Sign in to follow this  
Followers 0
водян

война нам не нужна такая

4 posts in this topic

Решение о вводе войск в Грозный было принято 26 декабря 1994 года на заседании Совета Безопасности Российской федерации. До этого конкретных планов взятия Грозного ни в руководстве Министерства обороны, ни командованием Объединенной группировки войск в Чечне не разрабатывалось. Это было вызвано тем, что основной состав группировки незаконных вооруженных формирований, значительное количество их вооружения и боевой техники к этому времени были сосредоточены в Грозном. Дудаевцы, несмотря на неоднократные обращения к ним федерального командования с предложением прекратить сопротивление, продолжали вести боевые действия, наращивая усилия и осуществляя перегруппировку своих формирований. Известно, что утром состоялся телефонный разговор между президентами России и США, в котором Б. Клинтон в достаточно резкой форме поставил вопрос о «затянутости» чеченского вопроса, нарастании в США антирусских настроений и симпатий «чеченскому сопротивлению». Общий смысл сказанного сводился к тому, что российскому руководству следует как можно быстрее «закрыть» чеченский вопрос. Инициативой начала штурма Грозного именно 31 декабря послужило мнение отдельных представителей командования группировки приурочить его ко дню рождения министра обороны П. Грачева (1 января). Это лишний раз подчеркивает царившую в то время атмосферу уверенности федерального командования в успехе операции и недооценки противника. План взятия города в ночь на 1 января 1995 года предусматривал действия группировок федеральных войск с четырех направлений: «Север» (под командованием генерал-майора К. Пуликовского) в составе сводного отряда 131 мсбр, 81 мсп, 276 мсп (всего 4100 человек, 80 танков, 210 БМП, 65 орудий и минометов; «Северо-восток» (под командованием генерал-лейтенанта Л. Рохлина) в составе 255 мсп, сводного отряда 33 мсп, 68 орб (всего 2 200 человек, 7 танков, 125 БМП, БТР, 25 орудий и минометов); «Запад» (под командованием генерал-майора В. Петрука) в составе сводного отряда 503 мсп, сводного пдп 76 вдд, батальона 21 овдбр, батальона 56 овдбр (всего 6000 человек, 63 танка, 160 БМП, 50 БМД, 75 орудий и минометов) и «Восток» (под командованием генерал-майора Н. Стаськова) в составе сводного отряда 129 мсп, сводного пдп 104 вдд, сводного батальона 98 вдд (всего 3000 человек, 45 танков, 70 БМД, 35 орудий и минометов). Общая численность наступающей группировки составляла свыше 15 000 человек, около 200 танков, свыше 500 БМП, БТР; 200 орудий и минометов. При этом в резерве числилось более 500 человек, 50 танков, 48 орудий и минометов (131 омсбр и 503 мсп). Таким образом, в город планировалось вводить не более 12 000 человек, что составляло соотношение с обороняющимися боевиками и ополченцами как 1,3 : 1, вместо положенного по тактике боевых действий в городе 5:1. Упор делался на внезапность и полное превосходство по качеству вооружения. Замыслом операции предусматривалось следующее: наступая с северного, западного и восточного направлений, войти в город и во взаимодействии со спецподразделениями МВД и ФСК захватить президентский дворец, здания правительства, железнодорожный вокзал, другие важные объекты в центре города, блокировать центральную часть Грозного и район Катая мы. С северного направления два штурмовых отряда группировки войск «Север» и штурмовой отряд группировки «Северо-восток» имели задачу, наступая в отведенной им полосе, блокировать северную часть города и президентский дворец с севера. С западного направления два штурмовых отряда группировки войск «Запад», наступая в отведенной полосе, должны были захватить железнодорожный вокзал, а в последующем, двигаясь в северном направлении, блокировать президентский дворец с юга. В результате действий этих группировок и блокирования магистральных улиц должен был образоваться сквозной коридор. Чтобы исключить боевые действия в западной части города и перегруппировки противника в тылу, десантники должны были блокировать Заводской район и район Ката-ямы. На восточном направлении два штурмовых отряда группировки «Восток», наступая вдоль железной дороги Гудермес—Грозный, далее в направлении проспекта Ленина, имели задачу, не выставляя блокпосты, выйти к реке Сунже, захватить мосты через нее и, соединившись с войсками группировок «Север» и «Запад», блокировать центральный район города в горловине р. Сунжи. Таким образом, предполагалось, что в результате действий федеральных войск по трем сходящимся направлениям основная группировка Дудаева, находящаяся в центре города, оказалась бы в полном окружении. В этом заключалась основная идея замысла, рассчитанного на минимальные потери федеральных войск и исключающего огневое воздействие по жилым и административным зданиям Грозного. Расчет строился также на внезапности штурма. В случае оказания вооруженными формированиями Дудаева активного сопротивления, войскам группировки была поставлена задача овладеть городом в течение нескольких суток, для чего в составе группировок войск были созданы штурмовые отряды. Сторонники Дудаева уделяли обороне Грозного особое внимание. По имеющимся данным, группировка дудаевских войск, стянутая в город, достигала 9—10 тысяч человек без учета ополченцев и «диких» отрядов, которые никому не подчинялись и действовали сами по себе. Группировка включала в себя «абхазский полк» Ш. Басаева (до 1200 человек), полк специального назначения МВД Ичкерии (до 800 человек), спецназ МГБ «Борз» (до 800 человек), отряды наемников с Украины (более 300 человек), Афганистана, Сирии, Ливана (около 400 человек), Конфедерации народов Кавказа (до 600 человек) и регулярные части армии Ичкерии. В распоряжении дудаевцев находилось до 30 танков, 40 БМП и БТР, до 100 орудий и минометов, а также более трехсот единиц противотанковых средств (РПГ, ПТУР, СПГ). Для обороны Грозного чеченским командованием было создано три оборонительных рубежа: — внутренний — радиусом от 1 до 1,5 километра вокруг президентского дворца; — средний — на удалении до 1 километра от границы внутреннего рубежа в северо-восточной части города и до 5 километров — в его юго-западной и юго-восточной частях; — внешний рубеж проходил в основном по окраинам города и был вытянут в сторону Долинского. На внутреннем рубеже оборона чеченских формирований основывалась на создании сплошных узлов сопротивления вокруг президентского дворца с использованием капитальных каменных строений. Нижние и верхние этажи зданий были приспособлены для ведения огня из стрелкового оружия и противотанковых средств. Вдоль