодки «Humber», мониторов М27 и М33 и речных канлодок «Cockchafer» и «Glowworm») были более удовлетворительными. Наличие островов у дер.Кургомень, с высокими приглубыми берегами, вне видимости наших наблюдательных постов, обеспечивали неприятельскому флоту прекрасную стоянку. От реки Шидровки и выше противник мог видеть место стоянки наших судов, что давало ему возможность пользоваться прямой наводкой, корректируя огонь с гидроаэропланов. Установленная в деревне Кургомень тяжелая батарея служила надежным прикрытием для флота и не допуска­ла нас занять более выгодные позиции у дер.Троицкая.

Подготовка к операции.


Поставив главной задачей овладение укрепленным районом р. Топса, противник
начал деятель но готовиться к операции. Соотношение сил наших и противника видно из прилагаемых таблиц.

post-3265-098927800 1331853461_thumb.jpg


Несмотря на очевидный перевес сил противника, командующий флотилией, опираясь на агентурные све­дения о разложении среди войск противника и на уве­личение нашей флотилии (вступила в строй батарея№6»), упорно настаивал на переходе к активным дей­ствиям. Мнение комфлота не поддерживалось сухопут­ным командованием, полагавшим переход к наступле­нию совершенно несвоевременным и указывавшим главным образом на превосходство сил противника, и особенно его флотилии. Целый ряд следовавших один за другим боев показал ошибочность мнения комфлота. Решительному наступлению противника предшествовал целый ряд боев между флотилиями, имевших характер артиллерийских дуэлей. Очевидно, противник пытался сбить нашу флотилию с занимаемой позиции и тем обеспечить самое широкое поле деятельности для своих судов. Решающего значения ни один из этих боев не имел. Наша флотилия успешно отражала все попытки противника продвинуться вверх по реке.

Наступление противника 19 июня.


