Sign in to follow this  
Followers 0
Lerom74

фотография Победы 1945 года

2 posts in this topic

Самая знаменитая фотография Победы 1945 года была сфальсифицирована

post-506-093017800 1335215882_thumb.jpg

Фотография, запечатлевшая одну из самых известных сцен новейшей истории - советский солдат вооружает знамя на куполе Рейхстага - на самом деле была сфальсифицирована.

Изображение

Итак, по рассказам самого автора, ранним утром 2 мая 1945 года он шел по центру Берлина в направлении Рейхстага. Тремя часами раньше о капитуляции объявил последний главнокомандующий немецкой столицы, однако отдельные бои еще продолжались. У Евгения Халдея был с собой легендарный фотоаппарат Leica и советское знамя.

В выгоревшем здании парламента 28-летний фотокорреспондент в звании лейтенанта повстречал молодого приятеля и упросил его попозировать на крыше со знаменем. К нему присоединились еще два красноармейца.

Халдей отснял всю пленку, 36 кадров. Один из них в различных вариантах стал иконой ХХ века, картиной, которая в коллективной памяти немцев и русских одновременно представляет собой поражение нацистской Германии и победу Красной армии.

Халдей не был художником-постановщиком, он запечатлевал важнейшие события. На фоне многих документально-скромных, но блестящих фотографий, которые он сделал в течение шести десятков лет, горько осознавать, что свой самый известный снимок он подвергал неоднократным манипуляциям, за что позже его не раз критиковали, пишет Spiegel.

Оттуда следует, что еще ночью, проведя фотосъемку в Рейхстаге, Халдей вылетел в Москву. Тогда на фотографии, впервые напечатанной 13 мая 1945 года в профсоюзном журнале "Огонек", первоначально была сфальсифицирована одна деталь. В действительности у красноармейца, подававшего знамя своим приятелям, на обеих руках были часы.

Тогда со словами "ури, ури" (от немецкого слова Uhr – часы.) советские солдаты мародерствовали в Берлине. Халдей, позже он в этом признался, на одном из негативов с помощью иглы соскоблил часы с правой руки своей модели.

На следующей версии фотографии в небе вдруг появились темные грозовые облака. На последней версии обнаружилось новое знамя, которое драматично развевалось на ветру.

Отметим, что появление "лишних" часов на руке советского солдата не может быть строго трактовано как факт мародерства, как это написано в Spiegel. Их можно считать и боевыми трофеями - в зависимости от того, где и какой ценой они были получены. В воспоминаниях солдат встречаются эпизоды, когда красноармейцы с тяжелыми боями захватывали кабинеты нацистов, в которых находились коллекции часов - их и растаскивали на сувениры. С другой стороны - непонятно, зачем тогда было скрывать этот факт на фотографии, а не, наоборот, гордиться им. Поэтому такая, на первый взгляд, мелкая деталь, как часы на руке, является тонким этическим моментом, в котором установить историческую правду весьма трудно.

После войны в тоталитарной империи Сталина Халдей как еврей был подвергнут дискриминации и предан забвению. Лишь в 1991 году берлинский художник Эрнст Фолланд случайно столкнулся в Москве с фотографом и опубликовал книгу с его фотографиями.

С одной стороны, на фотографиях времен Великой Отечественной войны можно увидеть взятие Красной армией Софии, Бухареста, Будапешта и Вены, падение Берлина, Потсдамскую конференцию и Нюрнбергский процесс; с другой – будничные сцены и советский мир труда, до и после войны.

В войне против Гитлера и немецких агрессоров, напавших на его Родину, Халдей видел себя пропагандистом правого дела. В последние годы перед смертью, последовавшей в октябре 1997 года, он не раз говорил: "Я простил немцев, но забыть не могу". Его отец и три из четырех его сестер были убиты немцами.

Мать и дед Халдея, родившегося в 1917 году в украинской Юзовке, позже – Сталино, сегодня – Донецк, были расстреляны уже через год после его рождения во время погромов. При этом он сам был ранен. В его паспорте, говорил он позже, стоит "каинова печать, что ты еврей".

Перед его увольнением из государственного информационного агентства ТАСС в 1948 году, его начальники предъявляли ему претензии в его якобы низком "образовательном уровне" и недостаточной "политической грамотности", однако сам он объяснял свое увольнение следующим образом: "Настоящая причина заключается в том, что я еврей".

Это обстоятельство роднило его не только с примерно половиной его советских коллег, военных фотокорреспондентов времен Второй мировой войны, но и с фотографом с американской стороны, который сделал самые запомнившиеся снимки Второй мировой войны – с венгерским евреем Андре Фридманом, известным также как Роберт Капа, который в 1948 году стал одним из создателей фотоагентства Magnum. Они хорошо относились друг к другу, и, когда в Нюрнберге они фотографировали на судебных процессах по делам военных преступников, Капа подарил Халдею камеру Speed Graphic.