проспектов Орджоникидзе, Победы и улицы Первомайской были оборудованы позиции для ведения огня артиллерии и танков прямой наводкой. Основу среднего рубежа обороны составляли опорные пункты в начале Старопромысловского шоссе, узлы сопротивления у мостов через р. Сунжу, в микрорайоне Минутка, на улице Сайханова и подготовленные к подрыву нефтепромыслы, нефтеперерабатывающие заводы (два) и химический завод. Внешний рубеж обороны состоял из опорных пунктов на автомагистралях Грозный—Моздок, Долинский—Катаяма—Ташкала, опорных пунктов Нефтянка, Ханкала и Старая Сунжа — на востоке и Черноречье — на юге города. Таким образом, характер подготовки Грозного к обороне позволял сделать вывод о том, что Дудаев и его сторонники не пойдут на добровольную сдачу оружия и роспуск незаконных вооруженных формирований. В связи с этим, для выполнения указов Президента, постановлений Правительства и решений Совета Безопасности России у командования Объединенной группировки федеральных войск оставался единственный путь — овладение Грозным и разоружение незаконных формирований Дудаева и иностранных наемников прежде всего в столице Чеченской Республики. Руководство штурмом осуществлялось оперативной группой во главе с генералом армии П. Грачевым, расположившейся на железнодорожном пункте управления в Моздоке. Начинала штурм авиация, базировавшаяся на аэродромах Ейска, Крымска, Моздока и Буденновска. Следует отметить, что из-за неблагоприятных метеоусловий эффективность действий авиации была низкой. Одновременно с началом воздушных ударов огонь открыла артиллерия. В 6.00 31 декабря группировка «Север» вошла в Грозный. Дудаевцы не спешили открывать огонь, стремясь раскрыть замысел российского командования. Практически без боя первый батальон 81 мсп вышел к железнодорожному вокзалу (к 13.00) и к дворцу Дудаева (к 15.00). В район железнодорожного вокзала к 13.00 сумели выйти и два батальона 131 омсбр, направленные из резерва решением командующего «для закрепления успеха и наращивания усилий». Обходным маневром, оставляя в стороне центральные улицы, колонны группировки «Северо-Восток», сломав сопротивление боевиков на внешнем и среднем оборонительных рубежах, вышли в 14.00 к мосту через р. Сунжу, восточное площади Орджоникидзе. Группировка «Запад» в 7.30 вошла в город с целью, наступая параллельно 81 мсп, блокировать дворец Дудаева с юга, и до 12.00 не встречала сопротивления. К 14.00 дудаевцы уже четко знали местоположение наших войск и с 15.00 перешли к активным боевым действиям. 693 мсп группировки «Запад» был остановлен и атакован в районе рынка превосходящими силами боевиков. Не выдержав натиска, полк начал отход и к 18.00 был окружен в районе парка имени Ленина, связь с ним была потеряна. Сводные пдп 76 вдд и 21 овдбр группировки «Запад» были остановлены плотным огнем в районе Андреевской долины и к 13.00 вынуждены были закрепиться на южной окраине города. Радиосвязь в подразделениях, штурмующих Грозный, была почти парализована из-за царившей в эфире неразберихи. Между подразделениями практически не было взаимодействия. Механики-водители танков и БМП в большинстве случаев были неопытные. После проведенной огневой подготовки на ряде направлений выдвижения войск образовались труднопроходимые завалы. Смешанные колонны с бронетанковой техникой растягивались вдоль узких улиц, не имея возможности осуществлять маневр. Из зданий вдоль улиц пехота и бронетехника расстреливались в упор. В штабе СКВО не имелось достаточного количества карт Грозного. У командиров, начиная от командира батальона и ниже, подобные карты были большой редкостью, что приводило к утрате ориентировки, сбиванию с маршрутов, незнанию своего местоположения. Более того, сами карты были составлены в 1972 году, с последующим обновлением в 1980 году. Запланированное их обновление в 1991 году выполнено не было, в результате чего карты серьезно устарели — на них не были нанесены целые районы, построенные за эти годы. Не было и так необходимых планов наиболее укрепленных зданий ДГБ, краеведческого музея, гостиницы «Кавказ», дудаевского дворца и других, имеющих важное значение в обороне Грозного, хотя было известно, что строились все они по российским проектам. Наличие планов зданий значительно облегчило бы задачу штурмующим их бойцам и сохранило бы немало их жизней. Движению бронетанковых колонн по узким улицам Грозного было организовано классическое противодействие: обычно сначала уничтожались головная и замыкающая машины в колонне, после чего из окружающих домов открывался многоярусный (поэтажный) огонь по остальной, «запертой», бронетехнике. По основным магистралям танки и БМП прорвались в центр города, но, не имея поддержки мотострелков, в большинстве своем были уничтожены боевиками из противотанковых гранатометов с близкого расстояния. В некоторых случаях экипажам танков удавалось через бетонные заборы вырваться с улиц в достаточно широкие внутренние дворы, где организовывалась круговая оборона. Эти организованные очаги сопротивления чеченцам подавить не удалось. По мнению А. Квашнина, на ход операции существенно повлияло то, что группировка войск «Восток», возглавляемая заместителем командующего ВДВ генерал-майором Н. Стаськовым, не выполнила поставленной задачи. Встретивший сопротивление боевиков авангард группировки отошел в ранее занимаемый район и до 2 января действия других группировок не поддерживал. «...Один из полков ее наступал вдоль железной дороги, вошел в город, но затем, углубившись на 3—4 квартала, был остановлен завалами и огнем из стрелкового оружия и гранатометов. Решением генерал-майора Н. Стаськова направление дальнейшего выдвижения полка было изменено. В районе 2-го микрорайона он вышел к подготовленному опорному пункту, где в последующем был блокирован противником. В течение ночи с 31 декабря на 1 января полк отбивал атаки боевиков, понес потери, затем по моему (А. Квашнина—прим. авт.) приказу отошел в ранее занимаемый район». Группировка генерал-майора В. Петрука «Запад» также не смогла выполнить поставленную задачу из-за непростительно медленного выдвижения частей, предназначенных для усиления ведущей бой группировки. Не удалось выполнить поставленную на 31 декабря задачу и внутренним войскам МВД. Из-за отсутствия четкой линии фронта (боевики били и из районов расположения наших частей) часть подразделений, предназначенная для наращивания усилий, была вынуждена заниматься выставлением блокпостов, охраной коридоров от линии соприкосновения до выходов из Грозного и т. д. В результате сложилась сложная обстановка, когда в город смогли прорваться