Получив воз­можность совершения безнаказанной воздушной раз­ведки и постоянного наблюдения за передвижениями наших частей и судов, противник 19 июня начал подго­товку к наступлению. Уже ночью его тяжелая береговая артиллерия и суда начали громить наши позиции. Раз­ведка, высланная с востока от дер.Текутиха, обнаружи­ла в 12 верстах от устья р.Топса недавно сделанную просеку и хорошо расчищенную дорогу. Агенты нашей разведки ввдели в лесу английский телефонный провод, шедший к нашим позициям. Около 14 часов артиллерий­ский огонь противника усилился, часть его флотилии в составе 3 судов начала подниматься вверх по реке и вступила в бой с нашими судами и батареями. Со сторо­ны противника в операции участвовала канлодка «Cockchafer», успешно пробивавшаяся сквозь узкость у Кургомени, канлодка «Glowworm», мониторы М27 и МЗЗ и бронированная канлодка «Humber». Сосредо­точенный огонь наших плавучих батарей, корректируе­мый с наблюдательного поста, заставил неприятельскую флотилию отойти в исходное положение. Потерпев не­удачу, противник в 21 час. 30 мин. снова возобновил попытку сбить нашу флотилию с занимаемой позиции.
Одновременно 4 самолета противника атаковали наши суда и батареи. Несмотря на сильный огонь противоаэропланной артиллерии и пулеметов, аппараты снижа­лись до 300 метров, т.е. на высоту ясной видимости лет­чиков. Впервые были сброшены бомбы большой разрушительной силы, делавшие в твердом глинистом грунте воронки диаметром около 2-х сажень и глубиной в одну сажень. Одна из сброшенных бомб попала в пла­вучую батарею «№5» («Канск»), вызвав пожар и взрыв снарядов. Команда батареи успела выскочить на берег, и дело обошлось без человеческих жертв. Отбуксированная на мелкое место, батарея затонула и была впослед­ствии при отходе нашей флотилии взорвана. Все же со­вместная атака самолетов и судов противника успеха не имела, и он вынужден был отойти в исходное положе­ние. Боевая обстановка требовала напряжения всех сил для борьбы с флотилией противника и заставляла в любой момент быть готовыми к сосредоточению всего огня судовой артиллерии только по флотилии противника, отодвигая обстрел береговых батарей на задний план.
Несмотря на такое серьезное положение для флотилии, от сухопутного командования (в лице временного командира бригады) поступали категорические приказа­ми и требования обстрела береговых батарей и отдель­ных не имевших крупного значения целей. Возражения командующего флотилией, что одновременный огонь по нескольким целям, тем более по сухопутным батареям, Хорошо замаскированным, приведет к напрасной трате :нарядов, рассеиванию огня и потере меткости, сухопут­ным командованием не принимались во внимание, и приказания о переносе огня с судов на берег подтверж­дались. Это обстоятельство должно быть отмеченным, как факт вмешательства сухопутных начальников в де­тали операции. В результате боев 19 июня флотилия по­теряла батарею «№ 5», но командование флотилией не придавало серьезного значения этому факту и считало, что бои 19 июня дают право рассчитывать на успешную борьбу с флотилией противника и в дальнейшем.
Совершенно иначе представляло себе создавшееся положение сухопутное командование. Командующий бригадой считал, что наша флотилия не сможет выдер­жать боя с противником, и требовал постановки минного заграждения. При обсуждении вопроса о целесообразно­сти постановки минного заграждения командование флотилией заявило, что до тех пор, пока наши части смогут удерживать за собой дер. Топса, наблюдение за флотом противника обеспечивается наличием удобных наблюдательных постов; если эти позиции удержать нельзя, необходимо это знать заблаговременно, чтобы успеть поставить минное заграждение без вреда для нашей флотилии. Постановка минного заграждения во время боя при тогдашних условиях являлась нецеле­сообразной и только стесняла бы свободу маневриро­вания. Сообщая свое мнение о минных заграждениях, командование флотилией требовало ясного ответа на вопрос относительно устойчивости положения. Ника­ких сведений о положении на берегу флотилии дано не было, а 20 июня было дано категорическое прика­зание о постановке минного заграждения. Артилле­рийская подготовка, начатая противником в ночь на 19 июня, продолжалась с небольшими перерывами круглые сутки. 20 июня около 5 часов утра противник обходным движением занял дер.Текутиху, захватил легкую полевую батарею и окружил наши части, зани­мавшие позиции по левому берегу реки Топса; одно­временно другая обходная колонна противника ата­ковала деревню Плес. О происходивших на берегу изменениях боевой обстановки командование флотили­ей своевременно не было поставлено в известность, и потеря наблюдательных пунктов в дер. Топса оказалась для флотилии совершенно неожиданной. В связи с но­вой боевой обстановкой командующий бригадой прика­зал открыть флоту огонь по подступам к дер. Плес и по району реки Топса. Указания командующего флотили: ей на необходимость иметь в готовности флотилию для отражения возможной атаки неприятельских судов не были признаны достаточно обоснованными, и приказа­ние о сосредоточении огня всех судов по берегу было подтверждено. Противник, разбив наши части и заняв укрепленный район реки Топсы, без сопротивления за­нял дер.Троица, получив в свои руки прекрасный на­блюдательный пункт. Одновременно с занятием Троицы три канлодки противника и пять самолетов атаковали нашу флотилию. Открыв заградительный огонь по фар­ватеру у деревни Нижнее Сельцо, неприятель начал бы­стро подниматься вверх, развив энергичный огонь по нашим плавучим батареям и заставив их отойти к дер. Нижнее Сельцо. По категорическому приказанию ко­мандующего бригадой было поставлено минное заграж­дение на 4 версты ниже деревни Нижнее Сельцо. Огонь судовой артиллерии противника препятствовал поста­новке заграждения у дер.Плес, которое надлежало по­ставить при условии отхода наших судов на позиции к реке Сельменга. Командующий флотилией протестовал против столь поспешной и необоснованной постановки, но его протесты были оставлены без последствий.
В 14 часов морским десантным отрядом, составляв­шим бригадный резерв, была занята дер.Троица и про­тивник был лишен удобного наблюдательного пункта. Создавалась вполне благоприятная обстановка для того, чтобы флотилия вернулась на прежние позиции, но столь поспешно и нерационально поставленное заг­раждение уже не допускало этой возможности, и совер­шенную ошибку исправлять было поздно. Командую­щий бригадой своим приказанием о постановке заграждения всецело принял на себя всю ответствен­ность за исход речной операции и с этого момента фак­тически сделался комфлотом. То, что сухопутное ко­мандование совершенно не учитывало последствий своих распоряжений по флоту, очевидно из дальнейше­го хода операции: потеряв возможность продвинуться вперед, флотилия с занимаемой позиции не могла об­стреливать неприятельские суда и его береговые бата­реи, и тем не менее от командующего бригадой посту па­ли непрерывные приказания, начинавшиеся стереотип­ной фразой: «Комбриг приказал открыть огонь» по дер.Кургомень, Топса, Плес, Троица, канонеркам про­тивника, по разведке, по обозу и т.д.
Конечно, о планомерном и правильном развитии операции не могло быть и речи. В результате получен­ных приказаний в самый критический момент наши суда стреляли по Топсе и Плесу, а противник, сосредо­точив огонь своей флотилии по нашим судам, сбил нас с занимаемой позиции. Минное заграждение у дер.Сельцо, выставленное по категорическому приказанию сухопутного командования в момент боя, привело к по­тере позиции не только у дер.Яковлевская, но и у реки Сельменга, где наши суда не могли удержаться вслед­ствие отсутствия свободного маневренного простран­ства. В довершение всего, в 21 час. 30 мин. отдан был приказ об открытии ураганного огня по деревне Топса, так как предполагалась контратака нашей пехоты. Не­однократные указания командования флотилии на крайний износ пушек, на недостаток снарядов и бес­цельность стрельбы — вызывали лишь распоряжения об усилении огня. Стрельба не прекращалась в течение ночи, а в 10 часов утра 21 июня отдан был приказ час­тям об отходе на новые позиции у деревень Сельцо — Сельменьга. Без всякого предварительного совещания с комфлотом отдан был приказ о постановке минного заграждения до реки Сельменьга включительно. Этим заканчивается Троицкая операция.
Вследствие неправильного использования флоти­лии как оружия борьбы мы потерпели поражение. По­чти все суда флотилии получили повреждения. На всем протяжении от дер. Сельцо до деревни Слуда не было удобной для флота позиции. Узкий извилистый фарватер, малая видимость благодаря поворотам реки, отсутствие свободного пространства для маневрирова­ния не давали возможности использовать канонерки как оружие борьбы. Плавучие батареи, на которые пе­реносился весь центр тяжести обороны реки, требовали крутых обрывистых берегов для стоянки и извилистого берега для возможности стрельбы одновременно из обоих орудий. Ни одному из этих условий позиция у деревни Сельцо не удовлетворяла. В результате упор­ных боев с канлодками противника, прикрывавшими работу тральщиков, флотилия шаг за шагом уступала позиции и 28 июня отошла к деревне Слудка.
27 июня канлодка «Cricket», имея на борту началь­ника флотилии и командующего бригадой, прорвалась к Троице. На следующий день за ней последовали ос­тальные суда неприятельской флотилии и транспорты. Во время боя (по английским данным) монитор МЗЗ получил попадание в корму. Июньские бои поставили на очередь вопрос о срочном создании канонерских ло­док с дальнобойной артиллерией, могущих конкуриро­вать с канлодками противника. Флотилия, в бывшем ее составе, при отсутствии удобных позиций, была при­знана недостаточной для обороны реки, и был постав­лен целый ряд минных заграждений с целью задержать возможное продвижение флота противника. Позиция у деревни Слудка дала возможность нашей флотилии при наличии минных заграждений довольно успешно оборонять реку, несмотря на явное превосходство сил противника.