Халдей, который говорил о себе, что снимать – это его "внутренняя потребность", даже на склоне лет оставался маниакальным фотографом. "Российский Капа", как еще называют его историки фотографии, проживал в Москве в однокомнатной квартире, которая одновременно служила студией для проявки и печати фотографий. Когда однажды в качестве гонорара за книгу и выставку он получил гонорар в 10 тыс. немецких марок, он сразу же потратил их на Rolleiflex. "Такой камеры, – говорил Халдей, – в моей жизни еще не было".

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Флаги Победы

Фотошедевр Халдея «Знамя Победы над Рейхстагом», выполненный 2 мая 1945 года, обошел весь мир, стал хрестоматийным и воспроизводится, пожалуй, чаще, чем все прочие работы этого выдающегося фотохудожника. Но мало, кто знает, что красное полотнище с серпом и молотом в Берлин он привез с собой – боялся, что вдруг в нужный момент не окажется у солдат…

- Я ведь давно размышлял над тем, как поставить свою «точку» в затянувшейся войне: что может быть значительнее – знамя победы над поверженным врагом!.. К концу войны я уже не возвращался из командировок без снимков со знаменами над освобожденными или взятыми городами. Флаги над Новороссийском, над Керчью, над Севастополем, которые освободили ровно за год до Победы, – пожалуй, более других дороги мне. И такой случай представился, - рассказывает Халдей. - Едва я вернулся в Москву из Вены, как редакция Фотохроники ТАСС приказала следующим же утром лететь в Берлин.

Приказ есть приказ, и я начал быстренько собираться: понимал, что Берлин – это окончание войны. Мой дальний родственник, портной Израиль Кишицер, у которого я жил в Леонтьевском переулке, помог мне сшить три флага, раскроив красные месткомовские скатерти, которые мне «подарил» ТАССовский завхоз Гриша Любинский. Звезду, серп и молот я собственноручно вырезал из белого материала... К утру все три флага были готовы. Я помчался на аэродром и улетел в Берлин...

Флаг номер один

- Первого мая в штаб генерала Чуйкова, который расположился на Темпельгофском аэродроме, с огромным белым флагом прибыл генерал Креббс. Он-то и сообщил, что накануне вечером, 30 апреля, покончил жизнь самоубийством Гитлер. Почему-то Чуйков во время переговоров с Креббсом наотрез отказался фотографироваться... И тогда я перенес свое внимание на крышу штаба 8-й армии, где была закреплена огромная фигура орла. Страшная птица, хищно уцепившись когтями, восседала на земном шаре, который венчала фашистская свастика. Жуткий символ мирового господства... К счастью, не состоявшегося!

С тремя солдатами мы взобрались на крышу, закрепили флаг и я сделал несколько снимков. До рейхстага было еще далеко. Кроме того, я не знал, удастся ли мне вообще до него добраться…Потом вместе с войсками мы пробивались вперед, вперед и вперед, и наконец достигли Бранденбургских ворот. Если бы вы знали, как я обрадовался, что ворота уцелели! За год до Победы в Севастополе у пленного немца увидел снимок – через Бранденбургские ворота стройно маршировали гитлеровские солдаты, а по обеим сторонам дороги плотной толпой стояли люди. Руки их подняты в приветствии, в шеренги летят букеты цветов. А на обороте надпись: «Мы возвращаемся после победы над Францией»...

Флаг номер два

- Рано утром второго мая 1945 года я увидел двух наших бойцов, которые под ураганным огнем забрались на Бранденбургские ворота, - продолжает свой рассказ Евгений Халдей. - На верхнюю площадку вела развороченная лестница. Кое-как забрался туда. И уже поднявшись наверх, увидел купол рейхстага. Нашего флага там еще не было… Хотя ходили слухи, что еще вчера оттуда выбили эссесовцев.

Лейтенант Кузьма Дудеев, который корректировал огонь по рейхстагу, и его помощник – сержант Иван Андреев, помогли мне в съемке. Вначале мы с лейтенантом пытались пристроить флаг на коне... Наконец я сделал снимок. Это был второй снимок с флагом. С Ворот спускаться было еще труднее, чем подниматься… Пришлось прыгать. А высота-то приличная. Сильно ударился и ноги потом долго болели. Зато снимок получился отличный. Какой-то даже веселый: лихие ребята и флаги вьются лихо, победно.