лишь группировки «Север» и «Северо-восток», которые вели бои в окружении, будучи блокированными превосходящими силами дудаевцев. Грамотные действия командующего северо-западной группировкой генерал-лейтенанта Л. Рохлина, правильно оценившего ситуацию и занявшего оборону в районе городской больницы и консервного завода, позволили избежать разгрома и уничтожения частей, наступавших на этом направлении. Крайне тяжелое положение сложилось в группировке «Север». Сводный отряд 131 омсбр, имевший задачу отсечь подход подкрепления боевиков в центр города из района Катаямы, не встретив сопротивления, проскочил нужный перекресток и, потеряв ориентировку, вышел к железнодорожному вокзалу, где уже сосредоточился 81 мсп. Батальоны 81 мсп и 131 омсбр, встав колоннами вдоль улиц у железнодорожного вокзала и дворца Дудаева, не позаботились об организации надлежащей обороны и о рассредоточении подразделений, не укрыли технику, не выставили блокпосты по маршруту движения и не вели разведку. Это позволило противнику скрытно сосредоточить туда ударную группировку численностью до 3,5 тысячи боевиков, 50 орудий и танков, свыше 300 гранатометов и с наступлением темноты внезапно атаковать. Бой начался около 19 часов 31 декабря и продолжался всю ночь. Солдаты и офицеры отходили к вокзалу, где попытались закрепиться, но здание, имевшее огромные окна и множество выходов, было малопригодно к обороне. Поэтому ночью, около 24 часов, остатки бригады при поддержке двух танков попытались пробиться из города вдоль железной дороги. Через час связь с ними была потеряна. Как потом выяснилось, группа была окружена на одной из привокзальных улиц и в ходе боя почти полностью уничтожена. С ней погиб и командир 131 омсбр полковник И. Савин. Разведывательная группа одной из сибирских бригад специального назначения прикрывала отход остатков 131 омсбр. При этом одна группа спецназовцев ГРУ почти два часа держала значительно превосходящих по численности дудаевцев, обеспечивая отход подразделений федеральных войск. В итоге почти вся группа во главе с командиром погибла. Всего в новогоднюю ночь на улицах Грозного погибли и пропали без вести более 1,5 тысячи солдат и офицеров федеральных войск. Так, в подразделениях 131 майкопской бригады из 26 танков, вошедших в город, было подбито 20 машин. Из 120 БМП из города было выведено только 18. По состоянию на 9 февраля 1995 года, оставалась неизвестной судьба более 120 военнослужащих бригады. Аналогичная участь постигла и подразделения сводного 81 приволжского полка, действовавшего совместно со 131 бригадой. Сводный батальон спецназа ВДВ был введен в Грозный утром 1 января для усиления понесшего потери корпуса генерала Л. Рохлина. С первых же минут, ведомые неопытным проводником, десантники попали под огонь дудаевцев, но не растерялись и, резко изменив маршрут, вышли в район консервного завода, где находился штаб группировки, с минимальными потерями. Тем временем в ряде районов в боях федеральных войск наметился успех. Уже в 22.30 1 января железнодорожный вокзал был снова взят десантниками и с тех пор постоянно находился под федеральным контролем. После того как 3 января вышестоящие штабы сумели наладить управление войсками, выяснилось, что отсеченные в Грозном части сумели закрепиться и перейти к круговой обороне, образовав несколько опорных пунктов (самый стратегически важный — в районе железнодорожного вокзала). Была изменена тактика боя: отказ от штурма с использованием бронетехники и переход к классической схеме уличных боев — «сталинградская» тактика. Упор делался на создание опорных пунктов в многоэтажных зданиях, ведение наступления с использованием небольших мобильных штурмовых групп, массированное использование снайперов и, главное, эффективное использование артиллерии, огонь которой корректируется непосредственно частями, ведущими уличный бой. При попытке чеченских боевиков окружить и захватить опорные пункты подразделений федеральных войск, артиллерийские и минометные батареи, развернутые в пригородах начинали методично уничтожать обнаруженные бандгруппы. Осознавая опасность потери ключевых объектов в городе, Дудаев бросил туда свои лучшие силы — «абхазский» и «мусульманский» батальоны, < также бригаду специального назначения. Вокруг президентского дворца рас полагались сплошные узлы сопротивления, укрытые в капитальных строениях. Вдоль улиц вели огонь прямой наводкой танки и артиллерия Дудаева В составе обороняющейся группировки в Грозном находился также вооруженный отряд «черные шакалы» (50 человек), боевики которого, ранее воевавшие в Нагорном Карабахе и Абхазии, отличались особой жестокостью Характерной тактикой для них было нападение на мелкие разрозненны группы или отдельных военнослужащих, при этом они, как правило, допускали истязание раненых и глумление над трупами военнослужащих федеральных войск. В дудаевских формированиях широко использовались снайперы-наемники. В частности, известны группы женщин-снайперов из Прибалтики участвовавших на стороне незаконных вооруженных формирований под Названием «белые колготки». В основном все они имели специальную стрелковую подготовку (спортсмены-биатлонисты, стрелки и т. п.). Зачастую дудаевские снайперы оснащались современным импортным оружием, позволяющим вести бесшумную, беспламенную стрельбу, в том числе в ночных условиях. Действовали они преимущественно под прикрытием гранатометчика и автоматчика, которые, провоцируя огнем, заставляли обнаруживаться российских военнослужащих. Снайпер вел огонь, как правило, из глубины помещения, часто меняя позицию. Поражал в ноги первую жертву, а затем тех, кто шел на выручку раненому товарищу. В конце своей «охоты» хладнокровно добивал всех выстрелами в голову. Широко применялись для ведения боевых действий и оказания помощи боевикам чеченские подростки. Так, 1 января в районе расположения 81 мсп (железнодорожный вокзал) был задержан чеченский мальчишка в возрасте 12 лет, у которого были обнаружены записи с нанесенным расположением подразделений и боевой техники полка. Сразу привлекло внимание наличие у боевиков отличных средств связи — портативных мобильных радиостанций импортного производства, обеспечивающих надежную связь на значительном удалении (до 30 км). Их возможности сканирования позволяли боевикам не только обнаруживать и прослушивать радиочастоты боевого управления федеральных войск, но и выходить на них, вводя в заблуждение наше командование ложной информацией или оказывая психологическое воздействие. На данном этапе хорошо подготовленная для обороны сеть подземных городских коммуникаций