Район Троицкой операции, 20 июня 1919г.


НАСТУПЛЕНИЕ ПРОТИВНИКА В АВГУСТЕ 1919 г. НА ДЕРЕВНИ ГОРОДОК (ГОРОДЕЦКАЯ) И В.СЕЛЬЦО.



Заняв 21 июня линию реки Топса, про­тивник заставил наши части отойти на позицию линии реки Сельменга — на правом берегу и деревни Сельцо — на левом берегу. Позиции были достаточно оборудованы и давали возможность удер­живаться на них при условии содействия нашей флотилии. Противником предприня­ты были тральные и землечерпательные ра­боты, во время которых два тральщика («Fandango» и «Sword Dance») взорвались на минных заграждениях. Конечно, наш флот всячески старался противодействовать этим работам. Удалив минное заграждение у устья реки Топса, флотилия противника продвинулась к деревням Троицкая и Плес. По агентурным сведениям, противник наме­ревался в ближайшее время перейти в на­ступление, для чего сосредоточивал значи­тельные силы в деревне Кургомень. Далее флотилия противника начала настойчиво,несмотря на наше сопротивление, тралить фарватер до деревни Плес. Выяснившаяся в июньских и июльских боях слабость нашей флотилии (благодаря отсутствию достаточно хорошо оборудованных и приспособленных к речной войне судов, слабости наших канлодок в срав­нении с канлодками противника) и малая подвижность наших плавучих батарей в сравнении с его быстроход­ными и поворотливыми судами, а также слишком боль­шое расстояние от передовых позиций, вследствие чего наша флотилия не могла оказать действительной под­держки сухопутным частям (удержаться же без поддер­жки флотом на позициях было невозможно), выдвину­ли необходимость создания для флотилии позиции, укрытой от непосредственного наблюдения неприятеля и защищенной огнем дальнобойных орудий от огня его судов. Такую позицию в силу совместных действий флота и армии надлежало приурочить к одной из ук­репленных пехотных позиций, при условии удобства маневрирования судов в данном районе. Из обследова­ний всех укрепленных пунктов на берегах реки един­ственно удобной позицией, требовавшей, однако, боль­шого оборудования, была признана позиция у деревни Рубежи (100 верст ниже Котласа). Для ее укрепления и оборудования были приняты соответствующие меры. Одновременно было приступлено к вооружению двух канонерских лодок 130-мм артиллерией.
Противник же усиленно готовился к наступлению. В происходивших почти ежедневно боях между флотилия­ми он неоднократно наносил нашим судам серьезные по­вреждения. Самолеты противника кроме глубоких разве­док ежедневно по несколько раз производили налеты на наши суда и батареи. Команда судов от этих беспрестан­ных налетов, доходивших до десятка и больше в день, была постоянно в нервном напряжении. Отсутствие сна­рядов к противоаэропланным пушкам делало эти налеты для противника совершенно безнаказанными. Текущая работа штабов совершенно дезорганизовывалась этими беспрерывными налетами воздушных сил неприятеля.
8 июня наши пехотные части перешли в наступле­ние по правому берегу и временно заняли дер. Сельменьгу. Поводом к наступлению послужил переход к нам 126 перебежчиков, сообщивших о восстании в пол­ку имени капитана английской службы Даэра. Ими было указано, что весь командный состав полка пере­бит восставшими во время ночевки в тылу расположе­ния противника. Полк весь разбежался и по лесным болотам пробирается в наше расположение. Пришед­шими были принесены с собой винтовки и пулеметы.
Наши части постарались как можно лучше исполь­зовать происшедшее восстание. Они повели наступле­ние, атаковав русские белые части у Троицы, и застави­ли их отступить в лес, находившийся между Троицей и рекой Сельменьгой. На следующее утро положение восстановилось соединенной атакой белых русских и англичан, и нам пришлось отступить на дальний берег Сельменьги.
Во время боя с нашей флотилией монитор МЗЗ по­лучил попадание тяжелым снарядом, а канлодка «Cricket» получила попадание у ватерлинии и принуждена была спуститься вниз по реке и ошвартоваться у баржи-мас- терской, чтобы спастись от затопления. На канлодке «Cicala» вследствие длительной стрельбы при больших углах возвышения вышла из строя артиллерия. Поло­жение англичан было критическое вследствие неприбы­тия подкреплений сухопутных войск, и лишь четырех­кратные обстрелы нашей флотилии и нашего рас­положения мониторами, при содействии авиации и особенно б-дюймовой артиллерией канлодки «Humber», позволили неприятелю отбить все наши атаки.
Из последующих столкновений в июле нужно ука­зать на потерю неприятелем 14 июля одного из воз­душных аппаратов. В 13 час. 15 мин. аппарат во время бросания бомб был подбит огнем стрелковой партии п/с «Некрасов» и был принужден спуститься в располо­жение плавучах батарей. Летчики окольным путем пыта­лись пробраться через наше расположение, но были за­держаны красноармейцами по указанию местных крестьян. К аппарату был отправлен катер «Рогачев», который под пулеметным огнем воздушных аппаратов противника прибуксировал его к п/с «Желзбов». На гидроаэроплане оказались автомат Люиса со 100 заряда­ми и ракетница с цветными ракетами.
Не имея возможности взять наши позиции у дер.Сельцо — река Сельменьга наступлением на них вдоль бе­рега, противник в начале августа предпринял обходное движение по обоим берегам. Предварительно ему при­шлось заняться интенсивным тралением наших минных заграждений, причем, как уже указывалось, во время тральных работ 24 июля погибли тральщики «Fandango» и «Sword Dance».
Наступление противника шло на левом берегу по речке Нюма и лесным просекам на деревню Чудиново, на правом берегу — на деревню Городок. Благодаря от­сутствию разведки 10 августа совершенно неожиданно противник занял деревню Чудиново на левом берегу в тылу наших войск и флотилии. Из приказов и показа­ний перебежчиков видно, что противник рассчитывал вызвать панику в наших рядах и предполагал захватить часть флотилии. Обход противника был настолько вне­запен, что первый момент пулеметный огонь с берега, открытый по нашим судам и батареям, был принят за аэропланный пулеметный огонь.
Погода была дождливая, и был сильный туман, пре­пятствовавший наблюдению за флотилией противника. Пользуясь этим, неприятельские суда одновременно с появлением обходной колонны противника на берегу реки начали быстро подниматься вверх и открыли ура­ганный огонь по нашим судам и плавучим батареям, корректируемый с самолетов. Батареи, выйдя из сферы артиллерийского огня, попали под пулеметный огонь пехоты противника. Всякая связь со штабом бригады была прервана, сведений о положении на правом бе­регу не было. Для ликвидации обхода был высажен с судов флотилии десант у деревни Чудиново при под­держке артиллерийского и пулеметного огня наших канлодок. Десант занял деревни Чудиново, Занейская, но, не выдержав боя с превосходными силами против­ника, принужден был возвратиться на суда, потеряв убитыми и ранеными около 10 человек. Нашей флоти­лией был открыт энергичный огонь по левому берегу, после чего противник, потеряв почти половину своего состава убитыми и ранеными, разбежался, оставив мас­су снаряжения и продовольствия. Пехотные части, на­ходившиеся у реки Сельменьги, также были обойдены противником, занявшим деревню Городок и захватив­шим всю артиллерию.
Система обходов была обычным способом борьбы на Северном фронте, где к этому вынуждают условия местности. Характер береговых укреплений в расчете на это сильно отличается от подобных укреплений на других фронтах Республики. Система позиций была такова, что требовала использования больших резер­вов. 10 августа этих резервов у нас не было. Обойден­ные части, зная, что в тылу у них нет подкреплений, оставили позиции и по лесным тропам и просекам на­правились к дер. Н. Тойма, где была следующая линия укреплений. Положение было катастрофическое: ис­ключая флотилии и 130 человек сборного отряда, на фронте никого не было. Однако противник понес на­столько большие потери при отходе от деревни Чудино- во, что не решился продолжать наступление.
В результате боев 10 августа в районе деревень Борецкая и Б. Сельцо эти районы остались за противни­ком. Часть наших войск была взята в плен, остальные пробилась к деревне Н. Тойма. Наша флотилия была разбита на два отряда: один — из плавучих батарей и части дозорных катеров — был отправлен на позицию у дер.Пучуга с задачей упорно оборонять занимаемые де­ревни; другой — в составе трех канлодок и двух сторо­жевых судов оставался у деревни Слудка. Предполага­лось ввиду пассивности противника по мере подхода подкреплений перейти в наступление с целью восстано­вить положение. Однако прибытие подкреплений задер­жалось, оставить батареи у дер.Пучуга без пехотного прикрытия не представлялось возможным, и 12 августа отряд батарей был отведен к деревне Каменные Прилуки. Канлодки должны были оставаться у дер. Слудка. Нами было выставлено минное заграждение у деревни Липовец. Из-за отсутствия пехотных частей невозможно было установить наблюдение за флотом противника и особенно остро ощущалась нужда в самолетах. Однако ни один из аппаратов, бывших на Северной Двине, не был в состоянии произвести разведку по уже приведен­ным причинам. Полное отсутствие сведений с местопо­ложении флотилии противника и о положении на бере­гах крайне обостряло обстановку.
14 августа ночью вследствие небрежной дозорной службы береговых частей противник установил бата­рею в деревне Занейской в тылу у наших дозорных су­дов и с рассветом перешел в наступление. Наша фло­тилия вновь подверглась пулеметному обстрелу, а дозорные суда должны были прорываться мимо бата­рей противника. Выйдя из сферы обстрела, наши суда открыли огонь по деревне Занейской. Сторожевое судно «Скорпион» получило ряд пробоин и затонуло на мел­ком месте у Петропавловского Переката. Красноармей­ские части отошли на левом берегу к деревне Кондрать­евской, по правому берегу — к деревне Н. Тойма. По приказанию начальника 54-й дивизии было выставлено минное заграждение у деревни Каменные Прилуки.
С затонувшего с/с «Скорпион» под огнем неприяте­ля сторожевым катером «Гельфман» были сняты ко­манда, замки и прицелы орудий, а канонерской лодкой «Урицкий» «Скорпион» был расстрелян, причем на нем был вызван пожар.