У меня оставался последний флаг. И я решил, что этот уж точно – для рейхстага. Тот снимок не попал в печать, а остался в архиве: спасибо хоть в 1972 году, в день 25-летия Победы, вспомнили о нем. По правде говоря, я не рассчитывал, что через столько лет найдутся люди, которых тогда снимал. И вдруг приходит письмо: пионеры отряда «Искатель» из лагеря под Туапсе обнаружили, что лейтенант, который на снимке справа держит знамя, очень похож на их хорошего знакомого – дядю Кузю. Оказывается, он руководит у них фотокружком и часто рассказывает про войну...


Рейхстаг


- Если бы вы знали, сколько знамен было водружено над Рейхстагом после того, как оттуда выбили фашистов!.. В каждой штурмовой роте были свои знаменосцы – туда подбирали лучших из лучших… Как Гагарина в космос: комиссары ведь всегда боролись за чистоту рядов… А ведь, казалось бы, перед смертью мы все равны. Вас не подозревали в том, что ваше «Знамя Победы» – кадр исключительно постановочный?

Всякое было… Ведь не один я носился по Берлину с фотоаппаратом: рискуя жизнью кинооператоры и фотокорреспонденты зачастую забывали о смерти, гоняясь за выгодным кадром. С рейхстагом вообще удивительная история происходила: отчаянные одиночки-добровольцы, сделав самодельные флажки из красных чехлов немецких перин, ринулись к рейхстагу, чтобы закрепить флажки хоть на колонне, хоть в окне здания...

Удивительно, но на любой войне сначала овладевают главным пунктом, а только потом водружают свой флаг. Тут все было наоборот. Жить, конечно, хотелось… Но очень хотелось верить, что войне конец, и ничего плохого уже случиться не может. Вы, наверное, помните, что первыми Знамя Победы водрузили Михаил Егоров и Мелитон Кантария… Знамен Победы ведь было несколько: их сшили в Берлине и раздавали в штабы объединений, которым могло повезти оказаться в главном здании Третьего рейха. На штурм рейхстага шли девять дивизий.

Говорят, что над рейхстагом во время штурма было поднято около 40 различных знамён... Уверен, желающих было еще больше. Во всяком случае, на купол Рейхстага Егоров и Кантария пробивались не вдвоем, а в сопровождении замполита батальона лейтенанта Алексея Береста и группой автоматчиков во главе со старшим сержантом Ильей Съяновым. Берест, человек недюжинной силы, сопровождал знаменосцев до самого купола, охраняя их от любой неожиданности…

В общем, весь эпизод, связанный с водружением флага над Рейхстагом, стал результатом коллективного, а не индивидуального подвига. Однако в учебники истории были внесены лишь два имени – Егоров и Кантария. Но тогда я об этом не знал, красного знамени не видел, так как утром второго мая в районе рейхстага было еще очень жарко…

Флаг номер три – победный…

То есть, придти первым вам не удалось... А я такой задачи и не ставил: мне надо было во что бы то ни стало забраться со своей «скатертью» на крышу рейхстага… И вот с флагом за пазухой я, крадучись, обошел рейхстаг и пробрался в него со стороны главного входа. В окрестностях еще шел бой. Наткнулся на нескольких солдат и офицеров. Не говоря ни слова, вместо «здрасте», достал свой последний флаг. Они опешили от изумления: «О, старлей, пошли наверх!»

Уже не помню, как мы оказались на крыше… Сразу же начал искать удобное место для съемки. Купол горел. Снизу клубами валил дым, полыхало, сыпались искры – подойти вплотную было практически невозможно. И тогда начал искать другое место – чтобы была видна перспектива. Увидел внизу Бранденбургские ворота – где-то там и мой флажок… Когда нашел хорошую точку, то сразу же, еле удерживаясь на маленьком парапете, начал снимать. Отснял две кассеты. Делал и горизонтальные, и вертикальные снимки.

Снимая, стоял на самом краю крыши... Конечно, было страшновато. Но когда уже спустился вниз и вновь посмотрел на крышу здания, туда, где находился несколько минут назад и увидел свой флаг над рейхстагом, то понял, что рисковал не зря.

-А кто были эти бойцы, с которыми вы взобрались на крышу рейхстага?

Нас там было четверо, но я хорошо запомнил вашего земляка киевлянина Алексея Ковалева, который привязывал флаг. Я его долго фотографировал. В разных позах. Помню, что мы все очень тогда продрогли… Ему и мне помогали старшина разведроты Гвардейской Краснознаменной ордена Богдана Хмельницкого Запорожской стрелковой дивизии Абдулхаким Исмаилов из Дагестана и минчанин Леонид Горычев.
0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.