Грозного позволяла боевикам свободно маневрировать и проникать в тыл подразделений федеральных войск. В последующем наши войска (особенно разведчики и спецназ) тоже взяли это на вооружение. Случалось, что при отсутствии должного взаимодействия и в условиях потери управления федеральные войска наносили удар по своим же подразделениям. Так, своей авиацией был уничтожен авангард из пяти машин 104 вдд. Много потерь было и от собственных мотострелков. Необученные новобранцы в сложной обстановке терялись и вели огонь во все стороны, в том числе и по своим. Иногда и среди боевиков в результате их неопытности и дезориентации российскими подразделениями завязывалась перестрелка. На данном этапе недостаточно уделялось внимания укреплению морального духа бойцов, их психологической разгрузке. Страх, отчаяние от необъяснимости и безвыходности ситуации поначалу лишали боеспособности целые подразделения. Сказался также такой серьезный недостаток в методике боевой подготовки войск, как неумение вести боевые действия на технике или при ее непосредственной поддержке в условиях города. Слабая индивидуальная подготовка бойцов, лишившая их уверенности в уличных боях, высветилась в полной мере. Дудаевцы же, напротив, с первых дней боев в Грозном вели активную морально-психологическую обработку федеральных войск всеми возможными способами. Не гнушались они и демонстрацией особых зверств над пленными или убитыми военнослужащими федеральных войск. Известны случаи, когда в расположения военнослужащих подбрасывались отрезанные головы их товарищей, а тела бойцов Объединенной группировки на распятиях вывешивались боевиками в окнах занятых ими домов для своего прикрытия и устрашения российских бойцов. Нарушению боевого управления и деморализации личного состава штурмующих частей способствовали и некоторые известные политики-миротворцы, находившиеся в это время в Чечне на стороне дудаевского командования и призывавшие федеральные войска к прекращению боевых действий. По свидетельству командира 3 батальона 137 полка 106 вдд подполковника С. Голубятникова, в ходе боя в районе привокзального квартала в начале января 1995 года огонь был остановлен прибытием с чеченской стороны парламентариев с белым флагом. В составе делегации были член Государственной Думы С. Ковалев, чеченский муфтий, два русских священника из Москвы в облачении и с крестами, еще двое гражданских и пленный российский подполковник из разбитой 131 бригады, при нем был вооруженный боевик. Смысл речи Ковалева заключался в следующем: сдавшись в плен, вы поможете освобождению из плена своих товарищей.. В случае сдачи этого дома армии Дудаева и оставления оружия он обещал организовать переправку двух рот в Моздок, офицеров защитить от преследований, при этом сохранить им службу, должности и воинские звания Во время переговоров прозвучал выстрел, был смертельно ранен Е голову старшина Мордвинцев, после чего миссия резко свернулась и удалилась. Известен факт, когда понесшее потери подразделение десантников было окружено боевиками, но продолжало упорно сопротивляться в надеж де на подкрепление. С позиций боевиков на связь десантников вышел правозащитник С. Ковалев с предложением сложить оружие и прекратить кровопролитие. Десантники ответили огнем и продолжали бой до прибытии помощи от своих. Вскоре стало известно, что депутата-правозащитника С. Ковалева, который почему-то не обнаруживал себя в период четырехлетней узурпации власти Дудаевым в Чечне, выдвинули на присуждение Нобелевской премии мира. Федеральные войска действительно понесли тяжелые потери во время «новогоднего» штурма, но они не были разгромлены, как утверждал правозащитник Ковалев. Газета «Комсомольская правда» 7 февраля 1995 года опубликовала интервью с генералом Л. Рохлиным. Приводим отрывок из него: «Корреспондент: „Сергей Ковалев и ряд других известных лиц опровергали сообщения об издевательствах чеченцев над российскими пленными. У вас есть доказательства обратного?" Л. Рохлин: „Найден командир 131-й мотострелковой бригады со снятым скальпом. Мы обнаружили захоронение российских военнослужащих с отрубленными головами. Я уже говорил про тела наших солдат в окнах здания Совмина. Какие еще нужны доказательства?"». Командованием Объединенной группировки федеральных войск в Чечне (ОГВ) в сложившейся обстановке было принято решение изменить состав наступающих группировок. Командующим группировкой «Запад» был назначен генерал-майор Иван Бабичев, а группировки «Север» и «Северо-Восток» были объединены в одну — «Север» — под командованием генерала Льва Рохлина. Южное направление по-прежнему оставалось незаблокированным. Сложившаяся по р. Сунже обстановка и состояние действовавших на этом направлении частей федеральных войск не позволили сделать этого, но для прессы, естественно, было подготовлено другое обоснование. Как объяснял начальник штаба ОГВ генерал-полковник Леонтий Шевцов, «принятие такого решения было продиктовано соображениями гуманности. Это позволило эвакуировать значительную часть мирного населения в горные районы и другие республики, сохранить жизнь тысячам жителей Чечни, несмотря на издержки, в этом случае чисто военного характера». Между тем открытый свободный проход в Грозный на южном направлении способствовал подвозу боевиками боеприпасов, вооружения и материальных средств, поступлению пополнения, а в последующем — и отходу основных сил дудаевцев после боев в Грозном в горные и предгорные районы и продолжению сопротивления вне столицы Чечни. 5 января 129 мсп выбил боевиков из военного городка на восточном берегу р. Сунжи. На следующий день, сломив упорное сопротивление противника, сводный отряд полка занял другой военный городок в центре Грозного. Были взяты под контроль три моста через р. Сунжу. 6 января штурмовые отряды мотострелков и десантников И. Бабичева начали постепенно продвигаться к центру города. 8 января центр Грозного был блокирован, снайперы и артиллерия федеральных войск почти полностью перекрыли движение по мостам через р. Сунжу. 9 января было объявлено о том, что Правительство Российской Федерации с 8.00 10 января вводит 48-часовой мораторий на ведение боевых действий для вывоза раненых и погибших из зоны боев. До этого, с 0 часов 5 января, по личному указанию Президента Российской Федерации были прекращены воздушные бомбардировки Грозного. Необходимо отметить, что этот мораторий с обеих сторон был в основном выдержан, чего нельзя сказать о последующих. Но мораторий истек, и перегруппировавшиеся войска возобновили уличные бои. Некоторые здания и кварталы несколько раз переходили из рук в руки. 13 января железнодорожными войсками была предотвращена попытка разрушения моста через р. Терек. Оставленные для этой цели семь цистерн едва успели отогнать в тупик, а навстречу мчавшемуся со скоростью 70 километров в час тепловозу-«камикадзе» уже за мостом бронепоездом были выставлены две платформы с песком. Столкнувшийся с платформами тепловоз слетел с рельсов. При столкновении погиб корреспондент немецкого журнала «Штерн» Йохен Пист и был ранен фотокорреспондент «Российской газеты» Владимир Сорокин. 