Оперативные планы противника.


Из описаний боев 10—14 августа по английскому источнику обстановка, подготовка и боевые действия рисуются в следующем виде. В начале августа был принят план эвакуации анг­лийских сил с Северного фронта, тщательно выработан­ный во всех деталях, первое проявление которого пред­ставляло наступление 10 августа, предпринятое для образования насколько возможно большего расстояния между английским и красным фронтом. Красная армия занимала на Двине косую линию, хорошо оборудован­ную окопами с проволочными заграждениями, причем на наиболее выдвинутых позициях, из изб были устрое­ны сильные блокгаузы, всегда представлявшие большое препятствие. На правом берегу она занимала южный бе­рег р.Сельменьги, а на левом — ее фронт проходил впе­реди дер.Н. Сельцо. Фланги на обоих берегах упира­лись в лес. В глубину эта позиция шла на правом бере­гу до Ивановской, а на левом — до р.Кодемы. Силы англичан состояли из 2 батальонов британской пехоты, 2 рот пулеметчиков, роты сапер и 1 русской бригады (без одного батальона); белые русские батальоны насчи­тывали приблизительно по 300 штыков в каждом. Ар­тиллерия англичан насчитывала тринадцать 12-фунто- вых орудий, одно 18-фунтовое, четыре 4,5-дюймовые га­убицы, две 15,5-сантиметровые гаубицы, два 60-фунтовых орудия и дивизион 3-дюймовой горной артиллерии.
Неприятельский план наступления вылился в глубо­кий обход наших флангов; им была произведена тщатель­ная разведка кругом флангов и в нашем тылу с помощью местных крестьян, прекрасно знавших местность. Были также сделаны и распоряжения для введения в заблужде­ние нашей разведки, для чего английские отряды посыла­лись работать по прокладке дорог в местности, отстояв­шей на несколько миль от избранных направлений наступления. Красная армия находилась в полном неве­дении о планах противника, и стрельба с ее стороны пре­кратилась почти совершенно, и только изредка посыла­лись одиночные снаряды. Русские белые войска были выведены из дер.Моржегорской под покровом темноты и приведены в назначенный пункт в последний момент. Все наступавшие неприятельские войска разделялись на каж­дом берегу на три колонны. Каждая из колонн имела от­дельную задачу, но наступление должно было начаться всеми одновременно, в полдень 10 августа. На левом бе­регу (сектор № 1) 1-я колонна должна была овладеть нашими позициями у Сельца и Н. Сельца, 2-й колонне на­значалось взятие деревень Слудка и Липовец и 3-й — Чудиново. На правом берегу (сектор №2) 1-я колонна должна была атаковать наш фронт у Сельменьги, 2-я — овладеть Городком и 3-я — Борком. Английская флоти­лия также подготовилась принять участие в операции и цосле полудня 9 августа монитор МЗЗ занял позицию в районе 2-го сектора, во вскоре наша 100-мм батарея (на дороге от Сельменьги) открыла по нему огонь и, быстро пристрелявшись, достигла попаданий. МЗЗ был заменен на позиции другим монитором.
В 3 часа утра 10 августа и этот монитор был обстре­лян и накрыт неожиданно из тумана, и ему также при­шлось уйти с позиции.
На левом берегу наступлению англичан предшество­вал длительный марш. Наступавшей колонне пришлось начать движение еще 8 августа. Движение в этот день представляло неимоверные трудности, так как дороги оказались буквально непроходимыми, но, невзирая на все трудности и препятствия, временами казавшиеся непреодолимыми, колонна благополучно достигла свое­го местоназначения. На правом берегу дело обстояло значительно проще: там не было таких затруднений и не нужно было проделывать столь длительный путь. Движение началось лишь в 9 часов вечера 9 августа, и единственным серьезным препятствием являлась пере­права через р.Сельменьгу, которую нужно было пере­ходить вброд. Подвигаясь вперед, наступавший против­ник никаких признаков неприятеля не обнаруживал, только слышалась наша оживленная пальба по англий­ским укреплениям у р.Сельменьги. Красные части не подозревали, что противник зашел им в тыл. В 11 час. вечера вся неприятельская колонна была на местах.
В полдень 10 августа началось наступление. Вскоре противнику удалось захватить район дер.Чудиново. В 13 час. 48 мин. для содействия наступлению англий­ское командование решило открыть артиллерийский огонь по дер.Борок, что и было исполнено брониро­ванной канлодкой «Humber». В 14 час.15 мин. было взято первое укрепление Борок. Но атака англичан на Сельцо оказалась отбитой, и наступавшей колонне при­шлось отойти в исходное положение, чтобы подгото­виться к возобновлению атаки. В 14 час. 58 мин. была взята дер.Городок (Городецкая) и захвачено много пленных и орудий. В 15 час. 10 мин. отдано приказание вновь атаковать Сельцо в 18 ч. 20 мин. В 15 ч. 39 мин. была получена просьба продолжать артиллерийский огонь по Борку. Флотилия открыла огонь. На Сельменьгинском участке красные части стойко держались в окопах, поэтому в 16 час. 00 мин. был открыт сосредото­ченный огонь по Сельменьгинским укреплениям.
В 18 час. 00 мин. Нижнее Сельцо все еще находи­лось в наших руках, и по нему англичане открыли ура­ганный огонь. В 19 час. 15 мин. нами было оставлено Сельцо.
В 20 час. 15 мин., задержавшись на укреплении Сельменьги, красные части перешли в контратаку с на­мерением вернуть Городок. Контратаку англичане от­били. В 23 час. 02 мин. неприятель взял деревню Борок. О взятии дер.Слудки и Липовец стало известно лишь в 3 часа утра.
Действия английской флотилии. Флотилия в 11 час. 20 мин. утра приступила к серьезной работе по разру­шению наших укреплений. Броненосная канонерская лодка «Humber», мониторы М27, М31 и МЗЗ вступили в бой, гидроаэропланы корректировали стрельбу и бро­сали бомбы.
Змейковый аэростат с его баржей неприятель пере­двинул ближе к своим судам для наблюдения и коррек­тировки стрельбы.
Бронированная канлодка «Humber» и канлодка «Cicala» обстреливали нашу флотилию и достигли по­паданий. Как только на берегу появился отряд Крас­ной армии, английские моторные катера бросились вверх по реке и своими автоматами Льюиса заставили наши части рассыпаться. Получив извещение о труд­ном положении своей пехоты в Борке, английская фло­тилия взяла под обстрел эту деревню; бомбардировка ее продолжалась весь день и принесла существенную пользу противнику.