14 января бандформирования Дудаева предприняли несколько атак на здание Совмина, которое являлось ключевым в обороне центральной части Грозного. Российскими военнослужащими атаки были отбиты. В сообщении пресс-службы Правительства Российской Федерации отмечалось, что, несмотря на значительные потери в живой силе и вооружении, а также утрату ряда основных объектов в Грозном, «...незаконные вооруженные формирования, имеющие в своем составе в основном боевиков-фанатиков и наемников-мусульман, продолжают оказывать упорное сопротивление частям и подразделениям ВС, ВВ и МВД Российской Федерации». В то же время «чеченское командование перебрасывает дополнительные силы в юго-восточные районы столицы и ее пригороды с целью не допустить окружения грозненской группировки и обеспечить ее вывод». В тот же день командование группировки было потрясено нелепой гибелью в Грозном отряда специального назначения чучковской бригады спецназ из Московского военного округа. Прибывшие накануне спецназовцы, еще не успевшие толком поучаствовать в боях, расположились на ночь в подходящем для этого здании, оставленном недавно боевиками. При осмотре здания разведчикам не удалось обнаружить рокового радиоуправляемого фугаса, который сработал точно в срок, когда весь личный состав отряда расположился на отдых. Взрыв был усилен сдетонировавшими боеприпасами отряда. В списке 35 погибших в одночасье разведчиков — 13 офицеров и один прапорщик. Наряду с неудачами в боях за Грозный имели место и случаи настоящих подвигов. Так, особым бесстрашием и дерзостью отличалась разведывательная группа старшего лейтенанта Андрея Прибыткова из разведывательного батальона 19 мед в составе группировки «Запад». Группа действовала в основном в Старопромысловском районе Грозного. В ночь с 12 на 13 января группа получила очередную боевую задачу. Необходимо было прочесать один из кварталов, выставить засаду на Старопромысловском шоссе, выявить места расположения чеченских банд-групп и пресечь их свободное перемещение. В ходе поисковых мероприятий Прибыткову удалось засечь перемещение боевиков и выйти на место расположения их формирования. На следующий день, продумав с командиром батальона план налета, он со своей группой под покровом темноты вышел в район расположения этого отряда. Охранение боевиков было бесшумно снято, и, используя внезапность, буквально из-под носа дудаевцев разведчики угнали новенький ЗиЛ-131 с радиостанцией оперативного управления, шифрами и позывными, прихватив при этом пленного и станковый гранатомет «Пламя». Так Прибытков поздравил командование группировки со старым Новым годом. Спустя неделю, командир группы получил очередную задачу— произвести разведку удерживаемого боевиками моста через р. Сунжу, вблизи железнодорожного вокзала. Командованию было важно выяснить наличие и состав охраны моста, режим дежурства и качество вооружения боевиков для оценки возможности его захвата. Определив порядок связи и место для наблюдения в районе моста, группа Прибыткова скрытно вышла к объекту и заняла место для наблюдения там, где боевики их меньше всего ждали,— в одном из полуразрушенных зданий непосредственно перед мостом, прямо в расположении отряда боевиков. В течение суток командир передавал информацию по радио, пока дудаевцы не заподозрили неладное. Прочесывая все здания, они подошли к тому, где малочисленная группа разведчиков готовилась дать последний бой значительно превосходящим по численности боевикам. Понимая безвыходность ситуации, командир группы вызвал огонь артиллерии прямо на координаты занимаемого ими, окруженного боевиками дома. Чудо спасло отважных разведчиков — на соседнем участке, в районе железнодорожного ближайшего окружения в обмен на собственное прощение. При этом первую попытку сделал С. Гелисханов, обратившийся к генералам Рохлину и Бабичеву с предложением перейти на их сторону и выступить против Дудаева. Однако командование федеральных войск отказалось давать боевикам какие-либо конкретные гарантии, после чего Гелисханов убыл в Гудермес. Затем У. Имаев и Т. Абубакаров были делегированы полевыми командирами дудаевской армии в Москву, где встречались со специально прибывшими из Лондона главарями московской наркогруппировки и коллегами из чеченской мафии. На встрече помимо вопросов финансирования и поставок вооружения решались также проблемы переноса контрабандных операций с наркотиками из Чечни в другое место. После чеченских контратак федеральным войскам удалось вновь перехватить инициативу, и группировки генералов Л. Рохлина и И, Бабичева двинулись навстречу друг другу, постепенно перемалывая дудаевских боевиков и захватывая центральный район Грозного. Разведывательным батальоном в группировке Л. Рохлина «Север» командовал Герой Российской федерации майор Р. Шадрин. 18 января 1995 года батальон выполнял задачу по захвату здания краеведческого музея в центре Грозного. Захватив здание в ночь на 19 января, группа из 27 разведчиков во главе с командиром батальона отразила 11 атак боевиков Ш. Басаева, в том числе и врукопашную. Батальон понес потери, но позиций не сдал — и обеспечил захват штурмующими подразделениями соседней гостиницы «Кавказ», а в последующем — и центра Грозного. Утром 19 января разведчики 68 орб (авангардной части Рохлина) во взаимодействии с 276 мсп (из Уральского военного округа) и морскими пехотинцами 876 отдельного десантно-штурмового батальона Северного флота захватили президентский дворец. Это стало возможным после применения специально подготовленных командованием ОГВ бетонобойных фугасных авиабомб, пробивших все этажи дворца и подвал. Раненный в руку, Дудаев (позже, в видеозаписи) назвал это применением Россией ядерного оружия малой мощности. После чего он принял решение перевести свой штаб в резервный пункт управления. И бойцы федеральных войск штурмовали уже фактически опустевший дворец с остатками дудаевских фанатиков-смертников. В этот же день командующий ОГВ генерал А. Квашнин доложил в Моздоке министру обороны П. Грачеву о водружении российского флага над президентским дворцом в Грозном. Но Грозный после этого не пал, и еще до 26 февраля продолжалось сопротивление боевиков в чеченской столице. В опубликованном 19 января заявлении Президента Российской Федерации говорилось: «Военный этап восстановления действия Конституции России в Чеченской Республике практически завершен, дальнейшая миссия восстановления законности, порядка и гражданских прав населения переходит в компетенцию внутренних дел». Далее в заявлении отмечалось, что «начинается переход к этапу гражданского строительства, к восстановлению конституционных форм управления». Решением Совета Безопасности в конце января командование Объединенной группировки федеральных войск в Чечне возглавил заместитель министра внутренних дел Российской Федерации, командующий Внутренними войсками генерал-полковник Анатолий Куликов. Чтобы успешно завершить операцию, требовалось подкрепление. Свежие, теперь уже более качественно, по сравнению с началом операции, подготовленные и оснащенные части прибывали в Чечню из различных военных округов. Штаты подразделений были приведены в соответствие с решаемыми задачами и подтягивались к штатам военного времени, а необходимым вооружением и техникой подразделения оснащались зачастую сверх штата, можно сказать, «впрок». Для усиления боевых подразделений в Чечню прибыли морские пехотинцы: 165 полк морской пехоты Тихоокеанского флота и по батальону морской пехоты с Северного и Балтийского флотов. С пополнением к концу января состава группировки свежими силами, а также в результате перегруппировки части войск с других направлений федеральные войска продолжили боевые действия по расширению зоны контроля как в Грозном, так и в других районах Чеченской Республики. Так, 31 января федеральные войска провели операцию по очистке от бандформирований села Самашки. В начале февраля части и подразделения Министерства обороны и ВВ МВД России продолжали выполнять задачи по уничтожению незаконных вооруженных формирований в Грозном, отразили нападение боевиков в районе Чечен-Аула (12 км южнее Грозного), осуществляли перегруппировку сил, продолжалась замена на блокпостах подразделений МО подразделениями ВВ МВД. В это время в Москве решался вопрос о юридическом оформлении государственной вины Д. Дудаева. 1 февраля Генеральной прокуратурой Российской Федерации было наконец принято решение об официальном привлечении Дудаева к уголовной ответственности. Дудаеву вменялось в вину совершение преступлений, предусмотренных статьями Уголовного кодекса России: 64 (измена Родине), 70-1 (призывы к совершению преступлений против государства), 133-1 (нарушение законодательства о референдуме) и 74 (нарушение национального и расового равноправия). 3 февраля начался завершающий этап операции по разгрому дудаевских формирований в Грозном. Войска ожесточились и, после понесенных потерь, шли на дудаевцев не столько за идею наведения конституционного порядка, сколько с желанием отомстить за убитых и искалеченных товарищей. Переломным моментом в борьбе за город стал штурм высотных зданий института нефтехимии и жилой 16-этажки, прикрывавших подход к президентскому дворцу и господствовавших над центром Грозного. Убедившись в результате проведенной разведки, что ночью боевики отходят на отдых, оставляя лишь дежурные расчеты, спецназ ВДВ выдвинулся с наступлением темноты к высоткам и бесшумно проник в них. Используя приборы ночного видения и бесшумное оружие, разведчики уничтожили дежурные расчеты дудаевцев, обеспечив мотострелкам возможность выдвинуться и занять эти объекты. К утру ничего не подозревавшие боевики, возвращаясь на свои позиции, попали в засаду и тоже были уничтожены. К 6 февраля организованное сопротивление дудаевских боевиков в центре Грозного было сломлено. 9—12 февраля федеральными войсками была взята под контроль дорога Алхан-Юрт—Чечен-Аул и тем самым перекрыт боевикам путь отхода из районов Алды и Черноречье. Ощутимые потери среди мирного населения Чечни в этот период подталкивали нас инициировать переговоры с руководством боевиков. Такие переговоры были организованы и проведены 13, 15 и 17 февраля 1995 года. Со стороны командования федеральной группировки в переговорах участвовали А. Куликов, А. Квашнин и В. Корабельников. Командование чеченских боевиков на переговорах представляли А. Масхадов, Ш. Басаев и Р. Гелаев. Федеральным командованием предлагалось остановить боевые действия, разоружить незаконные вооруженные формирования, кроме отрядов самообороны населенных пунктов, и приступить к подготовке выборов новых органов власти с учетом мнения населения оппозиционных районов. Все три дня сепаратистские лидеры отказывались принять наши условия и требовали немедленного вывода российских войск, выплаты контрибуции за причиненный разрушениями ущерб и выдачи лидеров оппозиции. Таким образом, эти переговоры изначально были тупиковыми и в итоге успеха не имели. В этот период все чаще стали происходить случаи, связанные с непонятными уступками командования группировки незаконным вооруженным формированиям, расцениваемые в войсках не иначе как предательство. По свидетельству начальника разведки 245 мсп капитана С. Стрепихеева, в середине февраля 1995 года колонна из 20 различных машин, на которых боевики выдвигались из своих баз, расположенных в горных районах, в направлении г. Аргун, была обнаружена и сопровождалась разведкой вплоть до перекрестка шоссе в районе племсовхоза Гикаловский, где занял позиции готовый, по информации разведки, к нанесению удара по колонне 245 мсп (Московского военного округа). Подпустив противника на расстояние 500 метров, командир полка запросил разрешения у командования группировки на открытие огня. Все были обескуражены, получив отказ, мотивированный началом перемирия. Колонна боевиков, обнаружив засаду, спешно развернулась и ушла, благополучно прибыв в Аргун другими путями. А спустя месяц федеральные войска вынуждены были в кровопролитных боях «выдавливать» этих же боевиков из Аргуна. Также в феврале 1995 года разведчиками 245 мсп на блокпосту в районе населенного пункта Алхан-Юрт при проверке документов у мирных жителей был обнаружен «начальник главного штаба вооруженных сил Ичкерии» А. Масхадов, следующий из Грозного в направлении Урус-Мартана. Но так как он был без оружия и с «соответствующими документами», то решением командования был отпущен наравне с другими подобными «мирными жителями». А дудаевцы продолжали изыскивать все новые формы борьбы с федеральными войсками. После сообщения о том, что дудаевцы в начале января в Грозном закапывали на маршрутах выдвижения войск хлор в канистрах