Бронированная канонерская лодка «Humber» и мо­ниторы М27 и МЗЗ вели обстрел Нижнего Сельца со­вместно с береговой артиллерией, и деревня вскоре была взята. В обнаруженном англичанами у Сельца на­шем обширном минном поле пришлось протралить ка­нал до Нижнего Сельца; при этой работе взорвался один из английских катеров. 15 наших небольших мин, спу­щенных нами по течению выше Сельца, были выловле­ны неприятелем, приготовлены к действию, на телегах отправлены по берегу и поставлены у Липовца. Также были использованы и 8 гальваноударных мин, которые наша флотилия поставила ночью выше Пучуги. Эти мины препятствовали нашим судам спуститься и атаковать неприятельскую базу в Троице во время ее эвакуации.
Змейковый аэростат принес большую пользу англичанам своими своевременными сообщениями о передвижении на­ших частей. Наблюдательные пункты английской флоти­лии, расположенные сколько возможно ближе к нашему расположению по обоим берегам реки и соединенные теле­фоном со штабом старшего морского начальника и штаба­ми отдельных батальонов, также принесли исключитель­ную пользу неприятельской флотилии.
Неприятельская атака на левом берегу несколько за­тянулась. Красная армия оказала тут серьезное сопротив­ление и поначалу наступавшая колонна противника пере­жила трудные минуты. Командующий колонной был убит в самом начале, и в командование вступил другой офицер. Англичане подверглись тяжелому ружейному и пулеметному меткому огню из окопов и блокгаузов. По­ложение было таково, что командующий колонной ре­шил отступить и осмотреться. Красные части перешли в контратаку. Командующий всей операцией вызвал резер­вы и приказал в 18 час. 20 мин. возобновить атаку, так как противником ясно сознавалась необходимость овла­деть Нижним Сельцом во что бы то ни стало. Неприя­тельские орудия всех калибров на обоих берегах, все пу­леметы и вся могущая быть использованной судовая артиллерия открыли ураганный огонь по укреплениям Нижнего Сельца, причем было замечено много пожаров и попаданий в блокгаузы и укрепления. Мы энергично от­вечали пулеметным и ружейным огнем по атаковавшей нас пехоте. В результате ожесточенных боев Сельцо было взято с тяжелыми потерями для англичан.
Неприятельской колонне, наступавшей на Слудку и Липовец, посчастливилось. Через 10 минут после полу­дня, т.е. с начала общей атаки, ею были взяты деревни Житна и Кочериха, где в руки противника попало одно зенитное орудие. Следующей пала деревня Занейская, и в 1 час. 50 мин. войска противника вступили в Слуд­ку. В 4 час. 30 мин. сдалась деревня Липовец.
Главные потери эта колонна понесла в дер.Занейской, будучи обстреляна с наших плавучих батарей. Колонне, наступавшей на дер.Чудиново, не представ­лялось особых затруднений при выполнении своей за­дачи. Овладев деревней, она, согласно инструкции, отошла в резерв и поступила в распоряжение штаба сектора №1. При занятии деревни две роты белых рус­ских самовольно отступили и ушли обратно по той самой дороге, по которой наступали. Положение, соз­давшееся этим уходом, было вскоре восстановлено дру­гими частями.
Боевые действия в секторе №3 были исключительно успешны для противника. Здесь дороги оказались в лучшем состоянии, чем на левом берегу, и, кроме того, серьезное сопротивление нами было оказано лишь в де­ревне Борок. Сельменьгинской неприятельской колон­не удалось подойти к нашим передовым укреплениям так удачно, что она была обнаружена лишь за несколь­ко саженей, но, несмотря на это, нашим частям удалось прорваться и отойти в Городок; наши части в этом рай­оне сильно пострадала от английских снарядов, вызы­вавших слезоточение.
Сопротивление, оказанное деревней Борок, было сломлено противником лишь после 3 часов. Здесь на­ступление неприятеля было нами обнаружено вовремя, и, кроме того, деревня имела прекрасное укрепление, очень удачно расположенное. Вообще противник обя­зан успехом операции той внезапности, с которой была произведена атака.
Действия нашей флотилии. В результате боев 1—14 августа почти все суда наши были изрешечены пулеметным огнем; малые потери в личном составе объясняются исключительно наличием бронированных рубок. Положение на фронте было бы весьма катастро­фическим, если бы наша флотилия не выдержала пуле­метного огня противника. Только благодаря нашей фло­тилии противник не мог развить успех и продвинуться дальше деревень Сельцо и Городок. Наше положение могло быть легко восстановлено, если бы мы располага­ли более устойчивыми красноармейскими частями. По­мимо того, особенно болезненно отражалась на всем ходе операции неработоспособность нашей авиации. Оценивая позицию, занятую флотилией после отступле­ния от дер.Слудка, мы должны сказать, что флотилия была на этот раз в наиболее выгодных условиях за все время кампании. Местность, глубина и очертание берега допускали использование всех классов судов.
Для обороны реки все суда флотилии были разбиты на три линии. Первая линия судов несла дозорную службу у минного заграждения; вторая линия судов состояла из канонерских лодок и предназначалась для боя с канлодками противника; она находилась у дерев­ни Н. Тойма и должна была в случае появления судов противника перейти к деревне Березняк, где под при­крытием огня плавучих батарей вступить в бой с фло­тилией противника.
Плавучие батареи составляли 3-ю линию судов и должны были содействовать канлодкам в отражении по­пыток противника продвинуться вверх. Отсутствие по­стоянного вмешательства в руководство боем со стороны сухопутного командования давало возможность исполь­зовать для обороны все средства флотилии. Эти бои за все время кампании были первые и последние бои, про­ходившие без постоянного вмешательства в детали опе­рации со стороны сухопутного командования, понявше­го задачи флотилии и предоставлявшего ей полную самостоятельность во время операции. Результаты сразу сказались на продуктивности действий флотилии.

post-3265-061914800 1331853490_thumb.jpg
Район операций у дер.Городок и В. Сельцо в авшусте 1919г.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

СЕНТЯБРЬСКОЕ НАСТУПЛЕНИЕ

Боевая обстановка.

Предприняв глу­бокий обход 10 августа, противник не стал развивать своего успеха и задержался на линии Сельцо—Сельменьга. Сторожевое охранение противника в составе нескольких рот было выдвинуто к дер.Пугачевской на левом берегу и дер.Скобели — на правом. По агентурным све­дениям, противник приступил к эвакуации английских войск из дер.Троицкой и к разгрузке канонерских лодок от снарядов и артиллерии. По сведениям, полученным от пленных, обход 10 августа был пред­принят исключительно с целью увеличе­ния расстояния между частями нашими и противника для спокойного проведения эвакуации. На смену английским войскам должны были прийти добровольческие ча­сти и два северных полка, почти сплошь состоявших из мобилизованных. Против­ник намерен был отойти к деревне Емец- кой, где и закрепиться. Флотилия против­ника после неудачных попыток вытралить наше минное заграждение, потеряв два тральщика, большей частью была эвакуиро­вана в Архангельск. С целью задержатьнаше продвижение противников было выставлено мин­ное заграждение у деревни Пучуги.