вместе с радиоуправляемыми фугасами, боевики в феврале в районе дороги от племсовхоза Гикаловкий до населенного пункта Старые Атаги еще раз продемонстрировали изощренность своих действий. Ночью на позиции 1 батальона 245 мсп, расположенные в низине, хлынула вода. Через несколько минут под водой, спущенной боевиками из находящихся в Гикаловском резервуаров, оказались палатки, оружие и снаряжение бойцов, продовольствие, боевая и другая техника. Через 2,5 часа вода ушла, но батальон еще сутки восстанавливал боеспособность. Как стало известно позднее из полученных от пленного сведений, боевики планировали с водой пустить горючее и поджечь его. Но так как половина бензовозов не подошла, они ограничились водой. Экипировка и форма одежды российских военнослужащих, мягко говоря, не совсем соответствовала своему назначению и уступала оснащению чеченских боевиков, имевших в своем распоряжении современное импортное вооружение и средства связи. Поэтому бойцы федеральных войск часто видоизменяли свою форму и экипировку, избавляясь от тяжелых и неудобных бронежилетов, взамен на так называемую разгрузку (пояс А), для переноса необходимого снаряжения, равномерно распределенного по всему телу и одновременно прикрывающего его от осколков и пуль. На ногах — кроссовки, на голове — косынка. Все в интересах повышения маневренности. Сходство во внешнем виде с боевиками в некоторых ситуациях работало на руку бойцам федеральных войск. Командованию Объединенной группировки федеральных войск удалось добиться договоренности о прекращении огня с 16 по 19 февраля для обмена ранеными и военнопленными. Дудаев тем временем заявил о «переносе войны в российские города». По данным пресс-центра Министерства обороны, Дудаев в телефонном разговоре с руководителем одной из оппозиционных партий Азербайджана, состоявшемся в ночь с 29 на 30 января, высказывал угрозы в адрес России. Он, в частности, сказал: «Россия должна быть разрушена всем миром. Именно молодым людям-кавказцам, где бы они ни были, в любом конце земного шара, предписано наносить России и нынешнему российскому режиму максимальный урон». С 20 февраля боевые действия были возобновлены. В ночь с 20 на 21 февраля были захвачены господствующие высоты в районе Новые Промыслы. Здесь показательны образцовые действия бойцов 166 омсбр (Московского военного округа). При планировании боя по захвату высоты 373,2 с действующим дудаевским телецентром основная роль отводилась разведывательной роте бригады. Накануне начальник разведки бригады майор И. Касьянов с офицерами-разведчиками тщательно изучили местность и определили скрытые подходы к высоте. Решено было роту разделить на четыре штурмовые группы. Подразделения, действующие на главных направлениях, возглавили он сам и командир разведывательной роты капитан И. Баталов. В ходе подготовки к бою с каждой группой были проведены занятия по действиям на высоте, каждому разведчику разъяснена его задача. В ночь на 21 февраля разведывательная рота под покровом темноты скрытно приблизилась к противнику с четырех сторон. На рассвете по единой команде бесшумно было уничтожено охранение боевиков. Подразделения пошли на штурм. Натиск разведчиков оказался настолько неожиданным для боевиков, что в течение получаса высота была захвачена, дудаевцы бежали, оставив на поле боя свыше 300 убитых и раненых, пятерых взяли в плен. Разведывательная рота овладела высотой с минимальными потерями (двое раненых), фактически без помощи главных сил бригады. Боевики предприняли несколько попыток отбить захваченный разведчиками телецентр, но понеся большие потери, через трое суток вынуждены были уйти в горы. Успех разведчиков обеспечил выполнение бригадой задачи по уничтожению боевиков в районе Новые Промыслы на южной окраине Грозного. За мужество и героизм, профессионализм и находчивость, проявленные при выполнении боевой задачи, Указом Президента Российской Федерации от 21 ноября 1995 года майору И. Касьянову и капитану И. Баталову было присвоено звание Героя Российской Федерации. Остатки отрядов Дудаева, оборонявших Грозный, были окружены в районах Новые Промыслы, Алды и Черноречье. В целом завершающий этап операции был проведен федеральными войсками с минимальными потерями. По мере разгрома и «выдавливания» незаконных вооруженных формирований из Грозного, а затем и из других населенных пунктов Чечни, контроль над районами брали на себя силы МВД. К этому времени были подведены первые итоги операции по наведению конституционного порядка в Чечне. Многими руководителями и видными военачальниками признавались ошибки, допущенные при подготовке и в начале операции. Вот мнение некоторых из них. — Генерал-полковник Л. Ивашов, бывший секретарь Совета министров обороны СНГ, начальник Главного управления международного военного сотрудничества Министерства обороны России: «Сомнение вызывает непродуманность всей чеченской акции. Скорее всего, ее организаторы были уверены, что, как и в случае с расстрелом «Белого дома», им все сойдет с рук, потому даже не стали просчитывать последствия. Операция проводилась без соответствующей проработки, наспех, потому иной результат был вряд ли возможен. Те силы, которые были собраны из разных регионов России, просто не могли взаимодействовать без подготовки. Следует учитывать также то обстоятельство, что войска, командование и штабы обучались ведению классических боевых действий, их не учили воевать на своей территории против своего народа». — Генерал армии в отставке В. Варенников, бывший главнокомандующий Сухопутными войсками, руководитель Объединенной группы МО СССР в Республике Афганистан: «Министр и руководство Министерства обороны не располагали достоверными данными. Отсюда решения, которые не привели к успеху. Ошибкой командования явилось также оставление коридоров. Еще одна причина — уход в тень В. Ерина. Поскольку бронетанковая техника не может иметь успеха в уличных боях без соответствующего прикрытия, то позиция В. Ерина относительно того, что если бандформирования имеют танки и тяжелое вооружение, то следует в обязательном порядке использовать армию, не выдерживает критики». — Маршал Д. Язов, бывший министр обороны СССР: «Даже в годы Великой Отечественной войны перед наступлением проводились батальонные учения в тылу. П. Грачев — человек, который не имеет настоящего боевого опыта». — Генерал-полковник в отставке Э. Воробьев, бывший заместитель главнокомадующего Сухопутными войсками, депутат Государственной Думы: «Д. Дудаев создал хоть и небольшую, но сильную и боеспособную армию, способную к фанатичному сопротивлению. Мы же сделали