3 сентября был отдан приказ о переходе в наступле­ние. На нашу флотилию возлагалось содействие огнем судовой артиллерии береговым частям. К моменту на­ступления флотилия противника в составе 3 канонер­ских лодок и девяти быстроходных катеров находилась у деревни Троицкой, часть неприятельских вооружен­ных судов у деревни Шужега (Жужега), остальные су­да — в Архангельске. Для выполнения возложенной на нашу флотилию задачи, необходимо было уничтожить минные заграждения у деревни Борисовская и Петро­павловского Переката, для чего был назначен весь мин­ный отряд, за исключением глубоко сидящих судов. Для содействия армии были назначены канонерские лодки «Коммунист», «Карл Либкнехт» и «Володарский».

4 сентября наши части, перейдя в наступление, за­няли при содействи флотилии ряд деревень Пучугской волости, причем противник оказывал весьма слабое со­противление.

Первые дни работы по удалению мин выяснили крайнюю медленность этой работы в условиях речно­го траления. За 4 сентября было вытралено только две мины. Флотилии предстояло протралить шесть линий минных заграждений, не считая неприятельских, о ко­торых имелось очень мало сведений. Для ускорения тральных работ, так как было очевидно, что работа за­тянется и вызовет задержку в развитии наступления, было решено ограничиться протраливанием прохода, не удаляя всего минного заграждения.

6 сентября проход через заграждения Борисовского переката был протрален и было приступлено к удалению неприятельского минного заграждения у деревни Пучуга. Под прикрытием плавучих батарей минное загражде­ние было вытралено, несмотря на огонь неприятельской батареи у деревни Слудка, установленной неприятелем и препятствовавшей работе наших тральщиков. Флоти­лия наша продвинулась к деревне Кодема. Сухопутные части, продолжая наступление, заняли деревню Тулгас.

К этому времени они лишились поддержки нашей фло­тилии, которая не могла продвинуться вперед из-за крайне трудной работы по удалению мин. Очистка и проверка фарватера от деревни Кодема до дер.Н. Сель­цо заняли больше двух недель. 22 сентября наша флоти­лия подошла к деревне Сельцо. Красноармейские части к этому времени заняли деревню Березняк (14 верст ниже устья реки Ваги). Для проверки полученных све­дений, что противник применяет магнитные мины, был спущен (с охотниками) тральщик «Перебор» на место предполагаемого магнитного заграждения у острова Селецкий. Тральщик благополучно прошел до деревни Плес и вернулся обратно. Можно было думать, что слу­хи о наличии мин особой системы имели провокацион­ный характер. В целях ускорения работ по очистке фарватера с флотилии был выделен особый отряд около 150 чел., который под руководством минеров производил обследование фарватера при помощи обыкновенного тро­са, буксируемого шлюпками или завозимого с берега на­подобие рыбачьего невода. Таким способом удалось выта­щить на берег до 30 мин. После проверки района предполагаемого минного заграждения наши тральщики приступили к работе. Фарватер в сфере магнитных мин был тщательно обследован при помощи катерных тралов, и ничего обнаружено не было. Предполагалось по очист­ке фарватера у деревни Троица канонерским лодкам дви­нуться вслед за тральщиками, с тем чтобы окончательную очистку фарватера для судоходства произвести позднее. Это вызывалось необходимостью скорейшего соединения с армией, сильно страдавшей от флотилии противника. Неприятельская флотилия при нашем наступлении отхо­дила вниз, не оказывая первоначально никакого сопро­тивления, что объяснялось исключительно отсутствием на английских судах артиллерии, снятой ввиду необходимо­сти проводки канлодок и мониторов через перекат у дер.Чамово, где вода упала до 2 футов.

Несмотря на небольшую осадку, эти суда с трудом прошли Чамовский перекат, а два монитора — М25 и М27 — были взорваны после безуспешной попытки стащить их с мели (17 сентября). К этому времени про­изошло изменение в составе вооруженных судов против­ника. Английские военные суда больше участия в бое­вых действиях не принимали и оставались у деревни Лявля, в 30 верстах от Архангельска. Одновременно было зарегистрировано у противника несколько воору­женных барж и пароходов. При такой обстановке наша флотилия получала большой перевес над флотом про­тивника, и основной задачей морского командования яв­лялся вопрос о скорейшем продвижении вперед, даже если бы это продвижение потребовало потерь и жертв.

23 сентября совершенно неожиданно для всех в районе предполагавшегося магнитного заграждения по­гиб тральщик «Белогор» от необычайной силы взрыва. 24 сентября недалеко от места гибели «Белогора» погиб тральщик «Посыльный» и подорвался «Удачный». Вто­ричная гибель тральщиков заставила командование фло­тилией отказаться от проводки судов до окончательного обследования фарватера при помощи водолазов.

Обстановка требовала немедленной поддержки флотилией наших сухопутных частей, но в то же время наличие магнитных мин делала эту задачу трудновы­полнимой. Командование флотилией нашло выход из создавшегося положения путем посылки вниз двух пла­вучих батарей. Основная мысль этого предприятия зак­лючалась в следующем: плавучие батареи обладали столь незначительной осадкой, что могли проходить вдоль берега при помощи людской тяги.

Был риск потери только двух батарей, но в случае удачного прохода батарей через минное награждение результат должен был оказаться крайне выгодным для нас, так как это было бы совершенной неожиданностью для противника. Опасность взрыва батарей на минах была очень незначительна ввиду трудности постановки мин вплотную у берега. Начальник дивизии привет­ствовал это решение, настаивая на скорейшем проведе­ний его в жизнь. Однако командующий армией, узнав о предполагавшемся походе, категорически его запре­тил, оправдывая свое решение печальным случаем ги­бели двух тральщиков, результатом этого решения была задержка в нашем наступлении. Магнитные мины требовали совершенно особого способа траления, не­знакомого нашим специалистам. Было очевидно, что вопрос о дальнейшем продвижении флотилии отклады­вался на продолжительное время.

Эта вынужденная передышка была использована для ремонта судов и отдыха команд. 29 сентября из магнитного минного поля была извлечена одна магнит­ная донная.

7 октября по настойчивому требованию начальника дивизии было разрешено спустить батареи вниз. К это­му времени водолазами был обследован проход и через сутки можно было приступить к углублению обследуе­мого прохода. Мин не оказалось, и 10 октября батареи «№1» и «№4» были благополучно на буксирах траль­щиков «Перебор» и «Порог» проведены через минное поле и пошли на позицию к деревне Коллежской (По­чтовой), куда и прибыли 13 октября, в 14 часов. К мо­менту подхода батарей наши части занимали деревню Почтовое — на левом берегу и деревню Якимовскую — на правом. Противник укрепился у реки Шипилихи, имея резервы в деревнях Звоз и Анисимовская.

Позиция противника была чрезвычайно выгодна для обороны. Левый берег реки Шипилихи был укреп­лен целым рядом проволочных заграждений и блиндажей. Обойти эту позицию не представлялось возмож­ным ввиду наличия непроходимых болот — с одной стороны, а реки — с другой.

ОПЕРАЦИЯ У РЕКИ ШЕПИЛИХИ

Для овладения деревней Анисимовской на флотилию была возложена артил­лерийская подготовка этих позиций и недопущение обстрела наших частей судовой артиллерией противника.

Со стороны командования флотилией не встречалось возражений против этой задачи, но было указано на необходимость наблюде­ния за флотом противника и обстрела глав­ным образом неприятельских судов.

14 октября в 8 часов утра плавучие ба­тареи «№1» и «№4» были поставлены на позиции 6 верст ниже деревни Почтовой. Укрепления противника на реке Шипилихе были отлично видны с батарей, и фло­тилия открыла огонь до оборудования на­блюдательного пункта.

Флотилия противника находилась от наших судов всего лишь на расстоянии шести верст и была скрыта от нашего на­блюдения мысом. Оборудование наблюда­тельного пункта задерживалось недостат­ком телефонистов и плохим знакомством с местностью.

К сожалению, как и в большинстве прежних опера­ций, между командующим флотилии и командиром бри­гады за время операции происходили многочисленные пререкания и конфликты из-за целей обстрелов флоти­лии, что, конечно, вредно отзывалось на самой опера­ции; конфликты доходили до угроз судом, хотя флоти­лия и не была ему подчинена в оперативном отношении, а должна была действовать с бригадой совместно. Ко­мандование флотилией считалось с приказаниями ко­мандира бригады постольку, поскольку это не противо­речило общему ходу боя, и неоднократно бывало вынуждено не исполнять распоряжений, а действовать самостоятельно. После артиллерийской подготовки, продолжавшейся больше шести часов, все укрепления про­тивника были разрушены и его флотилия, состоявшая из 2-х вооруженных пароходов и двух плавучих батарёй, вынуждена была отойти к деревне Звоз. Наша пе­хота перешла в атаку, но, встреченная ружейным огнем, отошла в исходное положение. Возобновить атаку не представлялось возможным ввиду отсутствия снарядов у сухопутной артиллерии и наступления темноты.

15 октября по приказанию командующего армией часть войск была снята с позиций и в силу малочислен­ности оставшихся частей и их неустойчивости операция была прекращена. По агентурным сведениям, противник уже оставил позиции после нашего артиллерийского огня и готовился отходить на деревню Емецкое. Требо­валось небольшое усилие с нашей стороны, чтобы занять деревню Анисимовскую, последний укрепленный пункт противника на Северной Двине, так как, по имевшимся сведениям, белые в дальнейшем намерены были за­держаться лишь у устья реки Пинеги. Не встретив с на­шей стороны сопротивления, 16 октября белые возвра­тились к реке Шипилиха и снова приступили к оборудованию позиции. Наши батареи возвратились в деревню В. Сельцо. Сухопутные части отошли к дерев­не Моржегорская — на левом берегу и деревне Якимовская — на правом.

Этот бой был последним речным боем за кампанию 1919 г.

post-3265-060317500 1331854180_thumb.jpg

Район последних боевых операций флотилии.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

И немного колоритных фото по теме фронта на Северной Двине и других фронтах.

post-3265-012787300 1331854367_thumb.jpg

Высадка американцев в Архангельске. 1918 г.

post-3265-009857200 1331854382_thumb.jpg

Выгрузка танков, Архангельск.

post-3265-045835800 1331854600_thumb.jpg

Танки в Архангельске

post-3265-039628800 1331854448_thumb.jpg

Лагерь интервентов, Двинской Березник, 1919г.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

post-3265-038615800 1331854803_thumb.jpg
Пленные большевики в Березнике.


post-3265-092244500 1331854810_thumb.jpg
Чисто по-американски "фото на память"


post-3265-084717200 1331854822_thumb.jpg
конный патруль американцев, Пинега конец 1918 - начало 1919г.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Немного лиц:

post-3265-027938000 1331855508_thumb.jpg

командующий экспедиционными силами на севере России генерал Генри Роулинсон.

post-3265-008593000 1331855517_thumb.jpg

Хаджи-Мурат Дзарахохов, красный командир конного отряда, довольно успешно действовашего в боях с белогвардейцами и интервентами.

post-3265-008913400 1331856047_thumb.jpg

И, Андрюх, Лаврик, специально для тебя: австралийцы из 201 пулеметного батальона перед атакой под Емцой.

:privetstvuu:

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.