ставку на десантников без поддержки их пехотой и броней, оставив в тылу, собственно, тех, кто должен был работать по городу— войска МВД. Но самое печальное то, что у операции не было общего руководства, которое могло бы примирить на месте боевые амбиции руководителей силовых министерств». Что же касается П. Грачева, то, по мнению Э. Воробьева, он должен был, побывав в Моздоке, набраться мужества и сказать Б. Ельцину, что армии нужно время для проведения операции с минимальным количеством жертв. — Бывший вице-президент Российской Федерации А. Руцкой: «Я еще в ноябре 91-го года говорил, что если не разрешить немедленно чеченский кризис, то через 2—3 года Чечня будет залита кровью. Чечню вооружил П. Грачев. Вывел войска, но все армейские склады оставил. А теперь он полез восстанавливать конституционный порядок. Тогда, в 91-м, был четкий план. Я предлагал применить войска, чтобы заблокировать все железные и автомобильные дороги по всему периметру республики и объявить экономические санкции. Так можно было принудить Дудаева провести свободные выборы или референдум. И я не отдавал приказа арестовать Дудаева. Президент России мог бы пригласить Дудаева на переговоры, пригласить и оппозицию, и Россия могла бы выступить гарантом свободных, в соответствии с российской Конституцией, выборов в Чечне. Вместо этого Чечню наводнили войсками, ввели туда почти целую армию — 40 тысяч человек». Министр обороны П. Грачев на научно-технической конференции, прошедшей 21 февраля 1995 года на подмосковном полигоне в Кубинке, заявил, что операция в Чечне по разоружению незаконных вооруженных формирований и взятию Грозного была проведена «не в классическом стиле, со многими особенностями, не имеющими мировых аналогов». Стояла задача взятия города без нанесения больших потерь строениям, с минимальными жертвами среди мирного населения; бои приходилось вести без фронта и тыла. «Мы столкнулись с ситуацией, — отмечал министр, — когда соотношение войск на главных направлениях было один к трем в пользу противника». Павел Грачев опроверг обвинения в свой адрес о нецелесообразности использования бронетехники при взятии Грозного. «Без действий танков Грозный взять бы не удалось», — заявлял министр. Он пояснил, что город обороняло около 15 тысяч боевиков. По военным законам это требовало создания шестикратного превосходства численности федеральных войск. Если бы такое превосходство и было создано, потери личного состава, по оценке министра, были бы значительно большими; во взятии города было задействовано около 6 тысяч военнослужащих, потери составили 534 человека убитыми. Обращает на себя внимание пренебрежительное отношение командиров всех степеней к канонам боевых уставов. Всеобщее стремление внести что-то новое в способы ведения боевых действий зачастую оборачивалось неоправданными потерями. Использование армейского спецназа, подразделений войсковой и специальной разведки для выполнения не свойственных им задач (в качестве штурмовых отрядов, в боевых порядках наступающих войск и т. п.) вряд ли могло дать такой ощутимый эффект, как если бы они использовались в полной мере по своему прямому назначению: для разведки; диверсий; уничтожения пунктов управления, баз боевиков; захвата или уничтожения полевых командиров и дудаевских лидеров, средств разведки и связи противника, тыловых колонн подвоза боеприпасов и материальных средств бандформирований. Взаимодействие различных родов войск, а также подразделений МО, МВД и ФСБ было слабым. Это особенно проявилось в начале боев за Грозный, когда внутренние войска отставали от действий армии и не выставляли вовремя на опасных участках заставы и блокпосты. Вмешательство в руководство операцией значительного числа высоких начальников при отсутствии твердого единого руководства также не способствовало эффективному управлению войсками. Тактика дудаевских формирований в ходе боев в Грозном характеризовалась следующими формами: — действия мелких групп профессионально подготовленных снайперов, гранатометчиков, хорошо знающих местность, действующих из засад методом «удар—отход», перемещаясь на автомобилях или в пешем порядке; — заблаговременное минирование дорог, перевалов и объектов инфраструктуры; — размещение тяжелого вооружения в жилых кварталах, рядом с детскими домами и больницами, непосредственно в домах и на территории нефтеперегонных заводов; — действия специально созданных ударно-штурмовых отрядов для блокирования российских подразделений; — использование огневых средств на автомобилях (минометы, РСЗО, артиллерия), привязанных к координатам и пристрелянных на определенных сменных позициях; — периодическая смена воюющих групп и вывод их на отдых под видом мирных жителей в населенные пункты или базы на юго-востоке Чечни; — циничное использование мирного населения, в том числе стариков, женщин и детей, для прикрытия ведущих боевые действия групп боевиков. Операция по захвату Грозного далась федеральным войскам немалой кровью. С ее начала, 31 декабря 1994 года, по 1 апреля 1995 года, поданным Генштаба ВС на этот момент, в ОГВ погибло 1 426, ранено 4 630 военнослужащих, 96 солдат и офицеров числилось в заложниках у дудаевцев. К 26 февраля организованное сопротивление дудаевских боевиков в Грозном было прекращено, но провокационные нападения отдельных разрозненных групп незаконных вооруженных формирований продолжались. Дудаевское военное руководство перебралось из Грозного в другие населенные пункты Чечни, где готовилось вести партизанскую войну. 28 февраля в Шали начальник штаба Дудаева держал ответ перед местными старейшинами и чеченскими авторитетами. На вопрос: «Могут ли дудаевские лидеры довести войну до победного конца?» — Масхадов отвечал отрицательно. Старейшины и авторитеты требовали после этого от Масхадова вывода всех бандформирований из населенных пунктов Чечни, дабы избежать их разрушения. Однако у полевых командиров чеченских боевиков был другой расчет.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Да тогда много дибилизма было.Знал я лично Рохлина хороший дядька был. И жена у него хорошая была. И много он расказывал про этот дурдом.

1

Share this post


Link to post
Share on other sites

дибилизм и сейчас..."кодырь"-Герой России и парни которые воевали с ним-псом и его папашей-тоже Герои России... никакой разници...это не дибилизм?! :complain:

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

дебилов там мало, а денег отмывают много, нах им душа солдата деньги теплее, и поперек горла этим пидерам не встают :privetstvuu:

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.